Опять же, рано или поздно они его найдут. Они всегда находят… Идентичный звук, издаваемый двигателями Харлеев, подъехавших к гаражу, заставил и его, и Пса обернуться, и когда этот рев затих, Пес тут же начал вилять хвостом. Когда на лестнице раздались шаги, животное спрыгнуло с кровати и засеменило к двери. Стук был громким, и прозвучал лишь единожды.
Пес лапой ударил дверь. Животное из-за своего волнения казалось даже неряшливее, чем обычно, и пока бедняга не помер от восторга, Джим поднялся и подошел к двери.
Открыв ее, он встретил холодный взгляд Эдриана.
– Чего надо?
– Поговорить.
Джим скрестил на груди руки, когда Эдди присел и оказал Псу знаки внимания. Учитывая реакцию животного, было сложно поверить, что байкеры играли в команде Девины, но только то, что они с ней не в дружеских отношениях, не значит, что им можно доверять: Джиму стоило лишь подумать о тенях, которых он не видел, и замешательстве в голосе прораба Чака, когда того спросили об этой парочке.
Интересно, что за хрень такая стоит у него на пороге.
– Вы двое заврались, – сказал Джим. – Так что разговор несколько бессмыслен, не правда ли.
Пес перекатился на спину, чтобы Эдди мог основательно почесать ему брюхо, а Эдриан пожал плечами.
– Мы ангелы, а не святые. Чего ты от нас хочешь.
– Значит, вы знаете этих четырех английских психов?
– Да, знаем. – Эдриан многозначительно взглянул на холодильник. – Слушай, разговор предстоит долгий. Пивом не угостишь?
– Вы существуете?
– Пиво. Разговоры потом.
Когда Эдди встал, держа Пса в сильных руках, Джим поднял ладони, останавливая их.
– Почему вы лгали?
Эдриан глянул на своего соседа, затем снова посмотрел на Джима.
– Не знал, сможешь ли ты выдержать все это дерьмо.
– И что же заставило тебя передумать.
– То, что ты выяснил, кто такая Девина, и не струсил. Ты поверил в то, что увидел на том тротуаре в больнице.
– Точнее в то, чего я не увидел.
Джим уставился на этих двоих, думая, что они точно следили за ним… и, может, это их Девина почувствовала тогда на больничной парковке.
– Нет, – сказал Эдриан, – мы тебя замаскировали, чтоб она тебя не увидела. Вот что она поняла, когда оглядывалась. Есть преимущества в том, чтоб она считала, что ты сам по себе и в растерянности.
– Вы еще и мысли читаете?
– И я в курсе, как не нравлюсь тебе в этот момент.
– Тебе не привыкать, – произнес Джим, задумываясь, суждено ли ему когда-нибудь работать не с придурками. – Итак… вы двое здесь, чтобы мне помогать.
– Ага. Девина тоже найдет себе помощников.
– Я не люблю лжецов. Слишком много опыта с ними.
– Больше не повторится. – Эдриан провел рукой по своим смехотворно великолепным волосам. – Слушай, нам тоже нелегко… Честно, я с самого начала сомневался в том, что задействовать тебя – хорошая идея, но это уже мои проблемы. Ты здесь, с этим ничего не поделаешь, и либо мы работаем вместе, либо Девина получает серьезное преимущество.
Что ж… логика чертовски неопровержимая.
– Я прикончил всю «Корону» на днях, поэтому остался только «Бад», – сказал Джим минуту спустя. – В банках.
– Именно этого жаждет ангел, – ответил Эдриан.
Эдди кивнул.
– Звучит неплохо.
Джим отошел в сторону и распахнул дверь.
– Вы живые?
Эдриан пожал плечами, когда они заходили.
– Сложный вопрос. Но я знаю, что люблю пиво и секс, такой ответ сойдет?
– А Пес что такое?
На этот вопрос ответил Эдди:
– Считай его другом. Очень хорошим другом.
Животное… или что оно там… стеснительно вильнуло хвостом, будто понимало каждое слово и волновалось, что он обиделся, и Джим почувствовал непреодолимое желание наклониться и слегка почесать ему подбородок.
– Я так понимаю, прививки ему ставить не нужно?
– Неа.
– А что с хромотой?
– Просто он такой, какой есть. – Большая ладонь Эдди прошлась по жесткой шерсти пса. – Такой, какой есть.
Когда они с Псом сели на кровать, а Эдриан начал ходил туда-сюда, Джим потащил свою задницу к холодильнику, схватил три «Бада» и раздал банки, как карты. По комнате пронеслось трио щелчков и шипений, а затем – коллективное «аааааах».
– Как много вы обо мне знаете? – спросил Джим.
– Все. – Эдриан огляделся и задержался на двух одинаковых стопках чистого и грязного. – В ящички комодов ты не веришь, да?
Джим посмотрел на стопки одежды.
– Неа.
– Серьезно, какая ирония.
– Почему?
– Увидишь. – Эдриан подошел к столу и сел на него. Притянув к себе коробку из-под обуви, полную шахматных фигурок, он заглянул внутрь. – Ну, так о чем ты хочешь узнать. О ней, нас, о чем угодно.
Джим сделал очередной глоток своего «Бада» и задумался.
– Для меня важно только одно, – сказал он. – Ее можно убить?
Оба ангела замолчали. И медленно покачали головами.
Глава 30
Учитывая, за что именно его арестовали и в целом положение вещей, Вин не мог поверить, чей номер высветился на экране его телефона.
Отвечая на звонок, он приглушил местные новости и собрался с духом.
– Мария-Тереза?
Последовала пауза. – Привет.
Крутанувшись на рабочем кресле, он окинул взглядом Колдвелл. Было сложно представить, что всего пару ночей назад он смотрел на панораму города с чувством господства. Сейчас он чувствовал себя так, будто его жизнь вышла из-под контроля, и он сражался за то, чтобы удержаться на насиженном месте, вместо того, чтобы стать, наконец, царем горы.
Он никогда не ходил вокруг да около. – Слышала новости? Обо мне?
– Да. Но прошлой ночью, когда все случилось, ты был со мной. Я знаю, что ты этого не совершал.
По телу прокатилось облегчение… по крайней мере, относительно этой проблемы. А другое нападение? В переулке?
– Сейчас я направляюсь в «Железную Маску». Полиция хочет поговорить со мной.
– Я могу с тобой встретиться? – выпалил он с отчаянием, которое поразило бы его при обычных обстоятельствах.
– Да.
Вин удивился ее незамедлительному ответу, но черта с два он станет возражать. – Я сейчас дома, в Коммодоре, поэтому могу подъехать куда угодно и в любое время.
– Я приеду к тебе, когда закончу в клубе.
– Мой этаж – двадцать восьмой. Я передам швейцару, чтобы пустил тебя.
– Не знаю, сколько времени займет разговор с полицией, но я напишу по дороге к тебе. – Глаза Вина переместились левее, он представлял, в скольких кварталах на юго-запад от него она находилась.
– Мария-Тереза?
– Да?
Он подумал о ней и ее сыне… от каких людей ей приходилось скрываться… до сих пор. Бывший мог легко добраться до нее из тюрьмы, может, уже добрался; и даже если те нападения не имели с ней ничего общего, или их совершил кто-то другой, ей все равно нельзя было высовываться.
