фильмы Манна, «Схватка» была сделана громогласно, с холодной головой и армейской точностью. Для съемок перестрелки во время ограбления банка режиссер на несколько выходных оккупировал большой кусок в центре Лос-Анджелеса. Звуки выстрелов не умолкали, актеры расходовали по тысяче патронов за дубль. У выросшего в Чикаго Манна все было не просто так – от поведения на площадке до режиссерского стиля.
В тот день Манн отправился из своего временного жилища на Манхэттене искать локации для следующего фильма – «Своего человека». В нем не было ограблений и взрывов, но съемки проходили не менее напряженно, чем на предыдущих проектах Манна. Основанный на реальный событиях, «Свой человек» повествовал о полном предосторожностей сотрудничестве доктора Джеффри Уайганда – ученого и бывшего управленца табачной компании, который владеет компрометирующей эту индустрию информацией, – и Лоуэлла Бергмана, продюсера программы «60 минут» на CBS[94]. После долгих попыток уговорить Уайганда донести на своих бывших работодателей, Бергману остается только наблюдать, как трусливые руководители CBS сглаживают углы его расследования. Бергман чувствует, что его бросили коллеги, в том числе и два самых уважаемых журналиста в стране – создатель «60 минут» Дон Хьюитт и ведущий корреспондент Майк Уоллес[95].
Из-за того, что события, послужившие основой «Своего человека», случились всего несколько лет назад и были связаны с сутяжнической табачной компанией стоимостью в миллиард долларов, за производством фильма пристально наблюдали с самого начала. Адвокаты студии Disney, выпускавшей фильм, проверяли каждую реплику в сценарии. Еще до начала съемок Хьюитт и Уоллес выразили недовольство тем, что постыдную главу их многолетней карьеры превращали в большое студийное кино.
Поэтому Манн не знал, как реагировать, когда тем утром в Нью-Йорке на одном из этажей в лифт вошел не кто иной, как Дон Хьюитт. Манн понятия не имел, что исполнительный продюсер «60 минут» жил в том же здании, и какое-то время они спускались вниз молча. «Пока тикали миллисекунды, – вспоминает Манн, – я думал: „Он не знает, кто я такой. Мне не нужно ничего говорить. Мы просто выйдем друг за другом из лифта“». Но Манн не смог смолчать. «Я сказал: „Мистер Хьюитт, разрешите представиться – Майкл Манн“». Продюсер на секунду остолбенел, но быстро пришел в себя. «Он приобнял меня, как хорошего знакомого, и сказал: „Ох уж этот сраный Лоуэлл Бергман…“ Как будто мы были приятелями». Манн вышел из дома вместе с Хьюиттом, который все еще приобнимал его, пока съемочная команда с удивлением на это взирала. Год спустя знаменитый телепродюсер публично рвал и метал по поводу «Своего человека». Но в то мгновение они с Манном просто вели добрососедскую беседу.
За время работы над «Своим человеком» актеры со съемочной группой то и дело сталкивались с подлинной драмой жизни, которую они пытались воссоздать на экране, – и редко когда это был приятный опыт. В основе «Своего человека» главным образом лежала статья Мэри Бреннер «Человек, который слишком много знал», вышедшая в Vanity Fair в 1996 году. Там было задокументировано решение Уайганда подробно описать бессовестные махинации, свидетелем которых он стал в компании Brown & Williamson, производившей среди прочих сигареты Kool и Viceroy. У разоблачений Уайганда были пагубные для него же побочные эффекты: судебные иски, угрозы, финансовое давление и распад семьи. Однажды Уайганд заглянул в почтовый ящик в своем богатом пригородном доме в Луисвилле, Кентукки, и обнаружил там пулю. Согласившись обнародовать информацию, он, как писала Бреннер, погрузился в «американскую разновидность кошмара, в котором больше не мог распоряжаться собственной жизнью».
Постепенное угасание Уайганда – образ одинокой фигуры, которую пытается стереть в пыль мегакорпорация, – и привлекло интерес Манна к «Своему человеку». Но при создании фильма Манн с командой вступали в схватку сразу с двумя силами природы – табачным лобби и крупными СМИ. В таких фильмах, как «Свой человек», по замечанию Аль Пачино, «немножечко ходишь по минному полю – и чуешь это нутром».
14 марта 1998 года «Субботним вечером в прямом эфире» показали анимационную пародию на всеми любимый образовательный мультсериал семидесятых «Школа – отпад!»[96]. Короткометражка, придуманная давним участником «Субботнего вечера» Робертом Шмигелем и названная «Заговоры – отпад!», высмеивала гигантские компании вроде Disney, Fox и General Electric, каждая из которых содержала свою собственную небольшую телеимперию. В саркастичной хоровой песенке Шмигель сетует на возрастающую мощь этих колоссов:
Ручные каналы – от CBS до CNBC —
Передадут все, что пожелают они.
А не понравится, сам посмотри —
Заткнут несогласных на раз-два-три.
Язвительная пародия, исчезнувшая при следующих показах из эпизода, вышла в конце того десятилетия, когда чуть ли не каждая теле- и киностудия, музыкальный лейбл и издательство были поглощены в череде слияний на миллиардные суммы. Все началось в 1989-м, когда Time Inc. слилась с Warner Communications, фактически создав самую крупную медиакомпанию в мире, владевшую всем – от канала HBO и журнала People до студии Warner Bros. В ближайшие несколько лет такие сделки происходили одна за другой: компания Sony приобрела Columbia Pictures; Viacom, владевшая каналами MTV и VH1, завладела Paramount; студия Disney купила ABC. К концу десятилетия крупные компании в сфере развлечений разжирели пуще прежнего.
К тому же теперь все стремились не сильно досаждать своим новым владельцам. В 1995 году принадлежащая Disney студия Miramax, которая уже навлекла на себя гнев Католической Лиги[97] после выхода скандальной драмы «Священник», выпустила отмеченных рейтингом NC-17 «Деток» через Shining Excalibur, только что основанную независимую студию, избавив Disney от лишней головной боли. На следующий год независимая в прошлом студия Fine Line Features отложила выпуск «Автокатастрофы» – произведения Дэвида Кроненберга об автомобильных фетишистах – после возражений зампредседателя Time Warner Теда Тернера, которого звезда «Автокатастрофы» Хелен Хантер обвинила в «моральном фашизме».
И все же киностудии не были источником серьезного беспокойства по сравнению с новостными отделами телеканалов. В 1994-м расследование программы «День первый» на ABC – в нем утверждалось, что табачные компании дополнительно добавляют никотин в свои сигареты, – повлекло за собой сокрушительный судебный иск от Philip Morris. ABC уладили дело до суда, согласившись принести извинения компании в эфире рейтинговой передачи «Футбол вечером в понедельник», а также заплатить компании компенсацию, по сообщениям, составившую 15 миллионов долларов.
В тот же месяц, когда ABC и Philip Morris решали свой спор, Westinghouse – компания, известная больше всего производством стиральных машин и сушилок, – объявила о новой ошеломительной сделке: за пять с лишним миллиардов долларов промышленники покупали последнюю независимую телесеть в стране, так долго гордившуюся своими достоверными выпусками новостей. После 50
