Читаем без скачивания Ужас глубин - Карен Трэвисс

— Жду не дождусь, — проворчал Маркус.

— Я, конечно, не спрашивал, для чего они это использовали.

— Ну же, сэр, покажите нам, — сказал Дом.

Дом до сих пор гордился тем, что он единственный из всего отряда плавал в море, хотя это были просто несколько десантных операций в прошлую войну. Майклсон тогда тоже служил с ними. Он сильно похудел со времен сражения на мысе Асфо, в волосах прибавилось седины, а на лице — морщин, но боевой дух остался прежним. Майклсон обожал хорошую драку и готов был первым в нее ввязаться. Может быть, именно поэтому они с Хоффманом так хорошо ладили.

В последний раз, когда Дом был на борту патрульного судна, на носу был установлен тридцатимиллиметровый пулемет. Другие орудия остались на месте, но пулемет сменил некий предмет, напоминавший гибрид телескопа и ракетной установки.

— Фонтан на горизонте! — хмыкнул Майклсон.

Дом подошел поближе:

— Сэр, да это же гарпунная пушка!

— И гарпун не простой, а со взрывчаткой. Хотелось бы думать, что наши морские братья-бродяги применяют его только для переговоров друг с другом. Но не важно. Возможно, с его помощью нам удастся несколько секунд продержать светящегося левиафана на месте.

— Черт, сэр, это будет непросто.

Маркус подошел к странному агрегату и, слегка наклонив голову, осмотрел его:

— Будут водные лыжи. Может, нас даже утянет на дно.

— Я участвую, если вы с нами, сержант, — сказал Майклсон.

— Черт, а почему бы и нет?

— И что вы за него отдали? — спросил Дом.

— Десять ящиков свиной тушенки. Но не волнуйтесь, у нее уже давно кончился срок годности.

Майклсон был в своей стихии. «Фальконер» направился на юг в сопровождении «Ворона» Геттнер и занял позицию в шести километрах от берега. Треску стоял, облокотившись на планшир, рядом с солдатами, и все они пристально рассматривали черную воду в поисках огней, словно хрупкое суденышко могло спасти их от левиафана, проломившего корпус эсминца.

Треску приложил руку к наушнику.

— Это «Зефир», — любезно сообщил он. Значит, он по-прежнему держал автономную связь со своим флотом — у Хоффмана не получилось их отрезать. — Он хочет начать бой. Капитан Майклсон, предлагаю сделать это немедленно. Мы уже потеряли четыре часа. Эти твари не будут ждать целую вечность.

Майклсон хлопнул Маркуса по спине:

— Ну что, будем бросать жребий?

— Это моя работа. — Маркус вытащил из жилета пластины брони, аккуратно сложил их. Дом никогда не видел, чтобы он поступал так перед операцией. — Приготовьте спасательные шлюпки. Если левиафан взорвется, от ударной волны лопнут все сварные швы и вылетят все гайки на этой посудине. — Он махнул в сторону брони и многозначительно посмотрел на Дома. — Наверное, вы все хотите проверить, удобно ли плавать в полном снаряжении?

— Черт! — пробормотал Коул. — А как же морская прогулка вокруг острова?

Майклсон сделал жест, приглашая Маркуса действовать, и тот прошел к пушке. Левиафан светится. По крайней мере, они должны будут заметить его приближение.

«Конечно, если он не всплывет прямо под днищем».

— Я готов! — крикнул Маркус. — Скажите подлодкам, что могут вышибать ему мозги в любой момент, когда пожелают.

ГЛАВА 17

Наша основная задача — остановить наступление СНР в Кашкуре. Силы КОГ удерживают равнины в центре страны и ее западную часть, но СНР расширяет коридоры между областями, занятыми нашими войсками. Перевал Анвегад заблокирован и должен оставаться закрытым, чтобы не дать СНР начать наступление с востока.

Анвегад, восточный Кашкур, тридцать два года назад

Хоффман слышал, что песанги — превосходные воины, но никогда не встречал ни одного солдата-песанга. И сейчас, глядя на шестерых новоприбывших, он подумал, что, наверное, это какая-то ошибка.

Они были такими щуплыми! А также очень молодыми — большинство солдат КОГ выглядели молодо, но не настолько, — и тяжелые мачете, свисавшие у них с пояса, казались слишком длинными для этих сопляков. Песанги выстроились в шеренгу и вытянулись по стойке смирно.

«Ну и вид! У них даже нет полной брони. Похоже, им выдали только три четверти снаряжения».

— Сэр, мы не говорим хорошо, но мы понимаем как надо, — заговорил один из коротышек. — Вы даете нам задание — мы делаем задание.

Почему-то этот парень ему сразу понравился.

