и заброшенности.
А ещё здесь неприятно пахло, но это стоило пережить. Квартира, в которую мы направлялись, излучала аромат тепла. Мэй старалась для этого, несмотря на свою загруженность. Внуки, для которых она это делала, были всей её жизнью.
Я бы хотела иметь такую бабушку, как она.
Добравшись до второго этажа, остановилась около большой деревянной двери и с силой постучала в неё кулаком, зная, что обычно невозможно услышать, что кто-то пришёл, из-за шума от такого количества людей внутри квартиры.
Но уже через мгновение дверь открылась, и нам показалась старшая из пятерых внучек Мэй.
Маленькой девочки, которую я запомнила, больше не было. Пока я отсутствовала, она успела расцвести, как девушка. Её длинные чёрные волосы блестели, а тёмно-карие глаза широко распахнулись при виде меня.
– Эбигейл!
– Сюлань. – Я обняла её, крепко прижав к себе.
Ей уже должно было исполниться пятнадцать. Мы не виделись с тех пор, как я ушла, чтобы в случае, если Родриго меня всё-таки обнаружит, никто из них не попал в беду за помощь мне.
Даже Мэй не наведывалась в ресторан, однако иногда я находила журналы и медицинские пособия у входа на заднем дворе, когда выносила мусор. Она всё же заглядывала ко мне. Это грело душу.
Я скучала.
– Что с твоим лицом? – тихо спросила девочка.
– Расскажу позже, хорошо? У нас не так много времени. Твоя бабушка дома?
Мы оторвались друг от друга.
– Да, она на кухне, готовит габаожоу.
У меня резко проснулся аппетит от одного воспоминания о свинине в кисло-сладком соусе, приготовленном лично Мэй.
– У тебя появился парень, – уверено произнесла Сюлань, переведя взгляд с меня на Деметрио, стоящего рядом.
Но я ничего не успела ответить ей, как он уже исправил её:
– Муж.
Муж?
А затем добавил:
– Будущий.
То есть я должна была представить его как своего жениха? Мы не говорили на эту тему, ведь мне казалось, что ещё рано, однако Деметрио, по всему видимому, так не считал.
Девочка захлопала в ладоши, прыгая на месте.
– Свадьба! Это так здорово! Мы приглашены?
Я пропустила смешок от её «скромности». После этого парень посмотрел на меня, ожидая одобрения, и я кивнула ему, пожав плечами.
– Конечно, – ответил он за нас обоих.
Конечно.
Моё сердце сделало переворот от резко накатившей радости.
– Ты пустишь нас?
– О, да! Заходите, – махнула она рукой, приглашая нас внутрь.
Мы переступили порог, и, несмотря на старый ремонт, эта квартира была полна уюта, а запах свежеприготовленной еды сводил с ума.
– Я могу пройти в комнату твоей сестры?
На самом деле та комната была их общей, но я собиралась залезть в кровать, принадлежащую девочке, которая поделилась со мной ей в то время, когда я страдала от боли во всём теле.
Цин было девять, когда её бабушка притащила в дом умирающую незнакомку, но она сама предложила мне своё место и дополнительную подушку.
Эти дети жили достаточно бедно, и у них были не самые лучшие родители, но они продолжали оставаться добры к миру и людям. Однажды они получат всё, что заслуживают.
И оплата начнётся с меня.
Сегодня. Сейчас.
– Без проблем, а я пока покажу его бабушке. – Сюлань кивнула в сторону прохода, чтобы Деметрио последовал за ней. – Идём!
Он уже хотел сделать шаг на пути к кухне, когда я схватила его за руку, останавливая. Девочка, не заметив его промедления, уже скрылась из виду, вероятно, воруя мясо из сковородки.
– Мы собираемся пожениться? – прошептала я, будучи всё ещё поражена его заявлением.
Вчера я решила, что Деметрио пошутил.
– Я думал, ты знала об этом с тех пор, как приказала мне не смотреть на тебя, а я не смог перестать.
Теперь тот самый взгляд имел объяснение.
Мы быстро поцеловались, решив отложить этот разговор на вечер, после чего я убежала в детскую, а он на кухню.
Коридор выглядел как раньше, но я сильно удивилась и напряглась, переступив порог спальни, так как она отличалась от той, что я запомнила. Новые стены, полы и мебель. Кровать. Испугавшись, я подбежала к тому месту, на котором когда-то спала. Сердцебиение участилось от страха, что последнее материально связующее меня с мамой было потеряно, однако, просунув руку между двумя деревянными панелями, я выдохнула, затем вытащила то, что искала, и присела на край матраса, почувствовав облегчение.
Цин, вероятно, нашла это и спрятала на время ремонта, потому что иначе этого здесь уже не было бы. Я надеялась, что она находилась где-то в квартире или собиралась вернуться до нашего ухода, чтобы я могла обнять её.
Опустив голову и разжав ладонь, уставилась на найденное украшение.
Два золотых кольца – одно тоньше другого – сплелись между собой, создав единое целое.
Оно выглядело дорого. И было дорогим для меня, но по-другому.
Мама никогда не носила его и, как мне казалось, прятала ото всех. Кольцо предназначалось для её дочери, поэтому она передала его мне незадолго до того, как отправилась в тюрьму, словно предчувствуя, что время подходит к концу. С тех пор я хранила его существование в тайне от всех. Даже от Каи.
Я не знала, что оно значило для мамы, но знала, чем оно было для меня.
Память.
Больше не волнуясь, что кто-то заберёт его у меня, надела кольцо на один из пальцев и стала любоваться блеском. Село идеально.
Теперь время по-настоящему пришло.
Но это было не всё, зачем я пришла сюда. Быстро встав с кровати и взяв небольшой белый лист со стола, разорвала его на две равные части и написала послания.
Одно для Цин:
«Спасибо, что поделилась со мной своей кроватью. Она не стала моим исцелением, но твоё милосердие – да.
– Эбигейл»
Другое для Сюлань:
«Уверена, теперь тот парень понимает, что потерял бриллиант. Купи платье. И туфли. Будь красивой. Для себя.
– Эбигейл»
После чего свернула каждое по отдельности вместе с несколькими купюрами, которые достала из кармана, и засунула в щели между матрасами и корпусами кроватей девочек. Они найдут мои сообщения, как только улягутся спать.
Ещё немного побыв в комнате, выдохнула и вышла из неё, собираясь наведаться на кухню к Мэй, чтобы передать ей оставшуюся часть денег.
В квартире было на удивление тихо. За месяц, что я провела здесь, ни дня не прошло спокойно. А сейчас дети не носились по коридорам, будто их и вовсе не осталось. Наверное, родители смогли забрать кого-то к себе. Всё стало налаживаться? Я очень надеялась на это.
На
