– О Боже, Тесс! Пожалуйста, пожалуйста, с тобой все должно быть хорошо!
Зак прижал свою руку к ране у нее на груди, пытаясь остановить кровь, но она продолжала сочиться сквозь его пальцы.
– С тобой все будет в порядке, дорогая. Обещаю, с тобой ничего больше не случится.
Тесс попыталась улыбнуться, но вместо улыбки получилась болезненная гримаса.
Зак осторожно положил ее на спину, сорвал свою грязную изорванную рубаху, скатал ее и положил ей под голову. Кинувшись к шкафу, вытащил чистые белые простыни, чтобы перевязать рану, и, на ходу разрывая их, вернулся 310 к Тесс.
– Все будет хорошо, дорогая, вот увидишь. – Он сложил простыню в несколько слоев и положил ее на рану, а потом обмотал сверху длинными полосами ткани.
– Мне больно, Зак. Очень больно.
– Я отвезу тебя в город. И найду врача. – Дрожащими руками он бережно отвел с ее лица спутанные каштановые кудри. – Тесс, потерпи немного. Милая моя.
Только теперь, после смертельного поединка с Эбнером Смитом, Зак понял, на какую жертву Тесс шла ради него. Она рисковала жизнью, чтобы спасти его. Зак старался справиться с охватившим его волнением.
– Я позабочусь о тебе, Тесс, – поклялся он. Голос его дрожал. – Только не умирай.
Зак неотлучно сидел у постели Тесс, держа ее слабую руку в своей. Время от времени он проверял ее пульс, чтобы убедиться, что тот бьется равномерно, хоть и слабо. Зак был уверен, что до самой своей смерти не забудет, как вез в город раненую Тесс. Матрасы, которые он положил на дно повозки, не могли смягчить удары от неровностей дороги. Всякий раз, когда Тесс стонала от боли, он страдал так же сильно, как и она. Зак охотно поменялся бы с ней местами, если бы это было возможно.
– Идите примите горячую ванну и наденьте чистую одежду, – приказал доктор Дэниел О'Флинн, когда Зак доставил Тесс к нему в больницу. – Мне вы сейчас ничем не можете помочь. Я лучше знаю, как ухаживать за вашей женой, и вы не должны мне мешать.
Чтобы избежать томительного ожидания в приемной, Зак последовал совету доктора, но очень быстро вернулся опять в больницу. Бесконечное, как ему казалось, ожидание действовало на его измотанные нервы, становилось просто невыносимым. Зак уже готов был ворваться в операционную, когда наконец появился доктор О'Флинн, вытирая руки об окровавленное полотенце. От мысли, что на полотенце пятна крови Тесс, у Зака сжалось все внутри.
– Как она? С ней все будет в порядке? Можно мне ее увидеть?
– Спокойно, спокойно, молодой человек. Пока еще не могу сказать ничего определенного. Ваша жена потеряла очень много крови, но пуля была мелкого калибра. Насколько я могу сейчас судить, она не задела жизненно важных органов. Хотя всегда существует опасность заражения...
Прошло уже двадцать четыре часа с тех пор, как он доставил Тесс в приемную доктора О'Флинна. Двадцать четыре часа с тех пор, как комиссар полиции Франсиско Эспарса явился на ранчо, чтобы арестовать Эбнера Смита. Двадцать четыре часа с тех пор, как Джози Гудбоди предложила Заку свою помощь.
Джози оказалась просто находкой – лучшей сиделкой по эту сторону Миссисипи, как сказал с гордостью доктор. После того как доктор О'Флинн вынул пулю из груди Тесс, Джози настояла на том, чтобы Тесс перевезли к ней в дом, где она будет ухаживать за ней.
Джози вошла в комнату и, увидев Зака на его обычном месте у постели Тесс, легонько хлопнула его по спине.
– Я принесла вам сандвич и чашку горячего крепкого чаю. – Она отмахнулась от возражений, готовых сорваться с его губ. – Вашей жене не станет легче, если вы окажетесь рядом с ней на больничной койке.
– Как вы думаете, она справится?
– Она молодая и крепкая. Она выкрутится, вот увидите. Зак хотел поблагодарить Джози, но от охватившего его волнения не смог произнести ни слова.
Джози улыбнулась и похлопала его по плечу.
– Чтобы к моему возвращению на подносе, кроме крошек, ничего не осталось.
Зак съел все, что стояло перед ним на столе, и поспал в жестком кресле с прямой спинкой, а потом помолился, чтобы Тесс простила его за все обиды, которые он ей вольно или невольно нанес. Он мысленно снова и снова переживал их роковую встречу с Эбнером Смитом. Зак выжидал удобного момента, чтобы броситься на Эбнера Смита, понимая, что у него скорее всего будет лишь один-единственный шанс. И когда он заметил, что маленький пистолет в руке Смита слегка отведен в сторону, то бросился вперед. Но Тесс тоже заметила движение дула пистолета. Не думая о собственной безопасности, она оттолкнула Зака и приняла пулю, предназначенную ему.
«Почему? – пытался понять Зак. – Ведь я доставил ей столько страданий».
Усталость дала себя знать, и он уснул, уронив голову на грудь и переплетя пальцы Тесс со своими.
Почувствовав, как кто-то нежно поглаживает его заросший подбородок, Зак проснулся. Он с трудом разлепил тяжелые веки и увидел Тесс, смотревшую на него внимательно и серьезно.
– Тесс... – охрипшим от волнения голосом пробормотал он.
Она улыбнулась.
– С этой бородой ты вылитый головорез со страниц журнала.
При виде ее милой улыбки в горле у Зака возник комок размером с персик из Джорджии. Стараясь справиться с охватившим его волнением, он схватил руку Тесс, поцеловал ее ладонь и улыбнулся ей. Цвет лица у Тесс стал гораздо лучше. Может быть, Джози права: Тесс справится.
– Наконец-то ты проснулась. – Он выпрямился, потер рукой подбородок и услышал шуршание отросшей щетины. – Похоже, мне нужно побриться.
– Как долго я спала?
– Почти все время с тех пор, как вчера мы привезли тебя сюда.
– Вчера?.. – Тесс хотела приподняться, опираясь на локоть, но, застонав, упала на подушки.
– Спокойно, дорогая, ты все еще нуждаешься в починке. – Зак наклонился, упираясь локтями в колени; он был очень серьезен, когда посмотрел ей прямо в лицо. – Почему, Тесс? Что заставило тебя броситься под дуло пистолета, когда Смит собрался выстрелить?
– Я тебе уже говорила, что готова скорее умереть, чем позволить, чтобы с тобой что-нибудь случилось. – Серые глаза встретились с зелеными и взяли их в плен. – А я никогда не нарушаю своих обещаний.
«Я никогда не нарушаю своих обещаний».
Заку показалось, что Тесс внезапно ударила его в грудь кузнечным молотом. У него перехватило дыхание. Весь воздух вышел из его легких. Тесс едва не лишилась жизни, чтобы спасти его. Так не стал бы действовать человек, способный предать его. Никогда. Ей было всего тринадцать, когда она пообещала не выдавать его властям северян. Она была уже взрослой женщиной, когда пообещала защитить его жизнь даже ценой собственной жизни. И оба раза она сдержала свое слово.
Господи, каким же он был идиотом! Простит ли она его когда-нибудь? Его поглотила ненависть, он ослеп и не замечал нежности Тесс, ее искренней любви. Зак едва не потерял ее, прежде чем понял, что она ни в чем не виновна.
