Читаем без скачивания Кракен пробуждается. Паутина - Джон Уиндем

— Пауки, — повторил он жестко.

— Да, вот эти, — показала Камилла.

Офицер, видя только бурое пятно на песке, переглянулся с кем-то из своих. Тот многозначительно покачал головой.

— Пойду посмотрю, — решительно сказал офицер.

— Нет, — вскричала Камилла. — Вы не понимаете. Они вас убьют.

— Пауки? — Он перешагнул через борт, глядя ей прямо в глаза.

— Да. Арнольд, остановите его! Объясните ему!

Офицер посмотрел на меня. Он определенно подозревал нас, полагая, что у нас есть причина не подпускать его к трупам. Я попытался урезонить его.

— Послушайте, мы ведь не ради удовольствия так одеты. Если хотите пойти туда, примите хотя бы меры предосторожности.

Я протянул ему свои перчатки и шляпу. Он явно вознамерился отказаться.

— Пожалуйста, — взмолилась Камилла.

Он уступил и надел шляпу. Камилла обвязала сетку вокруг его шеи и заправила его брюки в носки.

— Перчатки тоже наденьте.

Трое других моряков начинали уже беспокоиться, хоть и сдерживали улыбки.

— Поднимитесь на борт, пожалуйста, — сказал нам офицер, взглядом показывая подчиненным, что выпускать нас из шлюпки не следует.

Мы подчинились, и офицер зашагал по пляжу.

К нему с разных сторон двигалось сразу три паучьих отряда.

Моряки в шлюпке тоже заметили их. Один окликнул офицера, показывая на них, но тот, не усмотрев, как видно, ничего необычного, махнул рукой, пошел дальше и наклонился, разглядывая тела.

Два пятна придвинулись совсем близко. Моряк снова крикнул. Офицер, не обращая внимания, дотронулся пальцем до трупа — и первая стая облепила его целиком.

Он выпрямился и попытался стряхнуть их. Тут подоспели вторая и третья стаи.

Несколько секунд он стоял весь в пауках — кроме шляпы и перчаток — и тряс руками, тщетно пытаясь освободиться. Потом увидел, что к нему движутся еще две группы, и пустился бежать.

Он перескочил через оба пятна и побежал было к шлюпке, но вовремя передумал и бросился в воду. Ему пришлось окунуться трижды, чтобы очиститься полностью.

Матрос запустил подвесной мотор; шлюпка подошла к офицеру, стоящему по пояс в воде, и моряки втащили его на борт.

— Руки. О господи, руки, — выкрикнул он и потерял сознание.

Мы сдернули с него китель, вытряхнули штук пять пауков и тут же их раздавили. Они, очевидно, пролезли в рукава: около дюжины красных пятен на предплечьях уже начали опухать. Шлюпка на полной скорости пошла к кораблю.

Глава IX

Таков был бесславный конец Проекта, но для нас все еще далеко не закончилось.

Для начала нас допросил подполковник Джей, командующий станцией слежения на Оахому, и все последующие допросы очень напоминали тот первый. Подполковник не то что не верил нам — в конце концов, у него имелось доказательство в лице собственного младшего офицера, лежащего в лазарете, — но затруднялся поверить. Неспособность поверить в невероятное вызвала впоследствии много проблем как у него, так и у многих других.

— Пауки, — говорил он, с недоумением глядя на нас. — Что ж вы их не давили?

Мы объясняли, что они нападают стаями.

— Все равно. Сделали бы себе огнемет да поджарили их.

Мы говорили, что это планировалось и могло принести определенную пользу. Рассказывали об огневой черте и о том, что это стало бы только временной мерой.

Не могли мы передать лишь масштабы бедствия. Когда кто-то говорит «миллионы», все полагают, что он сильно преувеличивает, а уж слово «миллиарды» мы вообще старались не произносить. Наше заявление, что пауки уничтожили все живое в захваченных ими районах, подполковник понял так, что других районов мы просто не видели.

Допрос завершился его словами:

— Боюсь, вам придется остаться здесь, пока я не получу соответствующие инструкции. Постараемся устроить вас с максимальным комфортом.

— Вот так, — сказала Камилла, когда за нами закрылась дверь. — Налицо двое гражданских, которые после пережитых потрясений немного тронулись.

Однако рапорт Джея, как видно, произвел впечатление в вышестоящих кругах, поскольку через пять дней к нам прилетела следственная группа из четырех человек: представитель министерства колоний, натуралист, фотограф и, насколько я понял, доверенное лицо лорда Фоксфилда. Они задавали нам многочисленные вопросы и выслушивали ответы, не проявляя эмоций.

Назавтра их самолет доставил нас всех на остров, и я впервые увидел Танакуатуа с воздуха. Это впечатляло. При виде острова, наполовину покрытого паутиной, следователи заметно изменили отношение к нам.

Когда мы, должным образом снаряженные и обрызганные, высадились на берег, Камилла и натуралист с коробками для сбора образцов пошли вдоль по пляжу, а я повел трех остальных в лагерь.

Я показал им палатку, но сам туда не пошел. Ждал их снаружи, а пауки, одни за другими, взбирались по моим ногам до колен и отваливались. Эксперты вышли сильно позеленевшие, и я повел их на стройку.

Пауки уже пересекли нашу защитную полосу и облепили построенный нами дом.

— Они как будто думают, что внутри есть что-то съедобное, — нервно заметил представитель министерства. — Там ведь никого?..

Мы окатили тех, что толпились у входа, и вошли. Внутри, конечно, никого не было — даже и пауков.

— И все равно, укрываться здесь… — ужаснулся чиновник. — С меня довольно, пойдемте назад.

— Нам надо представить согражданам какие-то доказательства, — возразил фотограф, — и одних слов для этого мало. Мистер Делгрейндж, уверен, согласится со мной. — Он передвинул большой черный футляр с плеча на грудь, достал камеру и стал подбирать объективы. Через полчаса нам надоело смотреть, как он снимает, и мы ретировались в лодку — единственное место, свободное от пауков. Сидели, курили и наблюдали, как паучьи отряды патрулируют пляж.

— Сдается мне, — сказал человек лорда Фоксфилда, — что с этим чертовым островом можно сделать только одно: опылить его с воздуха сильнейшим инсектицидом.

— Не получится, — сказал министерский чиновник. — Весь инсектицид осядет на кронах деревьев.

— Значит, дождаться, когда ураган всё снесет, и потом обработать.

— А они под листьями пересидят. Нет, единственный выход — это напалм с наветренной стороны при хорошем ветре. Выжечь всё к чертовой матери.

— Если загорится. Одни джунгли уже жгли напалмом, да так и не выжгли.

— Значит, просто оставить их в покое на какое-то время. Ни одно сообщество, живущее исключительно каннибализмом, долго не проживет.

— Мы это уже обсуждали, — вмешался я и пересказал им теорию Камиллы насчет рыбной ловли. — Притом, чем дольше они существуют, тем шире расселятся.

Мы все еще строили версии, как расправиться с пауками, когда к нам присоединился довольный собой фотограф.

— Теперь еще надо снять, как они нападают на человека. Есть добровольцы, джентльмены?

Еще через час подтянулись наши биологи. Натуралист, давно переставший смотреть свысока на меня и Камиллу, бережно нес коробки.

— Что