мечтать о победе, и теперь корчатся в грязи как червяки.
– Тебе не следовало пытаться остановить этот удар, – сказала Сьерра.
– Делать то, чего не следует, – мой конек, – пробормотал Заэль.
– Но теперь мы не сможем помочь твоей матери.
– А вот этого я тебе прощать не собираюсь, – голос мага был настолько надломлен, что она не знала, шутит он или ругается. Заэль протянул к ней руку, и их пальцы сплелись.
Этот жест был таким домашним, добрым, родственным, как будто они всю жизнь так делали.
– Главное, что я свободен. Я о таком и мечтать не мог.
– Ничего, что ради этого тебе пришлось отдать свою жизнь?
– Он сказал, что я должен буду отдать свое сердце. Я полагаю, что он имел в виду именно это. Ну а если нет, то к тому времени, как он прибудет, я уже давно буду мертв.
Заэль смотрел в черное небо и улыбался. Большой палец его гладил ладошку Сьерры, кожа была теплой, в венах вибрировал огонь.
– Мне жаль, что я втянула тебя в это.
– Я не хотел сопротивляться.
Сьерра взяла его за руки. Они остывали на глазах, становились все более холодными и неподвижными. Шум боя, происходящего в нескольких метрах от них, затих. Она попыталась обернуться, чтобы посмотреть, что происходит. Нестор стоял на коленях, а Фернер поднимал топор. Крови было так много, что она не могла ясно различить, где чье тело, но могла слышать голоса.
– Да будет так, – сказал Фернер, и замахнувшись, опустил топор. И рассек грудь богини.
Яркий свет ослепил Сьерру, и она почувствовала, как что-то сдавило ее кости, стало невозможно двигаться. Девушка подняла голову и увидела небо, которое больше не было черным. Луна сияла, освещая лес кроваво-красным светом. Сьерра зачарованно смотрела на нее, не в силах отдышаться. Со всех концов леса раздавались свирепые, дикие, безумные завывания. Но страшнее всех в этом вое был голос Фернера, разорванный и сломленный. Воин выиграл свою последнюю войну.
Опираясь на локоть, Сьерра попыталась сесть, но к горлу тут же подступила тошнота. Во рту было что-то соленое, девушка сплюнула: кровь. Они победили, они вернули луну. И хотя Ветерок продолжала дрожать рядом с ними ни жива ни мертва, и хотя Нестор был бледен, как привидение, они сделали это! От эйфории и потери крови у Сьерры закружилась голова. Все тело болело, а сломанные кости гигантскими шипами впивались в изможденную плоть.
– У тебя получилось! Ты сделал это, Нестор! Ты можешь обратиться?
Провидец сидел на корточках и дрожал.
– Нет. Мы не можем, – наконец сказал он. – Но луна на небе!
– В луне нет ни бога, ни магии, ни жизни, – Фернер подошел к ним. Вид у него был мрачный. – На место Селены придет новый бог. Но для этого нужно время.
– У нас нет времени, – сердито пробормотала Сьерра.
Она попыталась сбросить руку Заэля, чтобы подняться, и только тогда почувствовала, как сильно она окоченела. Девушка позвала мага. Бесполезно. Глаза его были открыты, а лицо из улыбающегося стало серьезным.
Сьерра попыталась поднести руку к лицу колдуна. Жест был настолько неуклюж, что больше напоминал пощечину, но Заэль уже не отреагировал.
– Заэль!!! – Сьерра кричала и не понимала, откуда у нее столько сил на это.
Тут чьи-то большие руки бережно обняли ее за плечи. Фернер. Похоже, в эти секунды только он мог бы по-настоящему понять ее. Лицо его было перепачкано в золотистой крови, а все тело испещрено ранами.
– Внутри него билось сердце одного из наших.
– Сердце? – Сьерра вырвалась из объятий Фернера и удивленно посмотрела на него. – Боги попросили у Заэля его сердце.
Нестор со странным выражением посмотрел в их сторону.
– Луне нужен бог. Тот, кто несет в себе сердце Совета Восьмерых… – Фернер напрягся. – А Заэль… Заэль ведь был всего лишь человек.
– Не все боги рождались бессмертными.
– Кто-то, достаточно могущественный, чтобы спасти Заэля от смерти, попросил его сердце в обмен на магию, – проговорила Сьерра лихорадочным шепотом.
– Сердце Селены не умрет, – проговорил Нестор тем серьезным голосом, который его самого порой удивлял.
Сьерра посмотрела на первого воина. Рядом с ним, чувствуя прикосновения его огромных рук, она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, которую обнимает отец. Голова у нее кружилась, и ей потребовалось усилие, чтобы поднять руку и коснуться щеки Фернера. Слезы капали на его густую светлую бороду. Он разбил свою душу тем же ударом, которым убил любовь всей своей жизни. Сьерра не умела утешать, куда лучше ей удавалось терпеть боль. Но она знала, что значит чувствовать себя одинокой и притворяться, что это не имеет значения. Она знала тяжесть горя, которое шевелится в груди, пожирает плоть и открывает незарубцевавшиеся еще душевные раны.
Сьерра молчала, но Фернеру, чтобы понять это, достаточно было взглянуть на девушку.
Он молча кивнул и жестом попросил ее лечь. Сьерра закашлялась. Губы ее были перепачканы кровью.
– Держись, – прошептал Нестор.
Но она и так цеплялась за жизнь изо всех сил, как только могла.
Хруст, который послышался мгновение спустя, был страшнее и трагичнее всех звуков мира. Сьерра не должна была этого видеть, но она посмотрела. Сердце Селены было похоже на белый камень, который подергивался в каком-то странном ритме. Видимо, это был ритм луны.
Сьерру затошнило, и она отвернулась. Пока ее рвало, Нестор был рядом, гладил ее по лбу, удерживая за волосы.
– Это сработает, да?
– Я надеюсь, что он это сделает.
– Нестор, я умираю. – Провидец попытался засмеяться, но вместо этого разрыдался.
– Если ты не уверен, солги мне.
– Ты не умрешь. По крайней мере сейчас. Ты должна увидеть, что будет.
Но лес был тихим, а луна была всего лишь кровоточащей раной посреди ночи. Волки, которые раньше обезумели, молчали. Сьерра выдохнула, попыталась сделать вдох и не смогла. Руки Нестора вдруг отдалились. Крик Сьерры превратился в шепот ветра. Она перестала чувствовать ноги, и весь мир окутал густой туман. Нестор звал ее, называя по имени, но это было так далеко, что не имело никакого значения. Сердце билось медленно, и как рыба, извивающаяся на берегу, она попыталась сделать последний рывок.
Нестор крепко схватил ее за лицо, но она едва почувствовала это.
– Не забывай меня, – прошептал он.
И в этот момент тьма озарилась ярким холодным светом. Земля вздрогнула, и нечеловеческий крик, похожий на шторм, потряс все вокруг. Луна то ли перестала светить, то ли окутала весь лес своим светом. Неужели это смерть? Нет, это было больше похоже на жизнь, но Сьерра не знала, имеет ли это какое-то значение. Проснулся ли
