Руки автоматически мастерили очередную мину.
Дэлл усилием воли унимал мысли, затем вновь принимался думать, снова унимал и опять ловил себя на ощущении тоски.
«Можно этой ночью я буду спать с тобой?»
Что случилось бы, ответь он положительно? Тогда не ответил, не смог.
А сейчас?…
Чертов матрас, на котором она ночевала, чертова маленькая комната…
Одриард почувствовал, что его заносит — чувства, словно взрывная смесь в неправильном составе, грозили разнести душевную склянку, в которой закипали. Если сейчас туда добавить еще пару щепоток горечи, раскаяния, самобичевания и сожаления, месиво рванет так, что не спасет никакой бункер.
Хватит.
Это просто день, когда что-то изменилось. Она ушла, он сам хотел этого. Человек привыкает к определенному укладу вещей, даже если этот уклад ему неприятен. Привычка — это комфорт определенности, уверенности в том, что будет дальше, через минуту, час, день, а терять этот комфорт, пусть даже мнимый, не любит никто.
Дэлл придирчиво осмотрел последний экземпляр, приставил его в конец очереди на столе и потер бровь — на коже остался темный развод.
Она не истратила ни доллара с той карты, что он ей дал.
На что в таком случае она жила, покупала подарки и устраивала вчерашний банкет? Ни единой транзакции — девственно чистая выписка. Во сколько обошелся ей «Брандт» и на что ей пришлось пойти, чтобы заполучить эту игрушку? Сколько усилий приложить?
Не важно, — ответила бы она, — важно то, что тебя это порадовало…
Хитрая лиса! Почему обнять тебя захотелось только после того, как ты ушла?
В дом он вернулся только к половине одиннадцатого.
Принял душ, переоделся, проверил сумки, стоящие у двери — все готово к погрузке, — и поднялся наверх, в кабинет. Какое-то время читал информацию, присланную Комиссией, запоминал, анализировал, делал заметки. Закончив с этим, поднялся с кресла, подошел к стене и какое-то время смотрел на коллекцию оружия, куда так гармонично влились два новых пистолета, заполнив собой пустое место в центре. Коллекция обрела завершенность. Заполнилась одна брешь, оголилась другая…
На столе, поверх папок, лежал сложенный вдвое листок — «Инструкция по изготовлению петард». Дэлл взял его в руки. Ровные строчки, выведенные синей пастой; колышущиеся над бумагой рыжие пряди, хитрый вид, колпачок ручки, вставленный меж зубов в задумчивости…
Пальцы погладили угол бумаги.
Пусть будет с собой. Может, как талисман, а может, безо всякой причины — просто будет.
Листок отправился в нагрудный карман.
* * *
Следующие двое суток без сна смешались в комок стальных нервов, отработанных рефлексов и путаных картинок: шершавая поверхность стены — пальцы ощупывают место для закрепления взрывчатки, пикнувший таймер, протянувшийся по коридору луч, звук взрыва, крики, автоматная очередь. Сосредоточенный взгляд молчаливого Чейзера, сконцентрированный на очередной жертве; летящая по шоссе сквозь сумерки машина; Рен, сжимающий окурок большим и указательным пальцами…
Иногда на час или около того удавалось прислониться головой к стеклу и провалиться в беспокойную дрему, чтобы вынырнуть из нее в неясное время суток, принудительно очистить голову и приготовиться к новому бою. Комната отеля, разложенный на столе чертеж незнакомых помещений, голос Аллертона, повторяющий шаги предстоящего плана. Задернутая пыльная занавеска, темный выпуклый экран телевизора, стопка жестких белых полотенец… А после снова запах дыма, гарь и трупы. После Декстера их всегда оставалось много.
Одни жизни обменивались на другие. Спасая, убиваешь и, убивая, спасаешь… Четкие грани давно стерлись — белое превратилось в серое, а чернота разбавилась мутными всполохами.
В те же часы, когда требовалось просто сидеть и ждать, Дэлл позволял себе вспоминать. Ситуации, разговоры, ощущение, что она там, рядом с ним… то взбалмошная, то притихшая, то загрустившая, то с блеском в глазах от очередной сумасшедшей идеи. Сколько их было, этих идей? Каким образом ей всегда удавалось удивлять, заставать врасплох, будоражить?
Внутри постепенно формировалось новое чувство; ему пока не было названия, но с каждой минутой, не занятой перебежками, установкой мин или отстрелом того, кто стреляет в тебя, Дэлл все сильнее ощущал его. Что это было? Отголосок решимости?… Именно ее он потерял некоторое время назад, а теперь, стоило покинуть тихую гавань, стал потихоньку обретать вновь — так стенки пересохшего колодца наслаждаются прикосновением вновь появившейся из земли влаги, жадно тонут в ней, позволяя облизывать каждую впадинку. Каждая свистящая у уха пуля словно безмолвно прочищала сознание и помогала приоритетам встать на свои места.
Еще чуть-чуть… еще немного. Главное, не давить, не форсировать, и тогда кусочки пазла наконец сложатся. Нужно просто дать этому время…
* * *
— Мисс Райз, это снова Келли Наваши из «НордЭлектроникс». Мы хотели бы поговорить с вами о работе. Вчера я оставила вам сообщение, но вы не перезвонили. Пожалуйста, наберите мой номер, когда вам будет удобно…
Я наберу. Наберу… вот только отдохну еще чуть-чуть. Мне нужно отдохнуть, неужели вы не понимаете?
В холодильнике закончилась еда. Полки в гостиной покрылись пылью; квартира давила плотным тяжелым коконом тишины. Равномерно мигала на телефоне лампочка.
«Позвоните нам… позвоните нам… позвоните нам…»
Очередное голосовое сообщение, очередная просьба, которую нужно бы выполнить.
Я отложила телефон и закрыла глаза. Подушка примялась, приняла форму головы; не хотелось ни вставать, ни выглядывать в окно, ни выходить на улицу. Кровать обнимала, как белый саван, одеяло превратилось в белую пещеру, в которой хотелось хорониться как можно дольше. Урчание пустого желудка, бессилие и апатия; бесконечны часы в попытках собраться, встать и сделаться снова живой.
Дайте мне немного времени. Я перезвоню завтра…. Завтра.
* * *
— Держи тряпку, я сказал! Прижимай! — Декстер рычал, пытаясь остановить кровотечение. — И не закрывай глаза, вот доедешь до Лагерфельда, там расслабишься!.. Одриард, мать твою!
Боль пульсировала огненным цветком, пожирала внутренности, чавкала и расползалась по всему телу. Дэлл хрипел. Пуля, засевшая в животе, агонией травила пульсирующее на грани затухания сознание.
— Дави на газ!
— Давлю, — процедил Чейзер. — Не видно? Мы скоро взлетим.
— У него мало времени!
Аллертон сжал зубы.
Сука… Тот гад выстрелил за долю секунды до того, как Рен снес ему башку. Дрейк уже поставлен в известность — медик отряда ждет у портала, до которого не больше пары минут пути.
