артиллерия, равно как и снаряды к ней, доставлены сюда из внутреннего Китая.
Орудия не формируют в составе батарей, а лишь придаются к лянзам по усмотрению начальства к пехотным или конным. Данная тактика снижает эффективность применения артиллерийского огня как для наступления, так и для обороны от противника. Обслуживают орудия те же лянзы, или т. н. лянзы артиллерийские.
В крепостях и импанах (мини-крепости. Прим. автора) орудия размещены не на стенах, – все орудия, как и снаряды к ним, спрятаны в глинобитных сараях внутри крепостей. По имеющимся сведениям, общее количество орудий не велико, а скорострельных, преимущественно горных стальных, едва ли более нескольких десятков во всех войсках Новой Линии, но содержание их небрежное, как и другого оружия. Кроме испорченных, лафетов, стволы орудий иногда покрыты слоем ржавчины не только снаружи, но и внутри по нарезам канала. Снарядов при всех орудиях также немного, вследствие затруднений при дальней доставке этих снарядов.
Запряжка орудий производится лошадьми или мулами. Зарядных артиллерийских ящиков, очень мало, их заменяют двухколёсные арбы, или вьючная перевозка. Ввиду отсутствия артиллерийской подготовки, как и практической стрельбы, можно утверждать, что самые лучшие орудия в руках китайцев причинят мало вреда неприятелю.
Кроме артиллерийских орудий, в описываемых войсках сохранились в большом числе старинные крепостные, гладкостенные фитильные ружья, так называемые тайфуры, которые содержатся как в импанах [643], так и при строевых частях. Выстрел из них громкий, но меткость и дальность стрельбы никуда не годные.
Область военно-профессиональной деятельности
Как безобразно вооружение китайских войск на Новой Линии, настолько же безобразно и их обучение. Из-за того, что никто из офицеров не имеет понятия и элементарных требований военного дела, солдату невозможно научиться чему-либо по своей специальности. В результате, из массы китайских воинов получается лишь подобие, но не армия в истинном смысле этого слова.
Строевые ученья производятся в лянзах довольно редко, главным образом осенью и весною. Обязательного военного устава, по-видимому, нет, все зависит от личного усмотрения командира или начальника войск области. Главное внимание обращается на различные акробатические фокусы, не только отдельных солдат, но и целых частей, как например рубка саблями в такт музыки и пр. О рассредоточении стрелков и употреблении штыка в бою Китайцы не имеют понятия, нет у них также маршировки и хождения в ногу. Притом во фронте солдаты разговаривают, сморкаются, иногда даже закуривают трубки. Обучающий командир лянзы помещается перед фронтом, или чаще на вышке импана. Офицеры обычно в строю не участвуют, они находятся при начальнике лянзы, или стоят в стороне. У некоторых из них в руках бамбуковые палки, которыми тут же бьют непонятливых или провинившихся солдат. В строю всегда множество знамён и значков.
Боевая стрельба частями не производится, крайне редко люди стреляют в одиночку по мишеням. Все искусство обучения стрелковому делу состоит лишь в том, чтобы солдат умел как можно скорее зарядить и выстрелить, не заботясь о результате, поэтому стрельба холостыми зарядами в большом ходу. Редкий из офицеров умеет сам выстрелить. О правилах обращения с орудием, его чистке, разборке и пр., как солдаты, так и офицеры, не имеют ни малейшего понятия. Европейских инструкторов при войсках Новой Линии нет вовсе.
В кавалерии солдаты ездят хорошо и умело обращаются с лошадьми; но обучение, основанное опять-таки на акробатических штуках и стрельбе с коня, делает этот род войск никуда негодным. Притом разведка и сторожевая служба кавалерии неизвестны.
Караульная служба в тех же войсках не организована. Караулы выставляются лишь к воротам крепостей и импанов. К ним назначаются от лянз части на продолжительное время, поэтому солдаты переселяются в караульный дом со всем домашним скарбом, даже с жёнами и детьми по соседству. Днём постов не выставляют, в это время караульные солдаты занимаются кто чем хочет, часовые дежурят лишь ночью. На часах китайский солдат зачастую сидит и пьёт чай, или занимается починкой собственной одежды; в жар прохлаждает себя веером.
При пеших передвижениях никакого порядка не соблюдается. Офицеры уезжают вперёд на место ночлега. Солдаты же идут сами вразброд, и как попало – кто верхом, кто пешком, кто босой или без верхнего платья. По пути заходят в жилые места и грабят там. Продовольствие солдатам во время похода всегда берётся у местных жителей реквизицией. Сами же солдаты далеко не всегда несут на себе даже оружие, чаще их везут на арбах. Если же ружья имеются на руках солдат, то они во время пути стреляют во встречных птиц или зверей, или прямо на воздух. При всем том следует сказать, что китайский солдат вообще хороший ходок, да и относительно пищи в походе не прихотлив.
Каждый импан служит помещением обыкновенно для одной лянзы, с ее лошадьми, запасом продовольствия, топлива, фуража и пр. Приспособлены импаны лишь для ружейного огня, да и то плохо относительно фланкирования или взаимной обороны. Цель таких сооружений заключается, по объяснению Китайцев, в обеспечении лучшего надзора за солдатами. Главным образом они строятся из-за трусости китайских войск и их любимой привычки воевать из укрытий.
Более прочные укрепления под названием янги-шари (то есть новый городок) выстроены Китайцами (часто доставались им от инсургентов) в больших городах Новой Линии. В этих мини-крепостях, помещаются, кроме войск все китайские военные и гражданские власти округа, склады продовольствия, обмундирования, оружейные, артиллерийские и военные мастерские, если таковые имеются. Стены их сбиты из глины и имеют 4–6 сажен вышины, при значительной толщине, с оборонительной стенкой на верху. Форма их, как у импанов, квадратная, реже многоугольная. По углам и на протяжении фасов фланкирующие башни, впереди ров иногда с вододействием [644] и оборонительной стенкой. В крепость ведут трое или четверо ворот, прикрытых полукруглыми траверсами. На ночь эти ворота, как и в импанах, запираются.
Для артиллерийской обороны они малопригодны, ибо, за исключением немногих башен, не имеют на стенах хорошего помещения даже для горных орудий, не только что для полевых или крепостных. Строя свою оборону, китайцы больше рассчитывают на защиту своих крепостей ружейным огнём и ручным метанием в неприятеля камней, которые для такой цели в изобилии собраны на стенах. Другие крупные недостатки янги-шари заключаются в том, что они нередко расположены у подножия командных высот, а внутри не имеют защитных блиндажных построек. В итоге, крепости не удовлетворяют даже требованиям современного военного искусства в первом приближении.
Как мы видим, Пржевальский, в этой части своего доклада произвёл систематизацию, анализ и оценку данных по актуальной обстановке на возможных ТВД в ближайший период времени. Он донёс свою мысль до руководства
