— Минута! — выкрикнул Трой. — Я даю тебе минуту, чтобы истратить ману и сгореть!
Креол тоже оценивал свои возможности примерно во столько. Доспех Мороза клокотал и колебался, с каждой секундой теряя стабильность.
А когда он спадет, Креол превратится даже не в пепел, а просто в ничто.
Но глядел он с ледяным спокойствием. Расчетливо и скупо Креол расходовал оставшиеся мгновения, одновременно ведя даже не два, а три магических процесса.
Прежде всего он разбивал оковы Паралича. Любое заклинание, любые чары можно сломать самостоятельно. Чем крепче дух человека, тем сложнее его околдовать. И если рассеять волевым усилием Огненный Шар или Молнию — дело крайне сложное, то вырваться из ментальной хватки или порвать телекинетическое щупальце гораздо проще. Слабые колдуны вообще могут насылать что-то подобное лишь на слабых духом.
И даже пораженный вольтом, Креол смог освободиться довольно быстро. Вот уже у него шевельнулись пальцы, вот дрогнула рука…
…И из нее выметнулся магический меч!
Мягкое золотистое сияние, похожее на большой медовый леденец. Начинаясь на кончиках пальцев Креола, заклятие вытянулось почти на два локтя…
…И уперлось прямо в грудь Троя.
В первый миг тот невольно вздрогнул. Моргнул. Прислушался к внутренним ощущениям, удивляясь, что не лишился Личной Защиты. А потом издевательски рассмеялся.
— Да ты совсем ослабел, дядюшка! — хохотнул Трой, водя рукой прямо сквозь магическое лезвие. — Что ты собирался наколдовать — Огненный Меч?.. Прости, но это лишь его жалкое подобие! Сколько маны ты сюда вложил — эон, два?.. Какая жалкая попытка, право!..
Креол ничего не ответил. Он только растянул губы в улыбке, с трудом поднимая другую руку. Доспех Мороза работал уже на последних крохах — еще несколько секунд, и тратиться начнет прана.
Но Креолу хватило. Пристально глядя на свой вольт, он стиснул зубы, резко сжал кулак…
…и ладонь Троя объяло пламенем!
Вольтование — очень мощная ветвь магии, но у него есть серьезные недостатки. Один из них тот, что вольт — обоюдоострое оружие. Он дает почти неограниченную власть над оригиналом, однако и оригинал может на него влиять. Для этого даже не требуется колдовство — по-настоящему сильный разум может перебороть контроль Вольтера и ударить по нему в ответ.
И теперь уже Троя скрючило от боли. Он поспешно отшвырнул глиняную фигурку — на глазах теряющую форму и уже совершенно бесполезную.
— Я думал, ты сделаешь это раньше, — прошипел Трой. — Я бы на твоем месте именно с этого и начал.
— Я этим закончу, — процедил Креол, выходя из огня.
Вольт перестал действовать, и ему мгновенно стало легче. Он скинул с себя Паралич, как смахивают паутину. А в раскрытую ладонь ткнулся тонкий обсидиановый ствол.
Трой изменился в лице. Уже не пытаясь прикончить Креола красивой комбинацией, он просто шваркнул Плетью Тьмы…
…И ничего не произошло. Заклинание просто не сработало. Трой изумленно моргнул и отчаянно замахал руками. Ледяное Копье, Кислотный Шквал, Молния, Огни Шамаша — он бросал их одно за другим, видя лишь пустые пальцы.
Его словно сковали хладным железом!
Креол тряхнул рукой, сбрасывая заклятие Золотого Меча. Ему подумалось, что эту штуку лучше было назвать Золотым Факелом. Не рубит, не режет, вообще не причиняет прямого вреда. Нужно некоторое время, чтобы цель ощутила воздействие.
Но уж когда она его ощутит…
— Помнишь, как мы дрались в той пещере из хладного железа? — оскалился Креол. — История действительно повторяется, но теперь магии не будет только у тебя!
Он поднял посох, но в последний момент замешкался. Креолу ужасно не хотелось убивать Троя… слишком быстро. Он предпочел бы подвергнуть его медленной… очень медленной и мучительной пытке. Залить в рот расплавленное золото и посмотреть, как тот будет корчиться в агонии.
Увы, сейчас не время и не место. Йог-Сотхотх куда-то отлучился, но в любой момент может вернуться. Да и эффект Золотого Меча длится всего четверть часа.
И поэтому Креол просто швырнул в Троя Черную Смерть. Самое надежное заклятие, если нужно кого-то прикончить.
Но, к великому Креола изумлению, Трой даже не вздрогнул. Только улыбочка на его лице стала еще более гаденькой.
— Заклинание, закупоривающее нади, — задумчиво молвил он. — Просто поразительно, до чего только не додумаются люди. Мне вот составление новых заклинаний дается с трудом, но ты… ты всегда был неподражаем в таких вещах, дядюшка.
Креол его не слушал. Он морщил лоб, пытаясь понять, почему на этого ублюдка не подействовала Черная Смерть. Она обязана была подействовать! Возможно, он бы это пережил — все-таки Трой по какому-то недоразумению считается архимагом, — но уж точно бы не стоял, вот так ухмыляясь!
Решив просто попробовать еще раз, Креол шарахнул Молнией. Но за миг до этого Трой… переместился в пространстве. Не телепортировался — телепортация происходит совсем иначе. Просто… сдвинулся по координатной оси.
— Кажется, мы оба успели научиться новым фокусам, дядюшка, — прошипел Трой, хватая Креола за горло.
Он швырнул его с нечеловеческой силой. Большую часть удара принял на себя Каменный Доспех, так что кости остались целы… но Креол все равно не удержался от крика.
А в следующее мгновение Трой снова оказался рядом с ним. Теперь Креол успел заметить, как он это делает, — и не поверил своим глазам.
То была не магия, но демоническая сила. Прямой контроль реальности.
Ни одному смертному чародею такое недоступно.
— Трой, ах ты… — моргнул Креол.
— Уже не Трой, — произнес тот изменившимся голосом. — Теперь мой черед.
Креол узнал этот голос. Он уже слышал его раньше.
— Ты… — ахнул он.
— Я Иак Саккакх.
— Ты что, тоже жив?! — взъярился Креол, окружая себя Доспехом Мардука. — Почему у меня такие никчемные враги?! Самое простое дело на свете — сдохнуть, а вы даже этого не можете?!
— Ты даже не спросишь, как я ожил?.. — удивился Саккакх. — Не спросишь, почему я в этом теле?
На лице Троя-Саккакха отразилась какая-то почти детская обида. Ему ужасно хотелось рассказать своему заклятому врагу всю эту историю. Чтобы он понял, уяснил, с кем имеет дело, насколько могуч и велик бог-демон Иак Саккакх и насколько ничтожен пред ним всякий смертный муравей.
Но Креол терпеть не мог, когда ему изливали душу. Особенно если это делали те, кого он все равно собирался убить.
Он выбросил из рукавов цепи и заорал:
— Я убил тебя один раз — убью и во второй!
— Не переоценивай себя, смертный! — зло оскалился Саккакх. — Ты сумел убить меня только потому, что я был заморожен и не мог защищаться! Гадкие, мерзкие паладины стреножили меня, как буйного рысака, лишили меня достоинства! Во второй раз это не повторится!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