— Я лейтенант Хоффман. Как ваше имя, солдат?

— Стрелок Бай Так, Хоффман, сэр. — Песанг по-военному четко развернулся и указал на людей, стоявших рядом. — Стрелки — Лау Эн, Чо Лиган, Яти Шах, Ги Шим, Нару Фел.

Хоффман уныло посмотрел на Пада, сообразив, что это все подкрепление, которое получит Анвегад.

— Найдите этим людям броню получше, рядовой. Я не могу отправлять их в горы в одних трусах, черт бы их драл! — Он махнул Бай Таку, для ясности постучал себя по нагрудной пластине. — Тяжелая броня. Вам нужно больше брони. И хорошие ботинки.

Бай Так слегка нахмурился, словно мысленно искал эти слова в словаре. До Хоффмана только сейчас дошло, как плохо эти люди знают его язык.

— А! — воскликнул он, и на лице его отразилось понимание. — Сэр, не надо брони. Как нам ходить тихо? — Он указал пальцем на форменные ботинки Хоффмана — с толстыми подошвами и стальными носами. — Как мы лазим в этом? Мы упадем и разобьемся, к черту, сэр.

— Верно замечено, стрелок Так. — Значит, они отнюдь не такие уж зеленые и необстрелянные, какими кажутся. — Ладно, идите с рядовым Салтоном и устраивайтесь. Когда поедите и получите все, что нужно, возвращайтесь сюда на инструктаж.

Видимо, песанги соображали довольно быстро — по крайней мере, двигались быстро и с таким видом, словно знали, куда идти. Пад, прежде чем отправиться за ними следом, многозначительно посмотрел на Хоффмана и с довольным выражением провел пальцем по горлу:

— Я слышал, патроны им тоже почти не нужны, сэр.

Хоффману было безразлично, сколько патронов они израсходуют. Ему нужно было только одно: убрать инди с гор над крепостью, потому что они наверняка собирались и дальше обстреливать город из гранатомета, убивать его патрульных и угрожать подкреплениям, которые может прислать к ним командование. Они, конечно, не заставят Анвегад сдаться, но он не хотел терять солдат и гражданских, запертых в крепости, только ради того, чтобы доказать стратегические преимущества артиллерийской батареи, примостившейся на горе.

В открытом бою он еще не потерял ни одного человека. А какая-то сволочь с гранатометом нанесла заметный ущерб. Но он решил, что эта сволочь заплатит за все.

Обстрел со стороны инди, расположившихся на юге, был довольно беспорядочным. Однако там происходила кипучая деятельность. Артиллеристы отвечали врагам снарядами из крупнокалиберного орудия «Стомпер» и стопятидесятимиллиметровых пушек, но главные орудия стреляли только дважды. Они отбросили мобильную артиллерию противника на несколько километров назад.

Хоффман все еще не до конца понял тактику инди. Они не вели систематического обстрела, и снаряды их либо падали на равнину, не долетев до цели, либо врезались в скалу под крепостью. Кузнецкие Врата располагались достаточно высоко, и артиллеристам противника было нелегко целиться. Хоффман даже подозревал, что они не хотят рисковать и обстреливать позиции собственных солдат, засевших в горах за крепостью.

Враги практически не пытались взять форт. Однако существовала вероятность того, что у инди единственной задачей было удерживать завод по очистке Имульсии.

«Неужели это решит все мои проблемы? Сколько это еще будет продолжаться?»

Хоффман направился к главному каземату. Там было темно, лишь слабо мерцали огоньки на пульте управления, и глаза его не сразу привыкли к отсутствию освещения. Кто-то из артиллеристов вышел размяться, другие наблюдали за позициями инди в полевые бинокли. Эван был занят заливкой смазочного масла в механизмы для подъема ствола и загрузки снарядов.

— Ваша смена закончилась, — обратился к нему Хоффман. — Пошевеливайте задницей, идите в медпункт. Если вы остались живы, это еще не значит, что у вас все в порядке.

Эван вытер ветошью наконечник шприца со смазкой.

— Мне кажется, я догадался, что они затевают, сэр. Посмотрите.

Хоффман оперся локтями о подоконник и настроил бинокль. Группа машин инди двигалась по равнине, и большинство — с включенными фарами. Завод всегда по ночам казался скоплением белых, желтых и алых звезд на горизонте, но проклятые инди, видимо, не соображали, что их машины было очень, очень хорошо видно из крепости.

— Смотрю и вижу, что они полные идиоты, — сказал Хоффман.

— Я, конечно, не исключаю идиотизма, сэр, но ведь они понимают, что мы заперты здесь и не имеем никакой возможности пополнить запасы. Думаю, они провоцируют нас, чтобы мы понапрасну расходовали снаряды.