Гейл вернулся к нам, поправляя очки, появившиеся на его носу.
– Я оставил рекомендации на столе в гостиной, – сказал он.
– Спасибо.
– И тебе лучше показаться офтальмологу. У меня есть хороший приятель, занимающийся непростыми случаями. Я договорюсь о приёме в ближайшее время.
– Не думаю, что в этом есть смысл.
– За твой глаз ещё можно побороться, Эбигейл.
– Значит, мы будем, – согласился Деметрио.
Значит, мы будем. Всегда со мной. Он забрал и уничтожил это чувство бесконечного одиночества, вселившееся в меня.
– А ты, – дядя перевёл взгляд на него, – садись на стул лицом к стене. Сейчас же.
– Зачем это?
Я посмотрела на Деметрио, и будто только тогда он вспомнил о своей спине. Парень потянулся и дотронулся до раненой кожи, поморщившись.
– Пожалуйста, – попросила я, взяв его за руку.
Не сопротивляясь и не отпуская мою ладонь, Деметрио выдвинул стул и уселся, оперевшись грудью о спинку. Я осталась стоять рядом, когда начался его осмотр.
Мне было страшно смотреть на то, что я сделала. Перед глазами стояло всё то количество крови, что вылилось из него, пока я вычерчивала букву за буквой на его гладкой коже.
– Порезы неглубокие, – рассуждая вслух, произнёс Док.
Деметрио посмотрел на меня, и мне показалось, что он был крайне недоволен тем, что услышал.
Да, я сделала это специально, не собираясь уродовать его тело за грехи, не совершенные им. Однако дело было не только в этом. Даже при желании у меня бы не вышло разорвать его спину с помощью отломанного от статуэтки крыла.
– Можем наложить швы, чтобы…
– Нет, – прогремел Деметрио, резко встав со своего места.
Его рука вцепилась в мою ещё сильнее. Сердце в груди сжалось, когда мы заглянули в глаза друг друга.
Он хотел помнить. Хотел чувствовать.
Поэтому ни Гейл, ни я не стали спорить, решив оставить всё как есть.
– Как знаешь, – выдохнул мужчина, начав собирать свою аптечку обратно. – Арабелла доложила о произошедшем вчера. Дэниел обо всём позаботился.
Деметрио кивнул ему, поджав губы.
– Я позвоню ему позже. Как он?
– Пока та девочка не вернётся, он будет всё так же – плохо. Но если ты имеешь в виду, как он после того, что вы устроили в подвале, то лучше. Намного.
– Ладно тебе, Доки-Доки, всё было под контролем.
– Потому что Эбигейл вовремя оказалась рядом с вами.
Всё своё детство я грезила моментом взросления, чтобы стать той, кем мама будет по-настоящему гордиться.
Не то чтобы она не делала этого ранее. Она хвалила мои рисунки, поощряла неутолимую тягу к знаниям и учила, что ошибки и поражения не так страшны, как ощущаются.
Но я хотела немного иного.
Чего-то похожего на то, что испытала, услышав ответ дяди Гейла. Я до сих пор была далека от того человека, которым планировала стать в будущем, однако он уже гордился тем, на что я способна сейчас, даже если это малость.
Вместо мамы.
Чтобы восполнить то, что у меня больше никогда не будет возможности получить.
Начать думать об этом оказалось далеко не самой лучшей идеей, потому что я ощутила, как в глазах зажгло. Не желая, чтобы кто-то из них заметил это, так как они тут же станут носиться со мной, как курицы с яйцом, решила разбавить обстановку.
– Да, что бы вы без меня делали, – стараясь не засмеяться, подначила я, искоса взглянув на Деметрио.
Его ладонь легла на мою поясницу, и он медленно провёл ей вниз-вверх, наклонившись ко мне. Наши носы почти соприкоснулись, когда он тихо произнёс:
– Не знаю, как они, но я бы погиб.
Моё сердце совершило переворот, на мгновение перестав биться, словно это парень смог пробраться через толщи кожи и костей и сжать его в своём кулаке.
Если бы кто-то другой услышал его, он бы не понял значимость этих слов, потому что ему было неизвестно, что Деметрио на самом деле попрощался бы со своей жизнью, если бы в тот день Арабелла не затащила меня в его машину, сыграв судьбоносную роль в нашей истории.
– Если что-то случится, позвоните мне до того, как кто-то решит начать умирать, хорошо? – попросил Док.
Я резко кивнула ему в ответ, поджав губы.
После чего мы крепко обнялись, и Деметрио любезно согласился проводить его, когда я направилась в гостиную, чтобы узнать, какие именно рекомендации он мне оставил.
Подняв лист, принялась читать корявый и едва разборчивый почерк:
«Холодный компресс, избежание раздражителей и постельный режим. Можешь прихватить с собой Деметрио.
– дядя Гейл»
Я захихикала себе под нос.
Темнота, кровать и мой мужчина будут сопровождать меня на протяжении следующих нескольких дней. Идеально.
И как только Док скрылся за входной дверью, Деметрио присоединился ко мне, спросив:
– Что там?
Мой пульс участился от предвкушения.
– Я тебе покажу.
Глава 27
Эбигейл
Я чувствовала себя безгранично счастливой.
И мне было всё равно на то, как сильно продолжало болеть моё лицо, потому что взгляд, который Деметрио Асторе обращал ко мне, заставлял болеть моё сердце.
От переполнения любовью.
Его. Моей. Нашей.
Он купил для меня белую глазную повязку, чтобы я могла скрывать свою слепоту и шрамы от других, но попросил никогда не надевать её, когда я с ним.
Так я и делала.
Точнее собиралась, потому что последние дни мы не выходили из домика в лесу и никто, кроме него, не видел меня после того, как Док проведал нас следующим утром. Даже Арабелла. Деметрио упросил её не приезжать, а она, в свою очередь, потребовала от него отчёт в фото, собираясь удостовериться, что он сексуально не эксплуатировал меня и давал отдыхать.
Пришлось одеться и причесаться.
Хорошо, что она попросила только мои фото, потому что на самом деле Деметрио – тот, кто выглядел измученным. И дело было не в его новых шрамах, которые, кстати, достаточно быстро заживали.
Он запрещал мне делать что-либо. И минет входил в этот список.
Поэтому время, которое я могла бы потратить на него, его рот был дополнительно занят мной. Двойная доза удовольствия. Когда я уставала, он уносил меня в ванну, мы проверяли и обрабатывали раны друг друга, а после осторожно целовались без какого-либо продолжения.
Ещё мы ели. Много.
И спали.
Несколько дней сурка, которых нам обоим не хватало. Без работы и исключительно в компании друг друга.
Однако я знала, что совсем скоро нам придётся выйти из нашего укрытия. И теперь мы были здесь – на улицах Рино.
Этот город всегда пугал меня.
