подумать. Сарматы за столом зафыркали, сдерживая смех.
Кенен по-прежнему был меньше ростом, но слегка раздался в плечах; ему выдали светло-жёлтую броню — в три слоя, не в семь, но Гедимин видел, что она тоже включает в себя ипроновое напыление, нейтронностойкий фрил, отражающий разряды бластеров, и слой прочного сплава. По предплечьям учётчика протянулись тонкие серебристые полоски с небольшими полупрозрачными выступами. Проследив за взглядом Гедимина, Кенен широко улыбнулся.
— Настоящее серебро, Джед. И маленькие топазы. Сущая безделица по сравнению с твоей уникальной бронёй. Двойной слой ипрона, двойной слой кеззия! Ты мог бы купить себе особняк и личный спрингер с полным экипажем…
Он сел за стол и приподнял руку в приветственном жесте.
— Tza atesqa, парни! Я скучал по вам. И, признаться, боялся не всех застать в живых.
Он многозначительно посмотрел на Гедимина.
— Так тебя не перевели к нам? — переспросил тот. — А кто тебя сюда пустил?
Кенен хихикнул.
— Никаких проблем, Джед. Я — всего лишь мирный учётчик. Абсолютно благонадёжный и никому не интересный. А что? Хочешь как-нибудь к нам заглянуть?
Гедимин кивнул.
— У вас там есть сеть?
Линкен тяжело шевельнулся и придвинулся ближе, настороженно глядя на ремонтника.
— Атомщик, здесь нет сети. Это секретная база, — медленно проговорил он.
— Именно, — сказал Кенен, указав пальцем на потолок. — Мы под прикрытием, Джед. Никаких контактов с Землёй!.. А что тебе надо в сети? Если ищешь новости, так я могу рассказать…
Гедимин досадливо сощурился.
— Мне нужно поговорить с Конаром, — мрачно сказал он, разглядывая свои ладони. — Без него работа встанет.
Сарматы переглянулись. Хольгер, придвинувшись, крепко сжал ладонь Гедимина.
— Конар? Физик из Атлантиса? — Константин поморщился. — Раньше ты без него справлялся.
— Атомщик, не дури, — буркнул Линкен и передёрнул плечами — по старой памяти рука тянулась к затылку, но шлем мешал притронуться к ноющему шраму. — Нам нельзя с ними связываться. Расстреляют на месте.
— Сколько резонных мыслей разом, — усмехнулся Кенен. — Добавлю к ним ещё одну, пожалуй. Джед, несколько странно просить у человека помощи в войне с человечеством…
Гедимина передёрнуло.
— Это не для войны, — угрюмо сказал он. — Это генератор. Вроде РИТЭГа. Очень мирный механизм.
Кенен захихикал, но поймал тяжёлый взгляд Гедимина и замолчал, поспешно уткнувшись в еду.
— Хорошо, что Ассархаддон тебя не слышал, — вздохнул Константин. — При нём ничего такого не сморозь, ладно?
«С Конаром не связаться, Ассархаддона нет…» — уже в комнате Гедимин, не снимая скафандра, лёг на матрас и лежал в тишине, разглядывая экран передатчика. Он уже испробовал разные способы, — из Ядерного блока пробиться за пределы Луны было невозможно, что-то перехватывало сигнал в лабиринтах «Гекаты». «Даже Кенен сидит без сети. Браслеты с топазами добыл, сеть — не добыл,» — сармат недоверчиво хмыкнул про себя и подумал, что следует продолжить расспросы — возможно, без лишних ушей, без висящей на хвосте охраны… где-нибудь по дороге в Учётный блок?
22 февраля 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
— Атомщик, ты в своём уме? — спросил Константин, взглянув на чертёж. — Ипроновый провод⁈
— Можно взять кеззий, — нехотя уступил Гедимин. — Ипрон или кеззий. Остальное будет фонить. Или не заработает.
Константин, скривившись, скомкал листок с чертежом и швырнул его в утилизатор. Гедимин резко выдохнул, двинулся было к нему, но покосился на лаборантов-филков, шарахнувшихся к стене, и остановился.
— Ты чего⁈
— Думай дальше, атомщик, — процедил Константин, отступая на шаг и нервно оглядываясь на охранников. — Никаких цельноипроновых катушек. Лучше раз в месяц менять медный провод.
…Вернувшись в «мастерскую», Гедимин просунул руку под защитное поле и прикоснулся к излучателю. Обычно отсвет омикрон-излучения и тепло ирренция успокаивали его, но в этот раз старое средство не сработало. «Так же, как мой генератор,» — сармат криво усмехнулся и посмотрел на передатчик. «Поговорить бы с Конаром. У него свойство — прочищать мозги…»
Что-то зашевелилось у двери, Гедимин обернулся и увидел охранников. Они, как обычно, стояли у санпропускника. «Что они там охраняют?» — сармат было поморщился и захотел выдворить их в «чистый» отсек к охране Константина, но осёкся и посмотрел на них с внезапным интересом. «Охранный корпус как-то общается с Маркусом. Навряд ли он часто летает в космос. Может, у них есть связь с Землёй?»
— Стивен, ты говорить можешь? — спросил он, демонстративно отмывая руки от ирренция; на самом деле радиоактивный металл был заключён в рилкаровую пластину и по скафандру не размазывался — Гедимин никогда не стал бы так бессмысленно его расходовать — но охранники, по опыту сармата, в такие тонкости не вникали. — Подойди, есть дело.
Командир охраны, переглянувшись с бойцами, жестом приказал им оставаться на месте и медленно приблизился к Гедимину.
— Что?
— Как вы говорите с Маркусом? Он прилетает сюда? Связывается с вами с Земли? Пересылает записи с попутным барком?
Стивен неприязненно сощурился, и Гедимин запоздало понял, что задал слишком много вопросов — а давать варианты ответов и вовсе не стоило.
— Маркус? Ты же не ходишь на политинформации. Как и вся ваша банда. А он говорит с нами с Земли.
«Значит, связь есть, и её не перехватывают,» — Гедимин приободрился. «Наверное, через спутники над экватором. Тут должен быть мощный поток разных сообщений — в Кларке огромный космопорт, людям всё не отследить…»
— И вы можете с ним связаться? — уточнил он. Взгляд Стивена стал угрюмым и подозрительным.
— А тебе зачем?
— Нужно поговорить кое с кем на Земле, — Гедимин понизил голос. — Отведи меня к вашему передатчику.
«Клешни» экзоскелета сжались с громким лязгом, привод ракетомёта загудел, и Гедимин слегка подался вперёд, прикрывая оборудование, но до стрельбы дело не дошло.
— Доложу Ассархаддону,
