и не подумал. Да и из рассказа брата К. О. Россета, А. О. Россета («Русский архив», 1882, I, стр. 247). ясно, что Пушкин, выслушав ответ со стороны К. О. Россета, не настаивал на своем приглашении. Неясно, когда Пушкин имел этот разговор с К. О. Россетом. Если верить А. О. Россету, это случилось как раз в тот день, когда Пушкин во время обеда, на который он пригласил К. О. Россета, получил письмо Дантеса с предложением Екатерине Гончаровой. Но это случилось после того, как дело с первым вызовом было улажено секундантами Пушкина (гр. В. Л. Соллогуб) и Дантеса (виконт д’Аршиак). Но зачем же понадобился Пушкину новый секундант, раз у него уже был приглашен гр. Соллогуб! Или А. О. Россет ошибся, утверждая, что предложение секундантства его брату и предложение Дантеса Екатерине Гончаровой были сделаны в одни и тот же день, или же это сообщение дает нам неизвестную в историк дуэли подробность, которую мы не можем связать с известными нам фактами.
Биограф Дантеса. С. А. Панчулидзев пишет, что первый вызов Пушкин послал через своего шурина Ивана Гончарова. Это утверждение неверно и, кажется, не имеет никакого другого основания, кроме сообщения П. И. Бартенева со слов княгини В. Ф. Вяземской («Русский архив», 1888, стр. 307, 11). Но и здесь сообщение только предположительное: «вызов послал, вероятно, через брата жены Гончарова».
В письме к Бенкендорфу Пушкин о способе вызова пишет: «Il nе me convenait раs dе voir le nom de ma femme accollé en cette occasion avec le nom de qui que ce soit. Je le fis dire à M-r Dantès. Le Baron de Hockern vient chez moi» etc. [Мне не пристало видеть имя моей жены соединенным с любым другим именем. Я поручил передать это г. Дантесу. Барон Геккерен пришел ко мне» и т. д.] («Переписка», III, стр. 417). Каким образом Пушкин передал свой вызов, из этих слов неясно. Больше похоже на то, что он кого-то просил передать вызов, но фраза может быть истолкована и в смысле свидетельства о передаче письменного заявления.
31
В позднейших рассказах князей Вяземских, записанных П. И. Бартеневым, этот момент передни с некоторыми новыми подробностями: «Князь Вяземский встретился с Геккереном на Невском, и он стал рассказывать ему свое горестное положение: говорил, что всю жизнь свою он только и думал, как бы устроить судьбу своего питомца, что теперь, когда ему удалось перевести его в Петербург, вдруг приходится расстаться с ним, потому что, во всяком случае, кто из них ни убьет друг друга, разлука несомненна. Он передавал князю Вяземскому, что он желает сроку на две недели для устройства дел и просил князя помочь ему. Князь тогда же понял старика и не взялся за посредничество, но Жуковского старик разжалобил: при его посредстве Пушкин согласился ждать две недели».
32
«Le 2 de novembre vous eûtes (do) cru M-r votre fils (une) à la suite d’une… (coup de plaisir). Il vous dit… té que ma femme crei.’.. u’elle en perdoit la tête…»
< Приведенные П. E. Щеголевым обрывки фраз разорванного письма [Тупикина к Гскксрену реконструированы Н. В. Измайловым в таком виде: «Le 2 de novembre vous eûtes de M-r votre fils une nouvelle qui vous fit beaucoup de plaisir. Il vous dit [que je soupconnons (или: je comprenols; je concevons и т. п.) la vérá] té, que ma femme crei [gnait un scandale (или: un éclat и т. п.) et q]u’elle en perdoit la tête». В переводе: «2 ноября вы узнали от вашего сына новость, которая вам доставила большое удовольствие. Он сказал вам [что я подозреваю (или: понимаю; знаю) ис]тину, что моя жена опаса[лась скандала (или: взрыва) и] от этого теряла голову. (См. «Летописи Государственного литературного музея», т. 1, стр. 340–347 и 349)> (Прим. ред.).
33
В современных французских известиях нередки ссылки на родство. Выше (стр. 12) мы упоминали о том, что Дантес по матери был внук графини Елизаветы Федоровны Вартенслебен, бывшей замужем за графом Алексеем Семеновичем Мусиным-Пушкиным (1730–1817). Этот Мусин-Пушкин доводился шестиюродным братом Надежде Платоновне Мусиной-Пушкиной, бабушке жены поэта. Родство же Пушкиных с Мусиными-Пушкиными — родство кровное, хотя и весьма отдаленное — по общему предку Радше (сообщение Б. Л. Модзалезского).
34
Указание, на существование этого письма находится в «Воспоминаниях» графа Соллогуба. Об этом указании дадим раз’яснения дальше. Этого письма нельзя, во всяком случае, отожествлять с письмом к графу В. А. Соллогубу («Переписка Пушкина», изд. Академии наук, т. III, № 1101, стр. 183).
35
Екатерина Андреевна Карамзина, вдова историка. Пушкин относился к ней с большим уважением и любовью. Умирая, он просил вызвать ее к «ему и благословить его. Софья Николаевна — дочь Карамзина.
36
К величайшему сожалению, фамилия осталась неразобранной.
37
Письмо Дантеса к Пушкину извлечено из архива барона Геккерена. Оно, очевидно, является копией того, которое было послано Пушкину. Косвенное подтверждение находим в одном черновике, напечатанном в «Переписке», т. III, № 1101, стр. 409–410. Тут есть фраза, являющаяся прямым ответом на письмо Дантеса: «Pour avoir tenu envers ma femme une conduite qu’il no me convient pas de souffrir (en cas que M-r Heeckeren exige que la provocation soit motivèe)» [«Потому, что его поведение в отношении моей жены было таково, что мне нельзя было это терпеть (на случай, что г. Геккерен потребует, чтобы были указаны причины вызова)».].
38
Здесь память изменяла графу Соллогубу. Старший сын Карамзина, Андрей Николаевич, родился 24 октября 1814 года. В это время он находился за границей. Очевидно, граф Соллогуб был на ином семенном торжестве у Карамзиных: 16 ноября был день рождения вдовы Карамзина, Екатерины Андреевны (род. 16 ноября 1780 г.).
39
Соллогуб имеет в виду вызов на дуэль, который Пушкин послал ему весной 1836 года.
40
Т. е. 17 ноября.
41
Вряд ли такая записка была! Геккерен лично просил об отсрочке Пушкина. Если бы такая записка и была, то она находилась бы скорее в руках Пушкина.
42
Это письмо, надо думать, не было показано Геккереком Дантесу, так же как и второе, писанное по настоянию д’Аршиака и Соллогуба.
43
Белое платье, по мнению Соллогуба, означала помолвку Дантеса к Екатерины Гончаровой, но
