запереть в подвале, в котором я чуть не околела.
— Только не говорите, что меня снова отправляют в то подземелье, — мои зубы заблаговременно застучали, и я сделала попытку высвободить свою руку.
— Именно, — прохрипел Сергей Петрович, продолжая тащить меня за собой.
— Я не пойду! — мгновенно упёрлась пятками в мощёную плиткой дорожку, — Нет! Я больше не пойду туда!
— Кира! — он остановился, оборачиваясь ко мне. Потемневший взгляд стал чем-то схож со взглядом Клима. На секунду я снова задохнулась.
— Я не хочу туда! — жалобно проскулила.
— Ты будешь там не одна, — Сергей Петрович крепче стиснул мои пальцы, — я буду с тобой. Слышишь? Мы спустимся туда вместе. Не надолго.
— Для чего?
— Для того, чтобы обезопасить тебя.
Сработало ли это? Даже не знаю.
Но я вновь ощутила давление на пальцах. Поджав губы, я зашагала за мужчинами. Одолеваемая страхом и приступами тошноты. Мои губы дрожали как и тогда: в тот вечер, когда Клим тащил меня силком по этой дорожке для того, чтобы запереть в том подземелье.
Не произнося больше ни слова мы оказались там, где моё сердце по старой памяти заколотилось о рёбра так, словно дикая птица, попавшая в сети. Я смотрела на то, как глубина, подвала залитая тусклым светом, отражает весь тот ужас, который я испытала тем вечером.
— Я спущусь первый. Ты за мной, — пробасил Сергей Петрович, отпуская мою руку.
Молча кивнув, я следила за тем, как он медленно и осторожно спускаелся. Оказавшись внизу, он запрокинул голову и махнул рукой, подавая мне короткий сигнал на действий. Затем ободряюще улыбнулся в попытке успокоить меня.
— Хорошо, — прохрипела, оглядываясь на Николая и принимая его руку для помощи.
Я слышала, как громко бьётся моё сердце. Громче с каждым шагом. От соприкосновения с холодным воздухом, дыхание участилось.
— Вот так, — голос Сергея Петровича не давал мне впасть в панику.
— Мы здесь надолго? — мой приглушённый голос был почти неузнаваем.
— Не думаю, — продолжал улыбаться, — в любом случае, за нами придут. Сейчас утеплимся и немного поболтаем.
Прикусив губу, я осмотрелась. Всё было так же, как и в прошлый раз. А чего я хотела? Чтобы пыточная стала комфортабельным убежищем?
Когда дверь опустилась над нашими головами, я неосознанно сделала глубокий вдох. Посмотрела на груду тряпок, которую Сергей опустил нам под ноги. Здесь даже одеяло есть...
— Свет? — подняла взгляд на одинокую лампочку, — его оставят?
— Да, — его ответ был уверенным, поэтому я совсем немного успокоилась.
— Теперь вы скажете? — приказала себе прекратить панику хотя бы на короткое время, — что происходит?
— Помоги мне расстелить одеяло, — он не ответил на вопрос, а просто принялся разворачивать то, что принёс с собой, — надо одеться.
Смирившись на короткое время с игнорированием моего вопроса, я помогла Сергею Петровичу с одеялом, а затем вытащила из кучи тёплый спортивный костюм. Стащила с себя пиджак Николая и поверх своей пижамы натянула тёплую одежду. Снова натянула пиджак и выхватила из рук мужчины предложенные мне тёплые носки.
— А вы? — подняла голову, замечая, что для Николая здесь ничего нет. Он был в брюках и тонкой рубашке. Под тонкой тканью просвечивалась майка.
— А я и так посижу, — отмахнулся от меня, — в армии и не в таких условиях высиживали.
— Возьмите пиджак, — закопошившись, я принялась снимать с себя лишнее.
— Оставь пока, — он пресёк мои действия, — вот когда замёрзну, тогда и снимешь.
Подмигнув мне, Сергей Петрович опустился на одеяло и похлопал по мягкой поверхности ладонью, предлагая мне сесть рядом с ним.
— Хорошо, — не пререкаясь, я уселась рядом с ним, поджимая под себя колени. Сцепив зубы, уставилась на серую стену напротив. Натянула на голову капюшон, — что там?
Подняла голову, намекая на Клима и происходящее за пределами нашего «укрытия». Я боялась, что мы здесь надолго. Я боялась, что там произойдёт что-то непоправимое. Что-то, что приведёт меня в окончательный тупик. На дно.
Ты и так на дне, Кира. В самом буквальном смысле.
— Клим приехал не один, — Николай сделал небольшую паузу перед тем, как продолжить, — он решит вопрос, и мы со спокойной душой покинем этот подвал. Поняла? Ты, главное, не накручивай себя.
— С кем он приехал? Почему мы должны сидеть здесь?
— Это ты должна сидеть здесь. А я с тобой, чтобы ты в истерику не впадала. — Цыкнул, мягко щёлкая меня по носу, — надо было с собой чай горячий взять... но кто ж знал, что всё так быстро произойдёт? Ни звонка, ни предупреждения.
— С кем приехал Клим, Сергей Петрович? — и что-то мне подсказывало, что я уже знала ответ.
— Ну, как с кем? С тем, кто тебя ищет... Бык, кажется?
...
Клим
Я знал, что эта тварь так просто мне не поверит. Идиот, но не до такой степени. Заявившись в клуб, он уже выписал себе приговор. Почти.
На секунду я допустил мысль о том, что он хочет пойти на мировую. Мысль о том, что Гриша донёс до него мою «просьбу». Но, кажется, Костя был слишком обижен на жизнь, чтобы так просто оставить девчонку в покое. В какой-то момент, я понял, что это дерьмо продолжит свои попытки мести. Ущемлённое эго не даст этому ублюдку спокойно спать.
— Выпьешь со мной? — предложил для приличия и даже протянул ему наполненную рюмку.
— И куда ты её дел? — качнул головой, оказываясь от выпивки. Намекал на Киру.
— Никуда, — я пожал плечами и опрокинул рюмку в себя, — на все четыре.
— Так уж на четыре? С чего вдруг? Для чего тогда та публичная порка для девки в клубе? Для чего Грише звонил?
— Тебе не кажется, Костя, что путаешь берега, м? Не кажется, что ты забываешь, с кем разговариваешь?
В маленьких поросячьих глазках Быка промелькнуло нечто, напоминающее здравый рассудок. Страх, быстро подобранный и спрятанный в закуток его маленького мозга.
— Клим, — Бык тихо прочистил горло, прикрываясь кулаком, — ты не руби с плеча...
— С какой целью ты сюда сейчас явился? — я бросил быстрый взгляд на Виктора. Тот, подперев кулаком подбородок, скучающе наблюдал за тем, как парнокопытной даёт заднюю. — Ты же
