ко мне и произносит этот вопрос едва слышно.
- Не знаю, - пожимаю плечами. - Надеюсь, все будет хорошо.
- Я сейчас вызову такси, наше уже уехало, - произносит мама, глядя на Дворецкого.
- Давайте я отвезу вас, - предлагает Ник.
Мама смотрит на меня нерешительно. Я тоже не знаю, как поступить, как будет лучше… Возможно, поехать всем вместе будет наилучшим вариантом. Я поговорю с Ником. Он сможет познакомиться с сыном. Надеюсь, он этого хочет. Надеюсь, он почувствует радость осознавая, что у нас есть ребенок… конечно, когда шок пройдет. Потому что сейчас мы оба в шоке…
- Действительно, почему бы нам не поехать вместе к тебе, надеюсь у тебя есть еда.
- Конечно у меня есть, ты же знаешь Наташа всегда готовит много.
- Хорошо, поехали, - обращаюсь к Нику. Сажусь на заднее сидение с мамой и сыном. Данила обожает ездить на машине, поэтому выражает бурный восторг. А вот я не разделяю его радости - всю дорогу в машине висит гнетущее молчание. Ник сжимает руль так, что белеют костяшки пальцев. Он очень сосредоточен на дороге, но явно его мысли где-то далеко.
А я кусаю губы, вонзаю ногти в ладонь, пытаясь сообразить, как ему теперь объяснить почему сутки молчала, когда делили постель, отдаваясь без остатка друг другу, когда откровенничали на кухне… Причём я сама настаивала, просила о полной открытости. Сейчас себя ужасной лгуньей чувствую.
Когда приезжаем к маминому особняку, она подхватывает Данилу на руки и скрывается в доме, а мы остаемся на улице. Кутаюсь в куртку, которая слишком тонкая, но ничего более тёплого в квартире не нашлось. Переминаюсь с ноги на ногу.
- Я понимаю, у тебя, наверное, сейчас очень много вопросов, - говорю взволнованно. Смотрю на Ника. - Я готова ответить тебе на все, только пожалуйста, не делай поспешных выводов.
- Какие выводы, Вик? - произносит Ник с горечью. Например о том, что у тебя сын от Антона, при том, что ты у уверяла что брак фальшивый?
Я бледнею, делаю несколько шагов назад. Ник хватает меня за руку и притягивает к себе.
- Черт, Вик, прости пожалуйста. Сам не знаю что несу… Я не хотел тебя обидеть. Конечно же, я так не думаю. Я не слепой - ребёнок моя копия… но я сейчас оглушен. Ни о чём другом не могу думать, мне как будто снова нож в бок всадили…
- Давай не будем психовать, - прошу Ника. - Давай просто пойдём в дом. Сейчас не стоит что-то думать или решать.
- Я не решаю Вик. Я сейчас переполнен ненавистью к себе, к тому что столько времени занимался хрен знает, чем, когда у меня рос ребёнок… от тебя. Как я вообще мог докатиться до такого? Почему не узнал о нём?
Ник произносит эти слова с такой горечью и болью, что в этот момент окончательно прощаю ему все. И то что не появлялся столько времени, не пытался ничего узнать обо мне… Да и стоит ли ворошить былые ошибки? Может пора отбросить всю горечь нашего прошлого и начать все заново?
- Почему ты не попыталась рассказать, например, моим родителям?
- Не знаю почему… я виновата перед тобой в этом, прости меня пожалуйста.
- Не за что извиняться. Это ты меня прости. Ты мне сына родила, а я вёл себя как подонок…
- Ты не подонок, ты запутался! Ты был ранен. Потом узнал о моей свадьбе… Я понимаю твои мотивы и не сержусь на тебя. Мы сейчас должны сосредоточиться на другом. Главное, чтобы ничего сейчас не испортить, понимаешь?
- У меня в голове ядерный взрыв, сейчас я мало что способен понять, - на лице Ника гримаса боли.
- Главное сейчас не паниковать, - не знаю кого я успокаиваю себя ли я его. Наконец мне удается уговорить Ника зайти в дом и сесть за стол. Он уже накрыт, очень вкусно пахнет, чувствую, как рот наполняется слюной. Наташа постаралась на славу. Ник… представляю насколько он голоден, но при этом он смотрит на еду совершенно равнодушно, его гораздо больше интересует соседняя комната, где слышно лепетание сына.
- Тебе так не терпится с ним познакомиться? - улыбаюсь невольно.
- Я для него чужой, - с болью произносит Ник. - Захочет ли он когда-нибудь узнать меня?
- Конечно захочет, он же ещё такой маленький!
- Его отцом записан Антон?
- У меня была очень тяжелая ситуация, понимаешь… Я практически всю беременность лежала на сохранении. Когда рожала, прости, я не думала о том, кого запишут отцом. Не до того было… Думала лишь о том, чтобы родить здорового ребёнка аппетита. Хотела, чтоб у меня осталась твоя частичка, я ведь тогда думала, что ты погиб… Да Антон записал Данилу на свое имя. Хотел жить полноценной семьей… мне долго пришлось убеждать его в том, что эти надежды напрасны и никогда не осуществятся. Сейчас мы на стадии развода. Антон откажется от любых прав, он знает, что это твой ребёнок.
- Думаю, у твоего молчания была и другая причина. Ты боялась, что я могу его забрать…
В этот момент в гостиную вбегает Данила, в его руках любимая машинка. Он подбегает к Нике и протягивает ему игрушку. Замираю, наблюдая эту картину. Безумно волнительный момент… И вдруг Ник сгребает малыша в свои объятия. Я понимаю, что это порыв. Сильное эмоциональное напряжение… Но ребенок пугается, начинает отбиваться, плакать. Ник… его лицо искажено болью. Он ставит сына на пол. На секунду в комнате воцаряется тишина. Разрывающая мне душу. А потом малыш все же решает громко зареветь. Ник отдает ему машинку, но Данила, взяв ее, швыряет Нику прямо в лицо… Я в шоке - сын никогда так не вел себя.
- Прости! Он испугался… - беру сына на руки. - Я лучше отнесу его в детскую. А ты поешь, умоляю…
Вернувшись нахожу Ника в той же позе. Он и не думал возвращаться к столу.
- Данила
