– Гиацинта! – одернула ее Вайолет, шлепнув по руке. – Тебе надо бы знать, что не следует задавать подобные вопросы.
– Я не задаю никаких вопросов, – возразила Гиацинта. – Я интересуюсь. И потом, это всего лишь Дафна.
– Твоя сестра – герцогиня Гастингс, – заявила Вайолет, – и как таковая обязана поддерживать свой статус. Постарайся не забывать об этом факте.
– Но разве ты не согласна, – сказала Гиацинта, взяв мать под руку, – что гораздо важнее помнить, что она моя сестра?
– С этим не поспоришь, – улыбнулась Элоиза.
Вайолет вздохнула.
– Гиацинта, когда-нибудь ты доведешь меня до обморока.
– Вряд ли, – возразила та. – Это сделает Грегори.
Пенелопа подавила смешок.
– Колина пока не видно, – заметила Элоиза, вытянув шею. – Правда? – Пенелопа обежала глазами комнату. – Удивительно.
– Он сказал, что приедет раньше тебя?
– Нет, – ответила Пенелопа, – но почему-то мне казалось, что он так и сделает.
Вайолет потрепала ее по руке.
– Наверняка он скоро появится. И мы все узнаем, зачем ему понадобилось, чтобы мы не отходили от тебя ни на шаг. Только не думай, – поспешно добавила она, встревоженно округлив глаза, – что это для нас обуза. Ты же знаешь, мы обожаем твое общество.
Пенелопа успокаивающе улыбнулась:
– Знаю. И это чувство взаимно.
В цепочке гостей, ожидавших своей очереди поприветствовать хозяев, было всего лишь несколько человек, и вскоре они смогли поздороваться с Дафной и ее мужем, Саймоном.
– Что, – спросила Дафна без всякой преамбулы, как только убедилась, что остальные гости не могут их услышать, – происходит с Колином?
Поскольку вопрос был адресован в основном ей, Пенелопа сочла необходимым ответить:
– Не знаю.
– Он тебе тоже прислал записку? – спросила Элоиза.
Дафна кивнула:
– Да, там говорится, что мы должны приглядывать за ней.
– Тебе еще повезло, – заметила Гиацинта. – Нам поручено прилипнуть к ней и не отлучаться ни на минуту. – Она подалась ближе. – «Прилипнуть» он подчеркнул дважды.
– А я-то думала, что я для вас не обуза, – съязвила Пенелопа.
– Конечно, нет, – жизнерадостно отозвалась Гиацинта, – но в слове «прилипнуть» есть что-то ужасно приятное. Оно просто липнет к языку, правда?
– Вам не кажется, – поинтересовалась Элоиза, – что она чуточку помешалась?
Гиацинта пренебрежительно пожала плечами.
– И потом, все так драматично. Я чувствую себя участницей какого-то шпионского заговора.
– Шпионского, – простонала Вайолет. – Помоги нам Боже.
Дафна встревоженно подалась вперед.
– А нас он просил…
– Только не устраивай из этого состязание, дорогая, – вставил Саймон.
Она стрельнула в него недовольным взглядом, прежде чем продолжить:
– Колин просил нас проследить, чтобы она не приближалась к леди Данбери.
– К леди Данбери! – воскликнули все хором, за исключением Пенелопы, хорошо представлявшей, почему Колин не желал, чтобы она приближалась к старой графине.
Видимо, он придумал кое-что получше, чем ее идея убедить леди Данбери солгать, сообщив всем, что она и есть леди Уистлдаун.
Скорее всего это двойной шантаж. Что еще это может быть? Должно быть, он раскопал какую-то жуткую тайну из жизни Крессиды.
У Пенелопы даже закружилась голова от восторга.
– Мне казалось, ты в хороших отношениях с леди Данбери, – сказала Вайолет.
– Это действительно так, – отозвалась Пенелопа, изобразив изумление.
– Любопытно, – задумчиво произнесла Гиацинта, постукивая пальцем по щеке. – Весьма любопытно.
– Элоиза, – вдруг сказала Дафна, – что-то ты сегодня очень тихая.
– Не считая того, что она назвала меня помешанной, – заметила Гиацинта.
– Что? – откликнулась Элоиза, продолжая смотреть в пространство, а возможно, на что-то вполне конкретное за спиной Дафны и Саймона. – О, полагаю, мне просто нечего сказать.
– Тебе? Разве такое возможно? – спросила Дафна с явным сомнением.
– В точности моя мысль, – подтвердила Гиацинта.
Пенелопа молча согласилась с ней. Невероятно, чтобы Элоиза не высказала свое мнение, особенно в подобной ситуации, которая с каждой Секундой становилась все более загадочной.
– Вы и без меня все сказали. Не представляю, что еще я могла бы добавить. – Элоиза пожала плечами.
Это показалось Пенелопе в высшей степени странным. Вся ирония заключалась в том, что Элоиза всегда полагала, что у нее есть что добавить к разговору.
– Пожалуй, нам пора двигаться дальше, – сказала Вайолет. – Мы задерживаем остальных гостей.
– Увидимся позже, – пообещала Дафна. – И… О!
Все придвинулись ближе.
– Хочу вас предупредить, – прошептала она, – леди Данбери пока еще нет.
– Это облегчает нашу задачу, – сказал Саймон, несколько утомленный всей этой суетой.
– Только не мою, – возразила Гиацинта. – Я все равно должна липнуть к ней во что бы то ни стало.
Вайолет застонала.
– Ты уверена, что в состоянии терпеть наше общество? – спросила она у Пенелопы.
– Не думаю, что у меня есть выбор, – ответила та, забавляясь этим обменом репликами.
Элоиза, к всеобщему удивлению, сжала Пенелопу в коротком объятии.
– Что это ты вдруг? – спросила Пенелопа с улыбкой.
– Да так, – ответила Элоиза, ухмыльнувшись почти как Колин. – Просто мне кажется, что эта ночь будет особенной для тебя.
– Вот как? – осторожно спросила Пенелопа, не догадываясь, что та имеет в виду.
– Что-то затевается, это ясно, – сказала Элоиза. – Иначе Колин не стал бы разводить подобную таинственность. Жаль, что я не смогу оказать тебе поддержку.
– Элоиза Бриджертон, ты, кажется, становишься сентиментальной? – сказала Пенелопа.
– В моем-то возрасте? – Элоиза изобразила шутливое негодование; – Не думаю.
Следующий час они просто бродили по дому, смешавшись с остальными гостями.
– Мы как какое-то чудище с тремя головами и шестью ногами, – заметила Пенелопа, направившись к окну; Ее спутницы поспешили пристроиться к ней.
– Ты действительно хочешь посмотреть в окно, – поинтересовалась Гиацинта, – или проверяешь нашу бдительность? И куда подевалась Элоиза?
– В основном проверяю, – призналась Пенелопа. – А что касается Элоизы, то ее наверняка задержал кто-нибудь из гостей. Вы не хуже меня знаете, что здесь полно людей, от которых трудно отвязаться.
– Хм, – отозвалась Гиацинта, – у нее довольно своеобразное представление о понятии «приклеиваться».
– Гиацинта, – сказала Пенелопа, – если ты ищешь оправдание, чтобы отлучиться на несколько минут, то, пожалуйста, иди. – Она повернулась к Вайолет. – И вы тоже. Если вам нужно уйти, обещаю оставаться в этом углу до вашего возвращения.
