Ричарда тоже похоронили в Хейлесе, в Цистерцианском аббатстве, которое он сам выстроил неподалеку от Винчкомба.
Здесь Ричард покоился рядом с любимым сыном и Санчей. А сердце императора похоронили в францисканском храме в Оксфорде.
ОТРАВЛЕННЫЙ КИНЖАЛ
Распрощавшись с Генрихом, Эдуард и Элеанора отплыли в Палестину, как только на море установилась погода. Принцесса грустила, вспоминая своих маленьких детей, Джона, Элеанору и Генриха. Однако пришлось выбирать – ехать с мужем или оставаться с детьми, и принцесса не сомневалась, что сделала правильный выбор.
Несмотря на внешнюю кротость, Элеанора отличалась незаурядной силой характера, в чем Эдуард не раз имел возможность убедиться. Поначалу принц считал, что присутствие жены в походе будет связывать ему руки, однако быстро выяснилось, что Элеанора, наоборот, является незаменимой помощницей и советчицей. Она умела держаться в тени до тех пор, пока муж мог обходиться без нее, а в трудную минуту всегда оказывалась рядом. Эдуард не уставал благодарить Господа за то, что Элеанора не осталась дома.
В положенный срок Эдуард добрался до Аккры, большого торгового города, который в последнее время пришел в упадок. Аккра оставалась одним из немногочисленных оплотов христианства в Святой Земле. Сарацины не раз пытались захватить город, но у них ничего не получалось. Сначала мусульманам нужно было завоевать восточные христианские провинции.
Горожане встретили Эдуарда и его солдат с ликованием – Аккра нуждалась в защитниках.
Улицы были запружены торговцами, съезжавшимися в Аккру со всего мира. На базарах прилавки ломились от товаров. Там звучала разноязыкая речь, шла оживленная торговля, но при этом купцы ни на минуту не забывали об опасности – в любой миг с башен мог раздаться звук трубы, извещавший о приближении неприятеля.
Величественные храмы и дворцы остались еще с римских времен. На узких улочках можно было увидеть множество паломников, отличавшихся от горожан набожным, фанатичным выражением лица. Аккра была оплотом иоаннитов, членов рыцарского ордена, активно участвовавшего во всех крестовых походах. Братья-рыцари отдыхали, наслаждаясь передышкой между боями. Отовсюду доносились зазывные крики торговцев, предлагавших самые разнообразные товары.
Прибыл наследник английского престола! Эта весть разнеслась по всей округе. Люди говорили, что принц похож на великого Ричарда Львиное Сердце, покрывшего себя неувядаемой славой в борьбе с сарацинами. Сердца христиан наполнились надеждой. Быть может, все-таки удастся отвоевать у неверных Святую Землю?
Эдуард разговаривал с местными жителями, укреплял их веру в победу. Все знали, что принц усмирил взбунтовавшуюся английскую знать, а стало быть, был прирожденным победителем.
Султан Бибарс, давно подбиравшийся к Аккре и намеревавшийся подвергнуть город осаде, был вынужден отказаться от своей затеи – дело в том, что на Кипре начался мятеж, а этот остров представлял для султана куда большую важность, чем Аккра.
Воспользовавшись удачным стечением обстоятельств, Эдуард начал совершать набеги на сарацинскую территорию, нанося врагу ощутимый урон.
Все бы было ничего, но тут началась страшная жара, к которой англичане были непривычны. В их армии начались дизентерия и другие болезни. Воинов донимали мухи и прочие насекомые, многие из которых оказались ядовитыми. Солдаты объедались вкусным местным виноградом, однако с непривычки многие заболевали и даже умирали. Эдуард понял, как скверно чувствовали себя на этой земле его предшественники, убедившиеся, что реальность куда неприглядней и опасней, чем мечтания о святой миссии. Все грезы о доблестных баталиях, завоевании Иерусалима и разгроме сарацинов оказались неосуществимыми. На деле главными врагами крестоносцев были жара, болезнь и внутренние распри. А что касается сарацинов, то они храбростью и приверженностью своей религии ничуть не уступали христианам.
Незаменимой опорой для Эдуарда в этих обстоятельствах была жена.
Принц очень беспокоился за нее, ибо Элеанора вновь забеременела.
Из Франции приехали посланцы от Карла Анжуйского, предлагавшего заключить с сарацинами перемирие.
– Я на это не соглашусь! – вскричал Эдуард.
Однако жители Аккры его не поддержали. Предложение перемирия на десять лет привело их в восторг. Десять лет мирной торговли! В противном же случае – война: смерть, разрушение, мародерство, насилие, разорение.
– Мира, мы хотим мира! – заволновались горожане.
Все усилия Эдуарда оказались тщетны. Неужели он зря прибыл в Палестину?
И перемирие было подписано.
Эдмунд, брат Эдуарда, с облегчением вернулся в Англию, однако наследный принц решил остаться. Он объяснил беременной жене, что пока не чувствует себя вправе отказываться от борьбы.
И Элеанора поняла его. Эдуард прибыл в Святую Землю, дабы восславить христианскую веру. Он не может возвращаться, достигнув столь малого. Элеаноре тяжело давался местный климат, но она не роптала, довольная тем, что находится рядом с мужем. Неоднократно она напоминала Эдуарду о Маргарите Французской, которая благополучно разрешилась от бремени, находясь с мужем в Святой Земле.
Элеанора говорила, что она ни о чем не сожалеет.
Вскоре произошло нечто такое, после чего Эдуард окончательно убедился: само Провидение дало ему Элеанору в спутницы.
На Востоке существовала таинственная секта ассасинов, которую возглавлял некий Старец Горы. Согласно легенде, соратники Старца тщательно отбирали новых членов секты и приглашали их пожить в чудесном саду, местонахождение которого хранилось в строжайшей тайне. Кандидата в члены секты одурманивали наркотиками, а когда он приходил в себя, то оказывался в восхитительном саду, настоящем земном рае. Там было все, о чем только может мечтать человек: роскошная обстановка, прекрасные гурии, выполнявшие малейшую прихоть гостя. Проведя несколько месяцев в этой райской обстановке, ассасин получал от Старца Горы задание – как правило, речь шла об убийстве. После благополучного исполнения задания ассасин – если он оставался жив – вновь попадал в райский сад, где наслаждался жизнью до следующей миссии. Если же член секты проявлял малодушие, он бесследно исчезал с лица земли.
В распоряжении таинственной секты была целая армия фанатичных убийц.
Семнадцатого июня Эдуарду исполнилось тридцать три года. Стояла невыносимая жара, и Эдуарду нездоровилось. Он был одет в легкую тунику, без доспехов и кольчуги.
Во дворец прибыл посланец от эмира Яффы. Он привез письма, которые должен был вручить Эдуарду собственноручно, без посредников.
