П. Т. Полеводин.С. 491
Лермонтов, чувствуя себя не совсем правым, просил прощения и выстрелил в воздух.
М. И. Катков.
Цит. по: Герштейн Э. Л.С. 438
Он был трус. Хотел и тут отделаться, как с Барантом прежде, сказал, что у него руки не поднимаются, выстрелил вверх, и тогда они с Барантом поцеловались и напились шампанским. Сделал то же и с Мартыновым, но этот несмотря на то убил его.
А. А. Кикин — М. А. Бабиной.
2 августа 1841 г.
Кто выстрелил, тот должен остановиться и выжидать ответный выстрел в совершенной неподвижности.
Я. Гордин.С. 122
На другой день, пятнадцатого, условились съехаться после обеда вправо от дороги, ведущей из Пятигорска в шотландскую колонию, у подошвы Машука, стали на двенадцать шагов. Мартынов выстрелил первый, пуля попала в правый бок, пробила легкие и вылетела насквозь, Лермонтов был убит наповал.
А. П. Шан-Гирей.С. 753
Когда мы выехали на гору Машук и выбрали место по тропинке, ведущей в колонию (имени не помню), темная громовая туча поднималась из-за соседней горы Бештау.
А. И. Васильчиков 2. Стб. 213
Перед дуэлью, — она не составляла для Мартынова шутки, — он заранее обдумал план своих действий. Он порешил, не поднимая на прицел пистолета, крупными шагами подойти к указанному секундантами барьеру и тогда, прицелясь, стрелять.
Бетлинг.С. 14
Ни в коем случае не должны секунданты предлагать дуэль «на жизнь или смерть» или соглашаться на нее.
Русский дуэльный кодекс.
Цит. по: Гордин Я. С. 123
Противник его, как оказалось на самой дуэли, принял метод совершенно противоположный: он, обратясь к Мартынову вполне правым боком, держа пистолет, с места, на полном прицеле, медлительно продвигался к барьеру, так что Мартынов мог ожидать выстрела ежемгновенно, даже с первого, подходного шага своего к барьеру.
Бетлинг.С. 14
Лермонтов, приостановясь на ходу, продолжал тихо в меня целить... Я вспылил — ни секундантами, ни дуэлью не шутят — и спустил курок.
Н. С. Мартынов 4. С. 195
Дойдя до пункта и начав наводить пистолет, Мартынов удивился, почему не стреляет Лермонтов, так как, наведя уже пистолет с самого начала дуэли, оставалось ему только нажать...
Бетлинг.С. 14
Когда явились на место, где надо было драться, Лермонтов, взяв пистолет в руки, повторил торжественно Мартынову, что ему не приходило никогда в голову его обидеть, даже огорчить, что все это была одна только шутка, а что ежели Мартынова это обижает, он готов просить у него прощение не токмо тут, но везде, где только захочет!.. «Стреляй! Стреляй!» — был ответ исступленного Мартынова.
А. Я. Булгаков.С. 712
Мартынов несколько задержал выстрел... «На нашу общую беду, — я продолжаю почти словами Мартынова, — шел резкий дождь и прямо бил в лицо секундантам».
Бетлинг.С. 14
Если кто-нибудь из дуэлянтов, выстрелив в воздух, успеет это сделать до выстрела своего противника, то он считается уклонившимся от дуэли.
Русский дуэльный кодекс.
Цит. по: Гордин Я.С. 55
Надлежало начинать Лермонтову, он выстрелил на воздух, желая все кончить глупую эту ссору дружелюбно, не так великодушно думал Мартынов, он был довольно бесчеловечен и злобен, чтобы подойти к самому противнику своему, и выстрелил ему прямо в сердце. Удар был так силен и верен, что смерть была столь же скоропостижна, как выстрел. Несчастный Лермонтов тотчас испустил дух.
А. Я. Булгаков.С. 712
Лермонтов выстрелил на воздух, а Мартынов подошел и убил его. Все говорят, что это убийство, а не дуэль, но я думаю, что за сестру Мартынову нельзя было поступить иначе. Конечно, Лермонтов выстрелил в воздух, но этим он не мог отвратить удара и обезоружить обиженного. В одном можно обвинить Мартынова, зачем он не заставил Лермонтова стрелять. Впрочем, обстоятельства дуэли рассказывают различным образом и всегда обвиняют Мартынова как убийцу.
А. А. Елагин.Дневник. 22 августа 1842 г.
Цит. по: Щеголев П. Е.Вып. 1. С. 159
[Ржевский] сейчас рассказывал про Лермонтова, он видел его убитого, он знал его прежде; почти поневоле шел он на дуэль, этот страшный дуэль, и там уже на месте сказал М[артынову], что отдает ему свой выстрел, что причина слишком маловажна, слишком пуста и что он не хочет стреляться с ним. Но Мартынов непременно требовал, оба прицелились, Лермонтов повернул пистолет в сторону, а тот убил его.
