только помни: лгать не в моих правилах.
– Что ты, родная, я же знаю, ты не способна на ложь, – заверил Сэмюэл, и Лайза улыбнулась в ответ, считая слова мужа комплиментом.
– Так вот, то, что я собираюсь рассказать, хоть у кого поколеблет веру в правдивость моих слов.
– Говори же, милая.
– Сэмюэл, ты знаешь их косоглазого китайца с дурацкой косой? Ну, он еще лопочет не пойми что.
– Ли? Разумеется, знаю.
– Вот спроси тебя, и ты, не задумываясь, скажешь, что он язычник, верно?
– Ну, не знаю.
– Перестань, Сэмюэл. И любой сказал бы то же самое. Только китаец-то вовсе не язычник. – Она выпрямилась на стуле.
– А кто же?
Твердый, как железо, палец жены уперся Сэмюэлу в плечо.
– Пресвитерианец, и к тому же совсем не глупый, если разобраться в его чудаковатой болтовне. Ну, что скажешь?
– Ох, нет, не может быть! – дрожащим голосом откликнулся Сэмюэл, с трудом сдерживая смех.
– А я говорю, это сущая правда. Как ты думаешь, кто ухаживает за близнецами? Язычника я бы к малышам и на пушечный выстрел не подпустила. Другое дело пресвитерианец. Он выучил все мои наставления.
– Тогда неудивительно, что малютки прибавляют в весе, – улыбнулся Сэмюэл.
– За такую милость нужно возблагодарить Господа и восславить его имя в молитвах.
– Что ж, возблагодарим и помолимся, – согласился Сэмюэл.
5
Всю неделю Кэти отдыхала, набираясь сил. В субботу, во вторую неделю октября, она все утро провела в спальне. Адам подергал за ручку двери и убедился, что она заперта.
– Я занята! – крикнула Кэти мужу, и Адам ушел, решив, что она наводит порядок в комоде.
Через закрытую дверь слышался стук выдвигаемых ящиков.
Далеко за полдень Ли подошел к сидевшему на крыльце Адаму.
– Мисси говоли я еззай в Кинг-Сити, купи бутылка и соска, – смущенно сообщил китаец.
– Сделай, как приказывают. Она – твоя хозяйка.
– Мисси говоли не возвласяйся до понедельник, она говоли…
– У него давно не было выходного, – послышался из-за дверей спокойный голос Кэти.
– Конечно, – согласился Адам. – Я как-то не подумал. Повеселись хорошенько, а если мне что понадобится, попрошу плотников.
– Плотник домой уходи, завтла восклесенье.
– Тогда попрошу индейца Лопеса, он поможет.
Ли чувствовал на себе пристальный взгляд Кэти.
– Лопес пьяный, пьет бутылка виски.
– Хватит спорить, Ли, – потерял терпение Адам. – Я же не дитя беспомощное.
Ли взглянул на застывшую в дверях Кэти и опустил глаза.
– Мозет, велнуся сегодня, но поздно, – настаивал китаец. Ему показалось, что между бровей Кэти пролегли две морщинки, но тут же исчезли. – До свидания, – попрощался он.
Кэти вернулась в спальню. В половине восьмого Адам постучал в дверь.
– Дорогая, я приготовил тебе легкий ужин.
Дверь тут же открылась, словно Кэти давно ждала его прихода. Она была одета в элегантный дорожный костюм. Жакет с отворотами из черного бархата оторочен черной тесьмой и украшен крупными блестящими черными пуговицами. На голове широкополая соломенная шляпка с крошечной тульей, приколотая к прическе длинной шляпной булавкой с черной агатовой бусинкой на конце. От изумления Адам совсем растерялся.
– Я ухожу, – заявила Кэти, не давая мужу произнести ни слова.
– Кэти, ты о чем?
– Я же тебе говорила.
– Ничего ты не говорила.
– Да ты просто не слушал. Но это уже и не важно.
– Я тебе не верю.
– А мне плевать, чему ты веришь, а чему – нет. – В ее голосе звенел металл.
– А как же дети…
– Можешь их выбросить в один из своих колодцев.
– Кэти, ты нездорова! – заметался в панике Адам. – Ты не можешь меня бросить! Нет!
– Я могу сделать с тобой все, что пожелаю. Впрочем, как и любая другая женщина. Потому что ты дурак.
Последнее слово жены пронзило затуманенное сознание Адама. Не долго думая, он схватил Кэти за плечи и оттолкнул назад. Она потеряла равновесие и, спотыкаясь, отлетела в глубь спальни, а Адам тем временем выхватил из замочной скважины ключ и, захлопнув дверь, запер ее снаружи.
Тяжело дыша, он прижал ухо к двери и почувствовал, как все его существо отравляет сопутствующая истерике тошнота. Адам слышал, как жена тихо ходит по комнате. Вот она выдвигает ящик комода. «Решила остаться», – мелькнуло в сознании. А потом раздался слабый щелчок, но Адам не понял, что он означает, так как стоял, прижавшись ухом к двери.
Голос Кэти прозвучал так близко, что Адам непроизвольно дернул головой. Теперь он был насыщенным и выразительным.
– Милый, – мягко сказала она, – я и не думала, что ты все так близко примешь к сердцу. Прости, Адам.
Дыхание с хрипом вырвалось из груди Адама. Дрожащей рукой он пытался повернуть ключ, а когда это удалось сделать, ключ упал на пол. Он толкнул дверь. Кэти стояла всего в нескольких футах с его «кольтом» 44-го калибра в правой руке, наставив на мужа черное дуло. Адам сделал шаг навстречу Кэти и увидел, что курок взведен.
В следующее мгновение она выстрелила. Тяжелая пуля ударила в плечо, сплющившись, прошла насквозь и вырвала кусок лопатки. От удара Адам пошатнулся и, отступив на заплетающихся ногах несколько шагов, рухнул
