могла так попасть», поэтому ловко поднырнула под его руку и оказалась на свободе.
— Нет, Люциан, — ответила я. — Я так не думаю. Я благодарна тебе за помощь с Софией, я благодарна тебе за то, что ты спас нас от толпы. Это все.
Кажется, не такого ответа он ожидал, потому что сейчас только сдвинул брови еще сильнее.
— Ты издеваешься? — спросил он. — То, что между нами было…
— Осталось в прошлом, — закончила я за него.
Люциан явно не собирался отступать, потому что снова шагнул ко мне.
— Я понимаю, ты злишься. За все, что было. Я бы тоже злился…
— Да ладно?! — Сарказм вернулся, а вместе с ним и воспоминания. И нет, я не злилась, я просто хотела войти в тотальный фейспалм. Он правда считает, что вот так пришел, сказал все это, и все отменилось?
— То есть мои извинения не принимаются?
— То есть твои извинения принимаются. Но на этом все. Друзьями остаться не предлагаю, иначе получится дешевая мелодрама.
— Что получится?
— Неважно. У Сони спросишь, — я махнула рукой. Какая теперь разница, в самом деле. Можно было бы сто раз перекопать прошлое и все вспомнить, потыкать палочкой в то, что между нами было, но зачем? Как прежде уже не будет, в настоящем… в настоящем в моей жизни нет места Люциану Драгону ни под каким соусом.
На миг почему-то представился Люциан Драгон под взбитыми сливками с той самой ягодкой на пикантном месте, и я искренне порадовалась, что этот парень не умеет заглядывать в мои мысли, как Валентайн. После такого он точно не отцепился бы…
Валентайн!
Я судорожно вздохнула, представляя, что будет, если такая картина передастся Валентайну, и сделала шаг назад. Пора заканчивать этот разговор. Пора это заканчивать.
— Я не отступлюсь, Лена, — пообещал Люциан. — Можешь даже не надеяться.
Да куда уж мне с моими надеждами перед лицом задавшегося целью принца. Не хотела я этого говорить. Вот не хотела.
— Отступишься, — сказала я. — Потому что все это больше не имеет значения. Я теперь с Валентайном.
С лица Люциана сошли все краски и даже хмурость, оно стало каким-то… странным. Как тень.
— Что значит: с Валентайном? — Спросил он. — В каком смысле?
— Во всех.
Я развернулась и направилась к аудитории: пора уже поучиться, честное слово. Соня права, у нас впереди экзамены, и, хотя после темной обычная магия давалась мне как на лету, предварительные задания и практики для допуска никто не отменял. Плюс еще теоретическая часть, с теорией мне всегда было сложнее, чем с практикой, там есть такие нюансы, на которых любого можно подловить. Еще этот драконий язык, чтоб его! Я там постоянно во временах путаюсь, и магистр Доброе утро это прекрасно знает и будет меня по ним гонять.
В аудитории было шумно: все явно обсуждали появление Софии Драконовой. Ее бывшие подружки во главе с Лузанской сидели так, будто наглотались палок, и они застряли у них во всех местах, включая неположенные. Остальные украдкой косились на Соню, а с моим появлением стали коситься еще и на меня.
Я поднялась к ней — в отличие от Софии Драконовой, Соня выбрала неприметное местечко возле окна, подальше ото всех. Плюхнув сумку на пол, устроилась рядом и посмотрела на подругу. Ничто в ее лице не выдавало того, как прошел разговор с Сезаром, и что там вообще между ними произошло.
Раньше я наверное достала бы ее вопросами, но сейчас поняла: Люциан прав. Какое бы решение Соня ни приняла, это ее решение. Я здесь, я рядом, и если что-то не так, она всегда может мне об этом сказать.
— Сонь, я поддержу тебя во всем, что бы ты ни решила, — произнесла я. — Хочешь ты выйти за него, оторвать ему голову или что-то другое, я все равно с тобой. В первом случае подержу букетик невесты, во втором — простыню, куда будем прятать тело. Надеюсь, ты это понимаешь?
Впервые за сегодняшнее утро Соня улыбнулась так, как умела только она. Это была ее улыбка: светлая, яркая, такая… ни на что не похожая. Улыбка быстро погасла, но ощущение осталось, и я смогла вздохнуть с облегчением. Да, это Соня. Это действительно она, все в порядке. Она так решила, и мне остается только принять это решение и поддерживать ее, особенно сейчас.
— Спасибо, Лен, — тихо ответила она. — Я это знаю. И я очень тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, Драгунова, — одними губами ответила я.
Фамилию и мой шепот перекрыл рев дракона, оповещающий всех о том, что занятие началось — и в аудиторию вошел преподаватель. То есть тьфу! Магистр, конечно же.
— Сегодня у нас практика, практика и ничего кроме практики. Работать будем в тройках, так что предлагаю сразу выбрать себе команду, и мы приступим. По результатам сегодняшней практики буду допускать к экзаменам, поэтому все делаем внимательно. Мне очень не хочется проводить дополнительное занятие по допускам. Итак…
— Кого предлагаешь позвать третьим? Или третьей? — Соня оглядела аудиторию.
Я вздохнула. Правда, уже в следующий момент вопрос отпал сам собой, потому что я увидела сидящего в одиночестве Ярда.
Ну да, с дружбой у нас не срослось, но я и не собираюсь до конца дней припоминать все, что было. Соня проследила мой взгляд, кивнула, и я активировала виритту, чтобы ему написать. Ярд получил сообщение, изумленно обернулся, а я подняла большой палец вверх. Он помедлил, но все-таки поднялся со своего места и направился к нам. Что же касается меня, я очень некстати подумала о том, что Люциан на допуск к экзаменам не явился.
Глава 33
Глава 33
Люциан Драгон
— Запрети ей встречаться с Альгором. — Люциан в упор смотрел на отца. Раньше он старался обходить Фергана десятой дорогой, особенно после того, как они в очередной раз не поладят. В этот раз говорить, что они не поладили было слишком мягко — отец вбил себе в голову, что он должен жениться на Женевьев, и это был перебор. Перебор во всех смыслах: на такое он точно не подписывался.
— Давай проясним, Люциан. — Камень мог отражать интонации, поэтому сейчас тихий «голос» отца был угрожающим. — Ты
