— выплюнул Стивен, отступая к двери. — Будешь расстрелян как шпион и предатель!
— Чего⁈ — Гедимин изумлённо замигал. — Какой ещё шпион⁈ Я сармат, ты что, не видишь? И у меня серьёзное дело к земным учёным. Отведи меня к передатчику. С Ассархаддоном я объяснюсь.
— Заткнись! — рявкнул Стивен, хватаясь за ракетомёт. — Запомни, умник: приблизишься к Ретранслятору — я тебя сам пристрелю!
«Ретранслятор,» — повторил про себя Гедимин. «Спросить у Кенена. Должен знать.»
— Попробуй, — сказал он, опуская руку в защитное поле. Слабый зелёный свет потёк сквозь пальцы, на внешнем куполе проступили очертания сарматской ладони — «тень» в потоке омикрон-квантов. «Наши передатчики наверняка на контроле. Во избежание… шпионажа и предательства,» — думал Гедимин, глядя на зелёные блики. «А вот если перекинуть на спутник лучевой сигнал… Он должен принять и отреагировать. А „передатчик“ не будет распознан…»
23 февраля 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
— Ретранслятор? Да, есть такое место, — ответил Кенен после секундного раздумья. — На самом верху, почти что на поверхности. Такой искусственный кратер-воронка в тени стен Драйдена.
— Выйти туда можно? — спросил Гедимин. — Охраны много? Ты сам был там?
Кенен недовольно сощурился.
— В безатмосферной зоне? Мне там делать нечего, Джед. Я себе живым нравлюсь.
«Да, верно,» — Гедимин посмотрел на легчайший скафандр учётчика, прикидывая, сколько минут сармат сможет продержаться в вакууме. «Ему там делать нечего. А мне надо запастись кислородом.»
— Ты хочешь, чтобы я узнал, что там и как? — спросил Кенен, задумчиво щурясь. — Да можно было бы и узнать… Но не за твои красивые жёлтые глаза, Джед. Определённо, нет.
— Говори, чего хочешь, — быстро отозвался Гедимин. «Странно, что он чего-то хочет. Здесь-то нет проблем со снабжением…»
— Сущий пустяк, Джед. Для тебя — одно движение пальца, — Кенен заискивающе улыбнулся. — Мы, сарматы, должны держаться вместе, верно? Я скажу тебе… чуть позже. Тебе точно нужно в эту… воронку?
Гедимин мигнул.
— Узнай, как попасть к Ретранслятору, — буркнул он. — Если никого не надо убивать — я тебе помогу.
24 февраля 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
Засунуть излучатель под скафандр целиком не удалось, и Гедимин разобрал его и разложил части по нишам между пластинами брони. Охранники, как всегда, маячили у двери, но подойти туда, где работал сармат, не решались, — достаточно было повернуться к ним спиной, чтобы манипуляции с излучателем остались незамеченными. «А если видели?» — на секунду усомнился Гедимин, выходя в конце дня из лаборатории. «А, всё равно они не понимают, что это.»
В дверях Стивен толкнул его в спину.
— Я слежу за тобой, умник, — прошептал он. — Хочешь выдать базу макакам, да? Вот только дёрнись не в ту сторону…
— Ты что, мутируешь? — Гедимин ошалело мигнул. «Правда, проверить бы их всех на эа-мутацию… Куда медики смотрят?»
Кенен ждал его в столовой. Стоило сармату войти, учётчик поднялся из-за стола, приветственно ухмыльнулся, покосился на охранников за спиной Гедимина и жестами спросил у него: «Всё в порядке?»
Сармат кивнул и занял обычное место за столом; Стивен, подозрительно зыркнув на него, исчез в толпе.
— Ты им что-то сболтнул, а? — поинтересовался Кенен. Гедимин поморщился.
— Стивен несёт что-то про шпионаж и предательство. Ничего не понимаю…
— Как обычно, Джед. Как обычно, — вздохнул учётчик. — Ну да Юпитер с ними всеми. Из твоей затеи всё равно ничего не выйдет.
Гедимин вздрогнул и придвинулся к Кенену, навалившись грудью на затрещавший стол.
— Почему⁈
— Вот тебе снимки, — учётчик развернул к нему экран смарта. — Это ближайшие коридоры. Дальше ходят только ремонтные дрезины.
— Hasu! — вырвалось у Гедимина. Он быстро пролистал снимки — везде было одно и то же: множество «Фенриров», встроенные камеры и кинетические турели в стенах там, где охраны не было, узкие коридоры, где разминуться со всем этим не получилось бы чисто физически — там проскользнул бы разве что поток сигма-квантов.
— Дальше я не прошёл, — сказал Кенен, потирая плечо. — Прогнали. Посмотрел?
Он выделил все снимки и стёр их.
— Ты прав. Ничего не выйдет, — нехотя признал Гедимин. — А вот ремонтные дрезины… Их пускают в саму воронку?
— Тут я ничего не скажу, Джед, — развёл руками Кенен. — Да, кто-то должен всё это чинить. Но дают ли им там лазить, как у себя дома, и может ли просочиться незаметно такой амбал в броне, снятой с крейсе… Ай!
— Придержи язык, — тихо посоветовал ему Линкен. Учётчик, потирая затылок, отодвинулся на другой край стола.
— Дурацкая затея, атомщик, — так же тихо сказал взрывник, повернувшись к Гедимину. — Чистое самоубийство. Не надо тебе туда лезть.
— О чём вы тут? — Константин с контейнерами в руках остановился у стола и подозрительно посмотрел на Гедимина. — Куда ты там собрался? Опять какая-то нелепая выходка?
— Никуда, — угрюмо буркнул ремонтник. «Так, в лоб не получается. Но вот ремонтные дрезины… Если есть укрепления на поверхности — должен быть к ним доступ. Надо проверить…»
— Уже хорошо, — сказал Константин. — Когда займёшься делом? Генератор так и не готов. Ассархаддон вернётся — что я ему скажу?
— Что нужен ипрон или кеззий, — отозвался Гедимин.
Константин ударил кулаком по столу — точнее, хотел ударить, но Хольгер вовремя оттолкнул его руку и не позволил проломить столешницу. Кенен, опасливо покосившись на северянина, отодвинулся ещё дальше от сарматов.
— Что там с вашими сплавами? — со слабой надеждой спросил у Хольгера Гедимин. — Константин считает, что ипрон или кеззий нам не по карману. Может, мифрил…
Хольгер покачал головой.
— Мы уже не первую неделю над ним бьёмся. Слишком
