почти три недели, которые мы провели в Риме. Три самые счастливые недели! Между нами царили мир и спокойствие, полное взаимопонимание. Мы исходили город вдоль и поперек. Гуляли втроем, сажая Данилу в коляску. Ему явно очень нравилось здесь, и климат подходил. Мы очень много фотографировались, Ник каждую минуту рвался проводить с сыном, часто я катила коляску пустую, а Ник нес ребенка на руках. Данила просто обожал отца. Мы стали настоящей семьей, крепкой, счастливой. Казалось, даже воздух вокруг нас пропитан радостью. Быть может, это всего лишь глупые романтические грезы, но мне все чаще посещала мысль, что все плохое позади.
Ник никуда не пытался уйти. Правда много писал в телефоне, но обещал, что и это скоро прекратится. Почти все время мы проводили вместе. Страстные ночи, и прекрасные солнечные дни, мы все глубже притирались, узнавали друг друга, словно только что познакомились.
Каждый день Ник дарил мне цветы, и разные мелкие подарки. Уговаривал поехать на шопинг, но я сказала, что настроение совершенно не для тряпок. Мне было наплевать что надеть. Я не красилась, не заморачивалась с прической. Но Ник уверял, что выгляжу как королева. Однажды среди мелких подарков вроде элитного пирожного ручной работы в незатейливо простой коробочке я увидела кольцо с роскошным бриллиантом. Так, невзначай, любимый сделал мне предложение руки и сердца. Поневоле я вспомнила первую нашу попытку соединить судьбы, испытав при этом не слишком приятные эмоции. Меня сковал страх. Он периодически возвращался кошмарами. Я не могла забыть пропажу Ника. Мне хотелось, чтобы мы уехали как можно дальше.
- Может быть нам не надо сейчас возвращаться в Москву? - спрашиваю ровно спустя три недели после прилета.
Кажется, Ника радуют мои слова. Он бросает на меня короткий взгляд. Сегодня впервые он собрался куда-то уйти без меня. Выглядит сосредоточенным и немного хмурым.
- Я только за, Вик. Это отличная идея. Я рад что тебе тут нравится.
- Мне даже здесь неспокойно.
- Да, знаю. Ты плохо спишь, - вздыхает Ник.
- Дело не в снах… Я никак не пойму - твоя история с бандой… она закончена?
- Почти.
- Ты столько времени твердишь это «почти»! - восклицаю с отчаянием.
Ник резко встает, и тут замечаю, что карман его куртки бьется о край стола с глухим ударом. Может я и не придала бы этому значения… Но видимо что-то в лице Ника заставило меня вдруг спросить:
- Что у тебя в кармане?
- Неважно, Вик. Я опаздываю.
У меня вдруг по спине побежали ледяные мурашки.
- Я прошу, покажи.
- Не сейчас малыш, правда…
Но я подскакиваю и сую руку ему в карман.
- Ник! Зачем на встрече оружие? Что происходит?
- Простая мера безопасности, малыш. Не бери в голову.
И отодвинув меня со своего пути, Ник уходит. А меня накрывает с головой волна нехорошего, просто ужасного предчувствия.
Мне это не нравится. Что в доме, в нашем доме, где ребенок, находится пистолет… Так не должно быть… Что Ник не может снова рассказать все… Не представляю, что будет дальше. Боюсь, что любая женщина в такой ситуации подумала бы уйти. Взять сына и скрыться, быть в безопасности, подальше. Ник… смогу ли бросить его? Он вроде не против остаться здесь… А я - могу вернуться в Москву без него?
Понимаю, что не смогу. Я прилеплена к нему намертво. Чувствами, нашей историей. Глубокой и болезненной любви…
***
Ник вернулся с букетом белых роз, но мне было не до цветов. Снова обсудили поездку, и выяснилось, что Ник-то, как раз в Москву едет, обязательно. А вот меня он брать категорически не хотел. Несколько дней мы спорили. Пришлось пригрозить, что если оставит меня здесь… Я просто сбегу. Только так Дворецкий соглашается взять меня. Но мы оставляем Данилу с Евдокией. Поездка короткая - всего на три дня. Тем более что позвонила мама и сказала, что через сутки тоже летит в Рим, по работе. Так что малыш еще и с бабушкой будет.
***
Первое что я увидела в телефоне по приземлении - три пропущенных звонка от Антона. Как же мне не хотелось с ним говорить! Но я ждала вестей о разводе. Только поэтому перезваниваю… Но абонент недоступен. Снова и снова набираю бывшему, злюсь, думая что он нарочно отключил телефон. С его связями и любовью лезть в чужие дела, уверена, Антон знает даже номер моего рейса. Что за игры? Даю себе слово, что если и придется увидеться с Антоном, это будет последняя встреча. Даже если он будет шантажировать меня разводом. Все бумаги должны уже быть по идее готовы. Не знаю, что еще могло прийти этому человеку в голову…
***
Мама, приехавшая встречать меня в аэропорт, выглядит странно. Обычно эта женщина сияет, как и положено звезде. А сейчас бледная, без макияжа, очень взволнованная… Понимаю, что маму буквально трясет…
- Что случилось? - спрашиваю отрывисто, сердце сжимается от плохого предчувствия. Даже не замечаю, что Ник отошел. Поворачиваю голову - он вдалеке разговаривает по телефону и тоже бледен…
- Это страшно, милая… Просто кошмар… - маму трясет, зуб на зуб не попадает. - Мне час назад позвонили… Ночью был еще один взрыв… Неподалеку от твоего дома… Это была машина Антона.
- Какой ужас… - на меня нападает ступор, не знаю что сказать, буквально дара речи лишаюсь.
- Детка, зря ты вернулась, - всхлипывает мама. - Прямо сейчас садись на любой рейс. Я сама вылетаю через несколько часов… Но это просто кошмар. Как страшно, милая. Какой ужас, у меня просто слов нет.
- Мам, я не могу… Какой еще рейс… я только прилетела… - с трудом сглатываю тяжелый ком в горле. - Боже мой, какой ужас… Бедняга. Я поверить не могу…
- Твоя мама совершенно права, - вмешивается подошедший Ник. Его лицо очень напряженное и бледное. - Ты не поедешь домой. Лучше всего прямо сейчас тебе
