от камней.
На ощупь нашел ровное место среди камней, подложил руку под голову и собрался засыпать. Несмотря на усталость, сон пришел не сразу. События дня пробегали перед глазами. Разнылась ушибленная рука. Егор пролежал минут тридцать, и никак не мог уснуть. Тело начало уставать в одном положении. Мужчина приподнялся, чтобы сменить позу. Ему вдруг показалось, что где-то вдалеке мелькнул огонек. Он всмотрелся. Некоторое время было темно, и Егор уже решил, что ему показалось, но вдруг отчетливо увидел, как вдали загорелся огонек.
Он встал. Протер глаза, поморгал для верности. Огонь все еще слабо светил. Это точно не могло быть иллюзией. Кто же мог светить в темноте? Конечно же, кто-то из его семьи. Егор достал фонарик с динамо и сделал несколько движений. Лампочка слабо загорелась.
- Эх, была, не была!
Егор снова навьючил на себя вязанку и, используя далекий огонек, как ориентир, под «вжиканья» собственного фонарика продолжил путь. Слабый свет проницал тьму метра на три. Этого вполне хватало для того, чтобы случайно не оступиться. «Маячок» приближался. Егор заметил, что огоньком машут, привлекая внимание.
Один раз он потух, и Егор подумал, что уже не загорится. Но огонь снова загорелся, указывая путь.
- Тамара! Матвей! – Крикнул Егор, предполагая, что это кто-то из его семьи.
- Егор. – Донесся слабый голос Тамары.
Егор облегченно выдохнул. Глубоко в душе он боялся, что огонь может быть каким-нибудь новым природным явлением, типа огней святого Эльма, что с такими грозами вполне могло случиться.
- Егор! – голос жены приближался.
- Тамара! – Отвечал Егор.
Через полчаса Егор различил в отсветах огня вход в пещеру и фигуру жены возле него. Последние метры Егор преодолел как на крыльях. Как только он ступил на площадку, сразу скинул с плеч вязанку и бросился к жене. Тамара бросилась навстречу. Наобнимавшись, Тамара отстранилась и заметила, что Егор по самые уши в грязи.
- Упал немного, но дрова нашел. – Сказал Егор.
- А мы тебе поесть оставили. – Сказала Тамара.
- Крысятина?
- На покрышках.
Тамара поставила котелок на огонь. Взяла бутылку и израсходовала остатки воды на то, чтобы хоть немного ополоснуть тело Егора. Егор, не останавливаясь, пересказал все, что случилось с ним за время похода, завершив рассказом про утопленную фуру.
- Интересно, что в ней? Хоть бы еда какая-нибудь? – Размечталась супруга.
- Завтра Матвея возьму с собой, там и проверим, что в ней.
Запахло съестным. Егор потянул носом. Желудок тут же отреагировал урчанием.
- Всё, Тамар, не могу терпеть, давай, какое есть.
Тамара сняла котелок и поставила перед мужем. Егор уплетал и хвалил.
- Никогда так вкусно не ел. – Сказал он, обгладывая крысиную ножку. – А на дровах все будет еще вкуснее.
Теперь, когда беспокойство покинуло Егора, а ужин заставил кровь отлить от головы, он понял, насколько устал. Язык не слушался, слова путались.
- Всё, пошли спать.
Тамара помогла мужу подняться и отвела его в пещеру. Через секунду после того, как он забрался в спальник, послышалось сопение. Тамара загасила свечу и тут же уснула.
Встав раньше всех, Тамара снова разожгла костер на покрышках, и поставила готовиться бульон из очередной тушки крысы. Один за другим, члены семьи стали выбираться на свежий воздух. Было в этом уже что-то привычное, устоявшееся.
Егор отнес вязанку в пещеру. Разложил ее в тоннеле, где был сильный сквозняк. По его представлениям, высохнуть она должна была дня за три. Сын и дочь обрадовались возвращению отца. Катя прижалась к его грязной майке и простояла так с минуту. Отец добродушно стерпел ее порыв. Егор рассказал сыну про грузовик и о желании взять Матвея с собой. Тот с радостью согласился.
Пока готовилась еда, Егор решил сделать устройство для сбора дождя и града. Он выломал капот со своего автомобиля. Удары камней здорово его измяли и пробили насквозь в нескольких местах. Он повертел железку так и сяк. Мысль, как ее приспособить для дела, не шла в голову.
- Может быть, попробовать прочистить складку в горе? – Предложил Матвей идею для сбора дождевой воды. – Здесь есть такая рядом. Если очистить ее от грязи, то можно собирать воду, которая в дождь течет с горы.
- Хм. – Егор посмотрел на пострадавший капот. – Умно, и городить ничего не надо.
Егор приставил железку к груде камней, оставшихся от расчистки прохода в пещеру, и вернулся к автомобилю. Он облазил его, обнюхал, попытался заглянуть под днище. Ему хотелось понять, остался ли целым бензобак. Горючее было бы не лишним. Машина была тяжелой, и все его попытки оказались тщетными. Только по косвенным признакам Егор догадался, что бензин не вытек из бака.
Отобедав, Егор сразу стал собираться. Он снова взял трос, топорик, клинья и бечевку. Своим женщинам он нашел работу: расчистить тот самый желоб, по которому стекала вода.
По светлому времени суток дорога до машины заняла меньше часа. Егор уже увереннее двигался по еле приметным тропкам. Сына он привязал к себе тросом, и в таком тандеме они добрались до места, где из воды торчало колесо. За ночь уровень воды немного упал, и колесо торчало полностью наружу, и даже часть прицепа показалась над водой.
- Вот, оказывается, у нас под носом лежал этот клад. – Отец махнул в сторону машины.
- Интересно, что у нее там внутри? Хоть бы не порожняком шла? – Испугался своего предположения Матвей.
- Типун тебе на язык. Я этот вариант даже не рассматриваю. – Егор сделал петлю из троса вокруг пояса. – Хотя, если фура действительно пустая, всё, что сможем снять с нее, тоже пойдет в дело. Тут одних покрышек насколько времени хватит.
Егор стянул с себя майку и штаны, оставшись в одних трусах.
- Держи крепко. Я попробую встать на будку и прорубить в ней дыру, чтобы спуститься. Если машина сорвется, дергай меня изо всех сил.
- Хорошо, пап.
Егор зашел в воду. Вода была холодной, явно не для купального сезона. Вначале по колесу он забрался на кабину. Она представляла собой груду искореженного металла. Егор попробовал рукой исследовать ее. Он засунул руку в щель. Нащупал, как ему показалось, сиденье, и затем ухватился за что-то мягкое. Когда до него дошло, что мягкое - скорее всего раздувшийся труп водителя или пассажира, Егор молниеносно вытащил руку. Он с суеверным страхом посмотрел на свою ладонь и несколько раз побултыхал ее
