class="p">Она покачала головой и подтянула колени к подбородку.
— Я думала, что Селлас пришлет хотя бы рыцаря.
Шарп промолчал, ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не расхохотаться ей в лицо. Она была оскорблена тем, что ее канцлер и Легион не прислали ей на помощь героя получше.
— Рыцари. Замки. Драконы. Мы не в сказке, миледи.
— Я знаю это! — сказала она, защищаясь. — Я не маленькая девочка.
Вообще-то, как раз маленькая. Подумал Шарп, но снова придержал язык. Он повернул голову, чтобы посмотреть через одно из разбитых окон. Обломки разбившегося фрегата возвышались над разрушенными холмами, как какая-то ужасная горная гряда, черная, как ад, и сверкающая в свете трех лун Цидамуса.
— Мне жаль, — повторила она.
— Мне жаль, что Адриана Марлоу нет рядом, чтобы вызволить вас из вашей башни, леди, но мы сражаемся не совсем с драконами, и Марлоу больше нет. Говорят, он погиб, сражаясь в Содружестве… — Он замолчал, осознав, что сказал слишком много. Ему не следовало высказывать ей свое мнение. Она была графиней Цидамуса, а кем был он?
Центурионом.
Даже не рыцарем.
— Мне очень жаль, графиня. Послушайте. Мы с ребятами не великие герои. Но мы выполним свою работу. Завтра в это же время вы вернетесь к своим людям. Вот увидите.
Затем настала ее очередь замолчать. Ирина Волсенна прикусила язык.
Стыд поднялся откуда-то из глубины души, и Шарп, застонав, встал, чтобы увеличить дистанцию между собой и палатинским дворянином. Несмотря на титулы и генную обработку, она была всего лишь ребенком. У нее было право бояться. И даже быть неблагодарной. Она потеряла весь свой мир. Возможно, ей нужно было верить в героев.
Что ж, у нее есть мы. Шарп подумал и, обернувшись, спросил:
— Арон, Стас. Кто-нибудь видел птицу?
— Все тихо, Квент, — ответил Стас.
— И никаких признаков Бледных тоже нет, — добавил Арон. — Так что у нас все получается.
Шарп улыбнулся графине — вспомнил, что на нем шлем — и проверил, надежно ли закреплена его MAG винтовка на плечевом ремне.
— Мне это не нравится, — сказал он. — Кто-нибудь, сбегайте вниз и скажите Мадсу, чтобы он запустил еще одну сигнальную ракету.
— Вперед! — Один из легионеров поспешил к окну и спрыгнул вниз, полагаясь на репульсорную подвеску, которая аккуратно опустит его на улицу. Шарп вскочил на подоконник и проследил, как его человек спрыгнул вниз и поспешил через улицу к другому зданию, где ждали шестеро его людей. Нет смысла всем таиться в одном месте. Если Бледные все-таки найдут их, они могут сбежать, пока остальные будут играть роль арьергарда.
Арон вскарабкался рядом с ним, и по его неуверенным движениям Шарп догадался, что человек включил увеличение энтоптики своего костюма. На гладкой белой лицевой пластине солдата под левым глазом виднелись две горизонтальные полосы, указывающие, что он декурион. Его броня из сегментированной белой керамики, надетая поверх красной туники и черного костюма, была сильно потерта от долгого использования и плохого ухода, а плащ исчез — он предложил его юной графине, чтобы согреть ее.
— Думаешь, что-то случилось с десантным кораблем?
Центурион посмотрел мимо разбитого фрегата на бесформенный корпус того, что, как он был уверен, было судном Целцинов, уродливую цилиндрическую штуку. Может, класс 3, если судить по размеру. Возможно, класс 2. Большая часть боевых действий на орбите прекратилась после их первой атаки. Трибун Лин и имперский флот преследовали захватчиков до полпути к лунам и обратно, но первоначальная атака была не чем иным, как катастрофой.
— Возможно, — сказал Шарп после минутной паузы. — Дерьмо. Тебе когда-нибудь казалось, что мы приносим столько же вреда, сколько и пользы, выбивая Бледных?
— Не-а. — Арон даже не колебался. — Ты же знаешь, какие они, Бледные. По-моему, лучше пусть это место будет полуразрушенным, чем в их руках. Помнишь Оксиану?
Шарп кивнул. Арон был прав. Он прекрасно помнил Оксиану. Тысячи снятых человеческих кож, прибитых к стенам города, к основанию зиккурата замка. Фонтаны в герцогском дворце, всё ещё красные от крови двора лорда Аркаро. Насыпанные пирамидками головы.
— Квент! — Крикнул Стас из окна напротив, — Никто не летит.
— Подождем! — сказал центурион.
Не успел он вымолвить ни слова, как в здании напротив ярко вспыхнула вторая сигнальная ракета. Он наблюдал за тем, как она гаснет, энтоптика костюма уменьшила адское свечение сигнала до того уровня, который могли вынести его глаза. Словно падающая звезда, медленно и бесшумно она поднялась над израненным городом.
— Неужели никто не прилетит? — спросила графиня Ирина Волсенна. Она встала на ноги, крепко прижимая плащ Арона к своим стройным плечам. Из-за того, что они так много времени проводили вместе, забившись в угол, Шарп совсем забыл, какого она роста. Слишком высокая. Но все дворяне-палатины были слишком высокими. Шарп был уверен, что они росли в чанах, заменявших им настоящих матерей. Больше места, чтобы вытянуться.
— Слишком рано говорить, мэм, — сказал Шарп.
— А что мы будем делать, если никто не прилетит? — спросила она. — Мы же не можем пройти весь путь пешком до остальных, не так ли?
Канцлер Селлас и остальные члены сопротивления Дома Волсенна окопались в старом форпосте Гильдии горняков в горах Эльдмари. Он был более чем в тысяче миль от города Татарга, за не слишком узким Узким морем. И, кроме того, Шарпу уже не нравились их шансы преодолеть десять миль под открытым небом, когда поблизости все еще были патрули Целцинов, а до Эльдмари было в десять на десять на десять раз больше.
— Нет, — сказал он.
— Если что-то случилось с нашим эвакуатором, — сказал гололицый Алтарик, — они знают, что мы здесь.
— Возможно, — согласился Стас, проверяя воздухозаборник плазменной горелки. Оружие для пробы зажужжало в его руках. На ухо Шарпа звучало хорошо.
Центурион поднял кулак, приказывая своим людям замолчать. Они сразу же замерли.
— Десять минут, — сказал Квентин Шарп. — Дадим им десять минут, а потом нам нужно смываться.
— Смываться? — Спросил Стас, всегда настроенный на конфронтацию. — Куда смываться?
У них было три десантных корабля “Ибис”, следящих за городом в ожидании их сигнала. Они не рассчитывали, что все три потерпят неудачу.
— Мы должны подать сигнал флоту, — сказал Шарп.
— Сигнал флоту? — Спросил Стас. — Ведь Бледные глушат все частоты? Как?
Но Арон раскусил план Шарпа.
— На одном из этих обломков должен быть еще работающий QET.
Графиня нахмурилась.
— QET?
— Телеграф, мэм, — сказал Шарп. — Квантовый телеграф. Единственный способ пробиться через помехи. Мы еще раз вызовем эвакуацию. — Он взглянул через пролом в крыше на то место, где погасла сигнальная ракета, а огненный столб превратился в столб дыма, который ветер разорвал в клочья. — На одном из этих сбитых фрегатов должен найтись
