Последняя фраза предназначалась для Сергея, который распахнул дверь и буквально влетел в зал, выставив перед собой меч. Он слегка растерялся, увидев Ганю, неподвижно сидящего в кресле, и неизвестного юношу в светлой мантии, неожиданно назвавшего его "молодым человеком". Великий Магистр не собирался тратить время на этого сопляка. Он отмахнулся от него, как отмахиваются от надоедливой мухи. И от этого небрежного движения Сергей влип в отделанную дубовыми панелями стену.
Великого Магистра подвела самоуверенность. Сергей для него был не более, чем муха, а какая муха способна выжить после такого удара? Он должен был лежать у стены с переломанными костями и разорванными внутренностями, и не мог повлиять на ход событий. Гийом равнодушно отвернулся и опять занялся своим старинным врагом.
Сергей не понял, что произошло. Удар был страшным, казалось, гигантская невидимая рука схватила его, приподняла над землей и размазала по стенке. Только в какой-то момент он почувствовал, что между ним и этой рукой возникла упругая преграда, защитившая от немедленной смерти, она как живая изгибалась под натиском чудовищной силы, продавливалась, но все же выдержала. Однако на несколько секунд сознание все же оставило его.
Очнувшись, Сергей обнаружил себя лежащим на полу, оглушенным, с плавающими перед глазами красными кругами, рядом валялся меч, обломанный у самой гарды. Подняться удалось только на четвереньки. Посреди комнаты мальчишка, который так его приложил, что-то делал с Ганей, и Сергей физически ощущал, как тому больно. Между ними установилась невидимая связь, он понял, что это Ганя бросил оставшиеся силы на то, чтобы защитить своего друга и ученика, и теперь подсказывает, что делать…
Великий Магистр заметил рывок в последний момент. Огромный, толщиной в человеческую руку, разряд поразил Сергея, когда рука уже легла на блестящую поверхность черного камня…
Разряд разбился о сияние вокруг его тела и бессильными искрами рассыпался по каменным плитам.
Это похоже на бесконечное падение в пропасть, наполненное болью и ужасом неотвратимой смерти. Черный камень впитывал сознание, растворял в себе, наполнял тем, что в него заложили древние создатели, и возвращал обратно. Все это происходило за доли секунды, хотя для самого человека, прикоснувшегося к черному камню, время тянулось бесконечно долго – дни, годы, столетия… Все-таки Предтечи не были людьми, и то, что мог вместить их разум, является непосильной ношей для человека. Это как попытка натянуть сапог, который мал размеров на пять. Вот только подобная экзекуция проделывается не с ногой, а с мозгами. Как вы думаете, велики ли после этого шансы сохранить жизнь или хотя бы рассудок?
Сергей вынырнул из океана боли и осознал себя стоящим у стены из черного камня, окруженного чем-то вроде огромного полупрозрачного мыльного пузыря, переливающегося всеми цветами радуги. А за тонкой пленкой в ярости бесились все стихии – зал исказился как на картине Сальвадора Дали, каменные плиты пошли трещинами, стены оплыли уродливыми наростами, с потолка как щупальца опускались гранитные сталактиты. Ганя по-прежнему неподвижно сидел в кресле посреди зала, а юноша в мантии, воздев руки, своей волей порождал огромную воронку, уходящую прямо в каменный пол.
"Боевое оружие Предтеч, ротационное смещение метрики пространства, – отстраненно подумал Сергей, – бог мой, что он делает, это же принципиально невозможно остановить! Сами Предтечи использовали его всего несколько раз, для уничтожения особо укрепленных форпостов врага".
– Остановись! – голос Сергея перекрыл рев зарождающегося вихря. – Не надо!
Но юноша, сверкая черными глазами, громко рассмеялся и только выше поднял руки, с его пальцев срывались синие искры, волосы встали дыбом, а воронка вращалась все сильнее и сильнее.
Сергей знал, что должен сделать. Невероятная сила бурлила в его крови, границы мира расширились до бесконечности, перед внутренним взором открылись невероятные пространства, Вселенная лежала на его ладонях – доступная и понятная, океан звуков, запахов и ощущений, названия которых не было ни в одном из земных языков, заполнял его разум. Душу покинула обжигающая ненависть, осталось только холодное осознание собственного долга. Он закрыл глаза и явственно представил, как с размаху бьет налившимся силой кулаком по пожирающей пространство черной бездне и как прикрывает ладонями беззащитного Ганю…
Жители Замка и пригородов с изумлением наблюдали страшное зрелище – примерно посредине циклопической Башни Великого Магистра возникло сияющее кольцо, в котором сверкали разряды беззвучных молний. Через мгновение задрожала земля, и раздался ужасный грохот. Люди стали разбегаться, куда глаза глядят, хватая на руки детей, толкаясь и крича от ужаса, куда угодно, только подальше отсюда…
А еще через несколько секунд Башня надломилась посредине, и ее верхняя часть медленно и величественно обрушилась вниз, погребая под обломками ажурные строения, часть крепостной стены, и тех людей, кто имел несчастье оказаться в южном крыле Замка.
XXI
Они стояли на краю горного плато, внизу расстилалась прекрасная долина Эдема, а за спинами уходили в облака скалистые пики.
– Как красиво, – Сергей прикрыл рукой глаза от клонящегося к закату светила.
– Привыкай. Я знал, что тебе здесь понравится, – добродушно ответил Ганя, и, помолчав, сказал уже серьезно: – Я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Но придется научиться жить с этим грузом. Ты же знаешь, что выбора не было.
Сергей сумрачно улыбнулся. Да, это все так. Если бы он не остановил черный вихрь, то в разверзшейся бездне сгинул бы Замок, а, может, и весь Эдем… Вот только как спокойно принять гибель десятков людей?
– Пойдем? – Ганя положил руку ему на плечо.
Сергей кивнул головой. Они, не спеша, прогуливаясь по ореховой роще, вышли на берег прозрачного озера, где их уже ждали.
После трех недель каторжной работы по разбору завалов в Замке, где бок о бок работали Рыцари, горожане, пустынники и спецназовцы, было найдено тело последнего пропавшего без вести горожанина, и собраны все оплавленные осколки, оставшиеся от расколовшейся черной плиты. Тело Великого Магистра найти не удалось, скорее всего, после удара Сергея, разметавшего зарождавшийся смертоносный вихрь, все, что находилось в зале, попросту разлетелось в пыль. Во всяком случае, самый крупный осколок черной плиты, находившейся в двух десятках метров от места катаклизма, был размером с грецкий орех. От буйства освобожденной энергии их с Ганей спасла защита Предтеч, а вот Великому Магистру, судя по всему, не повезло…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
