преодолел невероятно опасный путь через самые огромные камни и оказался по другую сторону их.
— Скорее, скорее, сейчас они уже подойдут к перевалу, — просила Шира. — Мы должны перегородить его, пока они не поднялись!
— Замолчи! — жестко сказал Map.
Она посмотрела вниз, нервничая, почти теряя сознание. Масса людей там, внизу, была похожа на муравьев, ползущих вверх. Они явно решили расправиться с последними таран-гайцами этой ночью.
— Как их много, — простонала Шира.
— Здесь все, — ответил Map своим безжизненным голосом.
— Но они вот-вот поднимутся, — едва могла вымолвить она. — Мы же не можем дать им пройти!
— Они не пройдут.
— Да, но…
— Заткнись, — прошептал он яростно.
Она поборола приступ тошноты. В отвратительных щелочках глаз она видела необузданную злобу, он скалил зубы, как хищный зверь!
— Давай, поднимай камень!
Это был камень, который должен был повлечь за собой целый обвал. Шира так нервничала, что руки ее дрожали. Вместе они подняли камень так, что он мог раскачиваться.
— Хватит, — просипел Map голосом, который нельзя было назвать голосом. — Об остальном я позабочусь сам.
Она видела, что он говорит правду, она уже сделала свое. Остальное он должен был делать сам.
Но он медлил.
— Торопись, — простонала она.
Он сделал вид, что не слышит. Его взгляд был прикован к тем, кто полз там внизу. Внезапно она поняла, что он задумал.
— Нет! — прошептала она.
— Не вмешивайся не в свое дело!
— Но ведь ты убьешь их!
— Ну и что, маленькая ходячая добродетель!
— Нет, нет! — закричала Шира и попыталась перебраться к нему, что остановить.
Map смеялся над ее страхом. Это был самый отвратительный смех, который ей когда-либо приходилось слышать. Она была вне себя от отчаяния и бросилась на него — как раз в тот момент, когда он пустил в ход короткий лом. Толпа была сейчас прямо под ними.
— И ты туда же! — прокричал он, торжествуя, схватил ее за руку и бросил вниз. Но Шира отчаянно вцепилась в него, он потерял равновесие, и они упали вместе под аккомпанемент чудовищного грохота падающих камней.
Она услышала злобный, ужасный вой Мара, пытавшегося как-то уцепиться за скалу. Шира заметила, что ее красивая куртка царапала гладкую стену, пока она на головокружительной скорости скользила вниз. Все, что она видела — это гора, молнией проносящаяся перед ее глазами, все, что она чувствовала, это жжение в ладонях, когда они безуспешно пытались за что-то зацепиться. Map был совсем рядом, но она не могла увидеть его, она лишь чувствовала его близость — и наконец услышала, как вокруг них на землю падают камни, услышала, как кричат от ужаса другие люди, поняла, что они уже внизу и что ничто не может их спасти.
Шира смогла увидеть, как прямо им на головы летит огромный валун. Он раздавит нас, автоматически подумала она с горьким бессилием. Теперь они были внизу, теперь конец. Все было кончено.
Внезапно вокруг стало тихо. Странная, звенящая тишина, как взгляд в вечность. К своему большому удивлению они увидели, что огромный камень повис над их головами, каменная пыль застыла в воздухе, а сами они стоят внизу, вокруг них были упавшие камни, их руки были по-прежнему прижаты к горе. Они добрались до земли, но не заметили, как.
Неподалеку она увидела одного из захватчиков. Он был как раз в падении, руки его были широко раскинуты, лицо выражало боль и смертельный ужас. Но он еще не упал. Он был как бы заперт между жизнью и смертью, между вертикальным и горизонтальным положением.
Издалека, из-за горной страны Таран-гай, в заблокированный перевал двигалось какое-то огромное существо. Оно медленно приблизилось, карабкаясь по валунам удивительной, перекатывающейся походкой, как будто бы бедра его были вообще без суставов. Он был огромный и ужасный, серый, как высохшая земля, с гладко выбритой головой, в одной лишь набедренной повязке. Он перелез через груды камней, с улыбкой взглянул на разрушения вокруг себя, походил от одного трупа к другому и наконец подошел к Мару и Шире, стоявшим у горы.
«В конце концов он победил, — подумала Шира. — Мое время истекло. Это смертный миг».
5
Он смотрел на них черными, похожими на бездонные колодцы глазами с зеленоватым, пляшущим пламенем где-то в самой глубине.
— Вы двое — здесь, — засмеялся он. — И вместе? Меньше всего я ожидал увидеть именно это. Твоя работа, Map?
И он небрежно повел рукой вокруг.
— Да, — коротко ответил Map.
— Неплохо, — сказал Шама немного удивленно, но с явным одобрением. — Неплохо сделано, мой самый преданный сторонник! Но она-то тебе здесь зачем? Ведь от нее нам никакой пользы.
— Знаю, — обиженно ответил Map. — Я не просил ее составить мне компанию. Я пытался убить заодно и ее, но из этого ничего не вышло.
— Нет, и тебе следовало бы об этом знать.
Шама перевел свои удивительные глаза на Ширу. Он выглядел задумчивым. Но вместе с тем его явно что-то забавляло.
— Мы сейчас умрем? — спокойно спросила Шира. Он рассмеялся коротким, фыркающим смехом.
— Нет, не вы. Жизнь одного из вас я взять не могу, а другого я терять не хочу. Но не вставай на пути у Шамы слишком часто, моя прелесть! Мое терпение небезгранично.
Она непроизвольно бросила испуганный взгляд на каменную глыбу, висящую в воздухе над ними.
— Она не упадет, — сказал Шама. — Во всяком случае, пока я хочу говорить с вами.
— А как это возможно?
Он уселся на камень.
— Мы находимся сейчас в промежутке между двумя миллионными долями секунды, между одним движением и другим. И я могу растягивать этот миг так долго, сколько захочу. А как бы иначе, по-твоему, я мог бы успеть от одного умирающего к другому? Присядь, Шира. Видишь, я знаю, как тебя зовут. Мы уже много раз встречались раньше.
— Знаю, — сказала Шира и осторожно опустилась на землю, прижавшись спиной к скале. — Но я видела лишь твою тень.
Шама помахал рукой перед лицом Мара.
— Ну, он сейчас опять вернулся в свое время и не помешает нашей беседе. Нет, к сожалению, я не смог до тебя добраться, Шира, — тебя охраняют могущественные силы. Ты бросала мне вызов, делая то, что неподвластно обычным людям. Четырем невидимым друзьям пришлось нелегко, поддерживая в тебе жизнь, и особой радости от этого они явно не испытывали.
Он довольно хохотнул. Шира взглянула на Мара, который стоял, как и раньше, прислонившись к скале. Сейчас он был неподвижен, застыл, как и все вокруг него в ожидании того, когда закончится промежуток между секундами.
А Шама не торопился. В
