они говорили. Разве не ради этого он был здесь? Узнать, как можно обезвредить проклятие, тяготеющее над их родом.
Ировар сказал:
— В роду Даниэля и Венделя верят, что Тангиль по-прежнему жив…
— Это кажется вполне вероятным, — сказал Сармик. — Теперь, когда мы услышали твою историю, мы тоже верим в это. Но где он живет? Наверное, не здесь?
— Нет, — вмешался Даниэль. — Мой отец пытался однажды идти по его следу и забрел довольно далеко на юг Европы. Это очень далеко отсюда. В стране, где всегда тепло.
Это произвело впечатление. Страна с вечным теплом должна была находиться явно далеко от их собственной зимней страны. Даниэль продолжал:
— Мы также знаем, что Тангиль что-то спрятал в нашей стране, где он и обосновался. Но найти это невозможно, потому что дух его сторожит это место.
Сармик задумчиво произнес:
— Этот молодой человек, родственник Венделя… А он какое отношение имеет ко всему этому?
— Он — тот незнакомец, появление которого означает, что время пришло, — ответил Ировар.
— Ты говорил о том, что у него могущественный защитник. Кто это?
— Не кто, а что. Покажи им, Даниэль, — сказал Ировар, подмигнув. — Покажи им всем!
Даниэль бросил быстрый взгляд на Мара и Мило.
— А стоит ли?
— Ты нас заинтриговал, — сказал Сармик. — Мы тоже должны знать!
Даниэль, поколебавшись, снял с шеи цепочку и осторожно положил корень на ладонь. Другие, взволнованные, подошли поближе, чтобы рассмотреть лучше. Он рассказал о цветке виселицы и его происхождении.
Мило потянулся к корню, но Даниэль быстро засунул его назад. Map незаметно отошел, его зубы блестели в ухмылке.
— Откуда он у тебя? — почтительно спросил Сармик.
— Он уже много сотен лет принадлежит нашей семье. Говорят, что когда-то он принадлежал Тангилю, но приносил ему только несчастья, и он предпочел от него отделаться. Всех проклятых в нашем роду, которым он принадлежал, постигла печальная кончина. Он был похоронен вместе с одним из них, но снова возник из-под земли, и его нашла моя мать. И когда она поняла, что он приносит удачу только мне, она его мне отдала. Он хранил меня на моем пути сюда, а это путешествие было отнюдь не безопасным.
— Тогда он предназначен тебе, — сказал Сармик. — Это говорит о том, что ты — именно тот, кого ждала Шира. Время пришло!
Остальные кивнули. За исключением Мара. Он отвернулся, злобно оскалившись. Подручный Шамы. Один из тех, с кем Тангилю или Тенгелю Злому действительно повезло. А значит — враг Ширы.
— Тогда нам остается только отыскать источники жизни, не так ли? — спросил Вассар.
— Я тоже так считаю, — заметил Сармик. — Правда, Ировар? Ведь ты же не получил в ту ночь от духов более подробных сведений? О том, что на самом деле предстоит исполнить Шире?
— Нет. Они сказали только, что она поймет это сама.
Все посмотрели на Ширу. Она в замешательстве потерла лоб.
— Я не знаю, — сказала она. — Но полагаю, вы правы. Если бы нам только знать чуточку больше!
— А после того раза вы больше никогда не встречали духов? — спросил Сармик.
— Никогда, — ответил Ировар. Он опустил голову на руки. — Иногда мне казалось, что это был лишь сон. Постепенно я убедил себя в том, что мне все это приснилось. Но Шира несколько раз видела Шаму, он как будто поджидал ее. Так что мы должны верить, должны! Самое печальное то, что я знаю совсем мало — только то, что когда-то давным-давно существовала легенда об источниках. Но я не могу ее вспомнить. Тун-ши знала ее, и она рассказывала мне ее в ту ночь, когда я настолько устал, что ей пришлось несколько раз будить меня. Это было в самом начале нашей совместной жизни, но потом легенда забылась. А она была настолько древняя, что никто другой ее просто не помнит.
— Прошу прощения, — смиренно заметил Даниэль. — Но мне кажется, что я могу догадаться, где находятся эти источники жизни.
Ировар дружески кивнул ему:
— И у меня есть кое-какие мысли о том, где они могут быть. Расскажи сначала ты!
Даниэль почувствовал себя немного неловко из-за всеобщего внимания.
— Хорошо. По пути в Нор мы проплывали мимо скалистого острова «Гора четырех ветров», который находится у берегов Таран-гая. Этот остров отбрасывал холодную, давящую тень на нашу лодку, и мне стыдно в этом признаваться, но мне показалось тогда, что кто-то там наблюдает за мной с вершины скалы.
Ировар кивнул:
— Мы полностью с тобой согласны, Даниэль. Если эти источники существуют, искать их следует именно на «Горе четырех ветров». Но поскольку мы не знаем легенду, бессмысленно было бы отправляться туда наугад. Кстати, был ли кто-нибудь из вас на острове? — спросил он таран-гайцев.
— Я пытался однажды, — ответил Орин. — Вместе с несколькими товарищами. Но на вершине мы не были. Мы могли разглядеть расселину в скале, по которой, возможно, и можно было бы взобраться наверх, но она находилась слишком высоко, и подняться к ней мы не смогли. Остров неприступен, это совершенно точно.
Ировар вздохнул:
— Тогда нам остается полагаться на слова духов о том, что, когда Шира начнет борьбу с человеческим выродком, когда это время наступит, ею будут руководить. Пока же нам остается только ждать.
— Да, — сказал Сармик. — Тогда я предлагаю вместо этого сконцентрировать усилия в борьбе с этим отродьем, которое пытается уничтожить наш народ. С этими беглыми каторжниками, о которых и говорить-то противно, настолько они мерзкие.
— Но их так много, а нас так мало, — убито сказал Вассар.
— Да, возможно, нас и немного, — резко ответил Сармик. — Но на самом деле — у них опасные противники. Ты не забыл, сын мой, что у одного из нас за спиной четверо духов, которые помогают ему? А у другого есть Шама. А у третьего — этот волшебный амулет! Это почти непобедимое сочетание.
— Здесь я должен тебе возразить, — предостерег Ировар. — Шама и остальные духи никогда не бывают заодно. То есть на самом деле мы не стали сильнее оттого, что Шира и Map в одной связке. На самом деле они жестокие противники.
— Но ведь в данном случае они будут бороться против одного врага!
— Да, но настолько по-разному, что ничего хорошего из этого не выйдет. Мы также не должны забывать, что у Ширы и Даниэля совершенно другие задачи, а Шама охотится за Широй. Ведь она олицетворяет собой все то, что ненавидит он. Свет, надежду, доброе и хорошее. Он хочет поглотить это, уничтожить. Сейчас мы не можем подвергать ее такой опасности!
Шира взглянула на существо, сидящее у очага, и встретилась взглядом
