— Прости, что велел тебе просить его сопровождать твою семью на бал. Но он должен поверить и продемонстрировать всему миру, что ты станешь его женой. Твоя просьба лишит его подозрений. Мне тяжело думать, что…
— Со мной все будет хорошо. И с тобой тоже. — Изабель улыбнулась. — Ведь ты наденешь свой голубой мундир?
Эшби поморщился:
— Так вот, значит, что было у тебя на уме все это время — желание увидеть меня в мундире?
— Раз уж ты отказываешься посвящать меня в свои планы, должна же я получить хоть какую-то компенсацию.
— Необходимо, чтобы твое удивление было неподдельным. Все, что произойдет на балу, должно стать для тебя потрясением, иначе Джон почует подвох. Ты должна быть очень внимательной к нему и не обращать внимания на меня.
— Это будет непросто.
Изабель поцеловала Эшби в теплую, пахнущую мылом шею возле самого уха.
— В моих снах я часто видела, как мы танцуем вальс. И ты всегда был в мундире.
— Странно. Когда я видел тебя во сне, на тебе не было ничего. — Эшби подтолкнул Изабель к двери и целовал и обнимал ее до тех пор, пока оба они не начали задыхаться от желания.
— Хочу, чтобы мы занялись любовью прямо здесь, стоя, — выдохнула Изабель.
— Мы могли бы, только я не советую, потому что за стеной сидит Стилгоу. И все же… — Эшби прикусил губы Изабель со всем терпением и страстью, на которые был способен. — Обещаю прийти к тебе сегодня ночью.
— И спать в моей постели до рассвета…
Глава 35
Я — твой Парис!
Из-за тебя, как Трою,
Весь Виртенберг отдам на разграблены.
И я сражусь со слабым Менелаем
И преданно на оперенном шлеме
Твои цвета одни носить я стану.
И снова поражу в пяту Ахилла
И возвращусь к Елене за лобзаньем.[16]
Кристофер Марло. «Трагическая история доктора Фауста»
Происходящее в ярко залитом светом танцевальном зале особняка лорда Дрохеда напоминало парад. Вокруг расхаживали гусары Восемнадцатого полка, одетые в ярко-голубые мундиры с серебряной отделкой. Они пили вино и шутили, вызывая восхищение окружающих их дам. Первые несколько мгновений в зале явились своего рода шоком для четырех представителей семейства Обри. В последний раз они присутствовали на подобном сборище вместе с Уиллом. Печально переглядываясь, они как бы делились друг с другом разрывающей сердце тоской по сыну и брату. Ведь Уилл покинул их навсегда.
— Хэнсон, — добродушно произнес Стилгоу, — давайте принесем дамам по бокалу пунша.
— Конечно. — Джон убрал со своей руки затянутую в перчатку руку Изабель и поднес ее к губам. — Не отдавайте никому первый вальс. Потому что я хочу танцевать его с будущей женой.
Похоже, он действительно был неравнодушен к ней, и это пугало ее еще больше, чем его жадность. Изабель заставила себя улыбнуться.
— Да, конечно.
— Какой отталкивающий молодой человек, — заметила леди Гиацинта, когда Джон исчез в толпе вместе с ее сыном.
— Что-то я не вижу лорда Эшби, — слегка нахмурившись, заметила Энджи.
Изабель охватило беспокойство.
— Он обязательно придет, — тихо ответила она. Из толпы появились Софи и Айрис.
— Иззи, ты чудесно выглядишь! — воскликнула Айрис, рассматривая декольтированное платье Изабель из серебристого газа, отделанного темно-голубыми лентами. — Ни дать ни взять девушка-гусар!
— А вы как здесь оказались? — спросила Изабель, несказанно обрадовавшись подругам. Схватив подруг за руки, она оттащила их в сторону. — Я понятия не имела, что вы приглашены. Я так рада вас видеть.
На лицах подруг застыло недоумение.
— Эшби прислал нам приглашения, — вполголоса пояснила Софи.
— Приглашения прибыли вместе с запиской, в которой он умолял нас прийти, потому что мы можем тебе понадобиться, — добавила Айрис.
Горло Изабель сдавила невидимая рука. Предупредительность Эшби, с которой он решил позвать на бал ее подруг, разрывала ей сердце.
— Он любит меня, — прошептала она.
— Конечно, любит, глупышка! — рассмеялась Софи, пожимая руку подруги.
— Вокруг все только и говорят о мерзавке, которая набросилась прошлой ночью на Золотого Ангела, — вставила Айрис, в глазах которой читалось любопытство, смешанное с беспокойством. — Что произошло в клубе?
Не желая более держать подруг в безвестности, Изабель рассказала все, что произошло с момента ее визита в клуб до сегодняшнего момента.
— Парис объяснил Чарли, что именно нужно сказать Джону, и очень поддерживал меня все это время. Но он не до конца посвятил меня в свои планы. Сообщил только, что силки расставлены. А вот кто я — мышь или сыр, — будет видно.
Ответ Айрис потонул в бурных аплодисментах. Толпа перед девушками расступилась, и сердце Изабель замерло в груди. В зал вошли полковник лорд Эшби — командир Восемнадцатого гусарского полка, герцог Веллингтон, лорд Каслрей, несколько членов парламента, а также высшие офицерские чины. Изабель знала, с каким презрением относится Эшби к войне и окружающему ее лицемерию, и все же он сделал это для нее. Чтобы спасти ее благотворительное общество и подругу, чтобы освободить ее от Хэнсона и сделать своей. Его величественное появление заставило Изабель улыбнуться. Могущественный граф, одетый в военную форму, он действительно обладал особым талантом делать все с размахом.
Взгляд Изабель ласкал Эшби. На нем был ярко-голубой доломан, отделанный серебряными позументами и увешанный медалями по всей ширине мускулистой груди. Белые бриджи облегали ноги, заканчивающиеся до блеска начищенными черными сапогами. С одного плеча небрежно свисал гусарский ментик, подхваченный серебряным шнуром. Темные волосы Эшби были аккуратно подстрижены, а глаза светились гордо и уверенно. Он был неотразим.
Его глаза быстро пробежали по роскошно убранному залу и нашли Изабель. Взгляды влюбленных встретились. Сила его любви прогнала страх и наполнила сердце Изабель смелостью и верой. «Он мой», — утверждало ее сердце. Она больше не была запретным плодом для сногсшибательного гусара, похитившего ее сердце много лет назад. Вместе они одолеют Джона Паразита, потому что связывающие их узы нерушимы.
От переполнявших ее эмоций слезы навернулись на глаза Изабель. Она любила Эшби многие годы, превратилась в женщину, и то, что он ответил ей подобной же безумной любовью… смирило ее. «Я люблю тебя», — произнесла Изабель одними губами.
— Я люблю тебя, — ответил Эшби, и в его зелено-голубых глазах вспыхнуло желание.