Т. А. Бакунина — Н. А. Бакунину.
25—26 сентября 1841 г.
Цит. по: Андроников И. Л. Т. 3. С. 503
Первый выстрел принадлежал Лермонтову, как вызванному, но он опустил пистолет и сказал противнику: «Рука моя не поднимается, стреляй ты, если хочешь...»
Ожесточение не понимает великодушия: курок взведен — паф, и пал поэт бездыханен.
Н. Ф. Туровский.С. 156—157
После выстрела он не сказал ни единого слова, вздохнул только три раза и простился с жизнью. Он ранен под грудь навылет.
П. Т. Полеводин.С. 491
Дойдя до барьера, майор Мартынов выстрелил. Поручик Лермонтов упал уже без чувств и не успел дать своего выстрела, из его заряженного пистолета выстрелил я гораздо позже на воздух.
А. И. Васильчиков 2. Стб. 213
Мартынов говорил после, что он не целился, но так был взбешен и взволнован, попал ему прямо в грудь, бедный Миша только жил 5 минут, ничего не успел сказать, пуля навылет. У него был секундантом Глебов, молодой человек, знакомый наших Столыпиных, он все подробности и описывает к Дмитрию Столыпину, а у Мартынова — Васильчиков.
Ек. А. Столыпина — Ел. А. Столыпиной.
26 августа 1841 г.
Цит. по: Андроников И. Л.Т. 3. С. 566
Лермонтову так жизнь надоела, что ему надо было первому стрелять, он не хотел, и тот изверг имел духа долго целиться, и пуля навылет! Ты не поверишь, как его смерть меня огорчила, я и теперь не могу его вспомнить.
Е. Г. Быховец.С. 769
Подробности я узнал позднее на Кавказе от секунданта Лермонтова Глебова и штабного врача доктора фон Ноодта. Мартынов счел себя задетым острым словцом любившего пошутить Лермонтова и вызвал его на дуэль. Все попытки добиться примирения были тщетны, и Лермонтов пал на дуэли от первой пули, посланной ему в сердце твердой рукой Мартынова, который ненавидел его люто.
Фр. Боденштадт 1. С. 321
Семейство Аксаковых нанимало дачу в трех верстах от Никольского, и я часто виделся с Константином. От него я услыхал страшную, убийственную новость, которой я не смел сперва поверить, — о смерти Лермонтова. Ты, я думаю, уже знаешь об этом... Мартынов, брат мнимой княжны Мери, описанной в «Герое нашего времени», вызвал его на дуэль, впрочем, не за нее, а за личные оскорбления, насмешки... Лермонтов в самое сердце навылет был прострелен.
Меф. Н. Катков — Мих. Н. Каткову.
Август 1841 г.
Цит. по: Герштейн Э. Л. С. 234
Мы отмерили с Глебовым тридцать шагов, последний барьер поставили на десяти и, разведя противников на крайние дистанции, положили им сходиться каждому на десять шагов по команде «марш». Зарядили пистолеты.
Глебов подал один Мартынову, я другой Лермонтову, и скомандовали: «Сходись!» Лермонтов остался неподвижен и, взведя курок, поднял пистолет дулом вверх, заслонясь рукой и локтем по всем правилам опытного дуэлиста. В эту минуту и в последний раз я взглянул на него и никогда не забуду того спокойного, почти веселого выражения, которое играло на лице поэта перед дулом пистолета уже направленного на него. Мартынов быстрыми шагами подошел к барьеру и выстрелил. Лермонтов упал, как будто его скосило на месте, не сделав движения ни взад, ни вперед, не успев даже захватить больное место, как это делают обыкновенно люди раненые или ушибленные.
Мы побежали. В правом боку дымилась рана, в левом — сочилась кровь, пуля пробила сердце и легкие.
А. И. Васильчиков 2. Стб. 213—214
Вероятно, вид торопливо шедшего и целившего в него Мартынова вызвал в поэте новое ощущение. Лицо приняло презрительное выражение, и он, все не трогаясь с места, вытянул руку кверху, по-прежнему кверху же направляя дуло пистолета. (К этой части рассказа князя Васильчикова у Висковатова есть весьма многозначительное примечание: «когда я спросил его, отчего же он не печатал о вытянутой руке, свидетельствующее, что Лермонтов показывал явное нежелание стрелять, князь утверждал, что он не хотел подчеркивать этого обстоятельства, но поведение Мартынова снимает с него необходимость щадить его». — Е. Г.)«Раз. Два... Три...» — командовал между тем Глебов. Мартынов уже стоял у барьера. «Я отлично помню, — рассказывал далее князь Васильчиков, — как Мартынов повернул пистолет курком в сторону, что он называл «стрелять по-французски». В это время Столыпин крикнул: «Стреляйте! Или я разведу вас!..» Выстрел раздался, и Лермонтов упал как подкошенный…
