Господи, каким же он был идиотом! Простит ли она его когда-нибудь? Его поглотила ненависть, он ослеп и не замечал нежности Тесс, ее искренней любви. Зак едва не потерял ее, прежде чем понял, что она ни в чем не виновна.
Он не заслуживает ее. Зак прижал свою ладонь к нежной щеке Тесс.
– Какой же я тупой дурак, Тесс! Но поверь, я люблю тебя. Мы можем начать все сначала.
В ее прекрасных глазах заблестели слезы.
– Значит, ты простил меня за то, что я невольно стала виновницей твоего ареста? Если бы я могла знать, что было в той записке...
– Ш-ш. – Зак приложил палец к ее губам. – Думаю, я уже давно простил тебя, только сам не знал об этом. И давно полюбил, но пытался это отрицать. И не променяю тебя на все золото мира.
– Золото? – При упоминании о золоте глаза Тесс широко раскрылись. – Оно в надёжном месте? Знаю, как это важно для тебя.
Зак провел пальцем по ее красиво изогнутой нижней губе.
– Ты единственное сокровище, которое действительно имеет для меня цену. Надеюсь, ты дашь мне возможность доказать это?
– М-м, не знаю, – с сомнением покачала головой Тесс, но искорки в глазах выдали ее. – Думаю, на это потребуется много времени.
– Думаешь, всей жизни не хватит? – Зак поцеловал Тесс.
Этот поцелуй был нежным, сладким и ласковым. Он знаменовал начало их новой жизни.
Эпилог
Модный кабриолет мягко катился по дороге на юг. Солнце совершало свой неизбежный путь по небу, его лучи еще пытались бороться с надвигающимися сумерками. Мягкий приглушенный свет окрашивал высокие кактусы сагуаро во все оттенки темно-красного цвета.
– Ты уверена, что у тебя хватит сил на эту поездку?
– Я прекрасно себя чувствую, Зак, – в который раз повторила Тесс. – Прекрати кудахтать надо мной, как наседка над цыпленком. С меня уже достаточно было того, что Джози не отходила от меня ни на шаг.
Зак засмеялся.
– Джози оказалась очень милой женщиной, правда?
– Абсолютная правда, – от всего сердца подтвердила Тесс. – Ни за что на свете я раньше не поверила бы, что мы сможем подружиться. В глубине души Джози очень добрая и заботливая, но ей не на кого излить свою доброту, поэтому иногда ее заносит.
Зак одобрительно улыбнулся:
– Ты всегда стараешься найти в людях что-нибудь хорошее. Даже начала жалеть Эбнера, когда он предстал перед судом.
– Давай не будем тратить остаток прекрасного дня на разговоры об Эбнере. – Тесс опустила широкие поля шляпы, чтобы защитить лицо от лучей солнца. – Это ведь дорога к миссии?
– М-м, – неопределенно отозвался Зак.
– Скоро солнце зайдет, – заметила Тесс, оглядываясь по сторонам.
– Да, – согласился Зак.
Она с досадой вздохнула.
– И к чему все эти тайны? Почему теперь, когда у меня полно новых нарядов, ты заставил меня надеть то платье, которое я купила в день нашей свадьбы?
– Потому что в нем ты выглядишь чертовски хорошенькой. – Он улыбнулся ей той улыбкой, от которой у нее всегда начинало сильнее биться сердце. – Не помню, говорил ли я это тебе раньше.
Тесс смущенно разгладила юбку простого легкого светлого платья, вышитого изящными желтыми и голубыми цветами. Зак вел себя очень странно с тех пор, как она достаточно поправилась, чтобы вернуться на ранчо. Конечно, ей не на что было пожаловаться. Нельзя было бы и мечтать о более внимательном друге. Единственным, что ей не нравилось, было то, что Зак обращался с ней словно с хрупким изделием из фарфора, которое может разбиться при любом неосторожном движении. Но сегодня ночью она докажет Заку, что уже совершенно здорова.
– Думаю, совсем стемнеет, когда мы отправимся в обратный путь? – спросила Тесс, вспомнив их встречу с мускусными свиньями во время первой поездки в миссию.
– Не беспокойся ни о чем, дорогая. Уверен, что у Антонио есть комнаты для путешественников, желающих переночевать в миссии. – Зак самодовольно ухмыльнулся, затем лицо его стало серьезным. – А еще я хочу сходить на могилу Джеда. Думаю, он покоится в мире, после того как его убийца осужден.
Когда показалась миссия, солнце уже почти скрылось за горизонтом. Небо окрашивалось в коралловый, персиковый, абрикосовый и золотой цвета. Даже стены строений в миссии приобрели розоватый оттенок. Тесс чувствовала, что Зак разделяет ее радость, и от этого великолепная картина заката делалась еще прекраснее.
Антонио, верный хранитель миссии, приветливо закивал, когда кабриолет остановился. Зак вынес Тесс из экипажа, а потом галантным жестом предложил ей руку. Тесс с насмешливой улыбкой приняла ее. Зак повел Тесс ко входу в церковь.
Тесс охватил тот же священный трепет, что и в первый их приезд сюда.
Сан-Ксавьер уже много лет бездействовал, но был по-настоящему прекрасен. Последние лучи заходящего солнца вспыхивали в глубоко расположенных окнах. День кончался, зарождалась ночь – время мира и спокойствия.
Низко поклонившись, Антонио отворил перед ними тяжелую деревянную дверь. Рука об руку Тесс с Заком медленно шли по проходу, ведущему к алтарю. Тесс заметила женщину, сидевшую в одном из задних рядов. Женщину с яркими желтыми кудряшками.
– Лили?..
Услышав свое имя, Лили Лондон обернулась и помахала им рукой, глаза ее были подозрительно влажными.
«Что делает здесь владелица салуна?» – удивленно подумала Тесс. На Лили было чопорное темно-синее платье с глухим воротом, застегнутое на все пуговицы.
Тесс обернулась к Заку, ожидая от него объяснений, но тот только улыбнулся и продолжал вести ее по проходу. Ноги Тесс остановились сами по себе, когда она увидела, что первые ряды полны людей.
– Зак, – шепнула она. – Не нужно. Мы мешаем.
Тихий детский плач привлек внимание Тесс, и она обернулась. Амелия проскользнула в церковь и успокаивала ребенка на руках. Продолжая улыбаться, Зак вел Тесс к алтарю. И тут Тесс заметила горящие свечи. Дюжины свечей. И цветы. Огромные, яркие букеты из бумажных цветов, какие делают мексиканки, были повсюду.
– Что это значит? – Она обернулась к Заку.
Не говоря ни слова, он подвел ее к затейливо расписанному алтарю. Когда они подошли, все сидевшие в первых рядах обернулись к ним. Тесс изумилась, увидев знакомые лица. Джози Гудбоди. Доктор О'Флинн. Кэл Дэвис из лавки. Сэм из платной конюшни. Здесь были и три брата Кемпер вместе со многими другими, с кем она встречалась в городе, пока проходила лечение. Потом, к ее удивлению, вперед выступил преподобный Тобиас Миллер, приятель Джози, и открыл Библию, которую держал в руках.
Зак взял руки Тесс в свои и с улыбкой посмотрел ей в глаза.
– Однажды я сказал тебе, что брак – это всего лишь клочок бумаги. Но я был не прав. Тесс, я хочу повторить обеты, которые мы дали, и начать все сначала.
