Читаем без скачивания Шотландский узник (ЛП) - Диана Гэблдон

Джейми в два прыжка достиг кровати, схватил Уилберфорса, сдернул его с Изабель, ударил кулаком в лицо и швырнул об стену. Он взял подсвечник и наклонился, чтобы бросить один быстрый взгляд между ног Изабель, но не увидел ни крови ни других признаков недавнего вторжения, поэтому поставил свечу, одернул ее рубашку вниз, поднял ее с кровати и направился к окну, но сразу вернулся за одеялом.

Кто-то поднимался вверх по лестнице, чтобы узнать, что происходит. Джейми оскалился на Уилберфорса и резко провел ребром ладони по горлу, требуя молчания. Адвокат полулежал на полу, прижавшись спиной к двери, но при этом жесте предпринял энергичную попытку забиться в щель под дверью.

— Я не могу, я не могу… — бормотала Изабель, задыхаясь. Джейми не знал, что она имела ввиду, то ли не может спуститься по лестнице в темноте, то ли не могла справиться с истерикой, он не успел спросить. Он поднял ее на плечо, набросил сверху одеяло, встал на подоконник и шагнул в ночь.

Лестница была достаточно крепкой, но явно не предназначалась для двойного груза. Перекладина обломилась под ногой и большую часть спуска он скользил вниз, отчаянно цепляясь за направляющие, в то время, как лестница кренилась вбок. Он ударился ступнями о землю, удержавшись на ногах, но уронив и лестницу и Изабель. Лестница упала на землю с глухим стуком, а Изабель со сдавленным воплем.

Он снова подхватил девушку и побежал к мулу, Изабель скулила и царапала ногтями его шею. Он коротко шлепнул ее по заду, чтобы утихомирить, положил на мула, отвязал его и быстро направился к дороге, когда дверь гостиницы открылась и разъяренный мужской голос крикнул из безопасного прямоугольника света:

— Я тебя вижу, мерзавец! Я тебя вижу!

На обратном пути в Хелуотер Изабель не сказала ни слова.

Джон Грей лежал в своей постели, наслаждаясь романом миссис Хэгвуд «Возвышенная любовь или роковая тайна», когда он услышал громкий шорох и шаги в коридоре. Том уже давно спал на чердаке со слугами, поэтому Грей отбросил одеяло и потянулся за халатом. Он едва успел накинуть его, когда доски двери вздрогнули, словно от пинка ногой.

Кто это мог быть?

Он распахнул дверь и в спальню ввалился Джейми Фрейзер, мокрый, с завернутым в одеяло телом на руках. Тяжело дыша, он пересек комнату и положил свой груз на смятую постель Грея. Груз испустил слабый писк и крепче вцепился в одеяло.

— Изабель? — Грей испуганно взглянул на Фрейзера. — Что случилось? Она ранена?

— Вы должны успокоить ее и отправить в свою комнату, — сказал Фрейзер на довольно приличном немецком.

Это поразило Грея не меньше, чем само вторжение, хотя он сразу вспомнил, что Изабель говорит по-французски, но не знает немецкого.

— Яволь, — ответил он, искоса глядя на Фрейзера. Он не знал, что Джейми говорит по-немецки, и короткая мысль о Стефане фон Намцене промелькнула у него в голове. Господи, что они могли наговорить в присутствии Фрейзера? Хотя, это сейчас не имело значения.

— Что случилось, дорогая?

Изабель сжалась в комок на краю кровати, сопя и икая. Ее лицо было красным и опухшим, мокрые светлые волосы спутанными прядями свисали на плечи.

— Я была полной идиоткой, — громко сказала Изабель и уткнулась лицом в ладони.

— Она попыталась сбежать с адвокатом Уилберфорсом, — сказал Джейми по-английски. — Ее горничная прибежала и встретила меня, так что я поехал за ними. — Джейми снова перешел на немецкий и несколькими короткими фразами ознакомил Грея с ситуацией, в том числе о наличии у Уилберфорса жены и интимной позе, в которой обнаружил адвоката и Изабель. — Schweine [55]не вошел в нее, но был достаточно близко, чтобы напугать до смерти, — сказал он, бесстрастно оглядываясь на Изабель, которая почти спала от усталости, ее голова легла на плечо Грея, когда он обнял ее.

— Ублюдок, — сказал Грей. Это слово одинаково звучало и по-английски и по-немецки, Изабель судорожно дернулась. — Вы в безопасности, дорогая, — пробормотал он. — Не волнуйтесь, все будет в порядке. — сырое одеяло соскользнуло с ее плеч и упало за спиной, и он с болью увидел, что на ней была рубашка из белого газа с вышитыми розочками и бледно-розовой лентой на шее. Она готовилась к брачной ночи, но не была готова к насилию, бедная малышка.

— Что вы сделали с адвокатом? — спросил он Джейми тоже на немецком языке. — Вы ведь не убили его?

Дождь снаружи все усиливался, и он надеялся, что ему не придется ехать, чтобы спрятать тело Уилберфорса.

— Nein. — Фрейзер не стал уточнять, но присел перед Изабель. — Никто не знает, — мягко сказал он, пристально глядя ей в лицо. — Никто не должен узнать. Никогда.

Она не хотела смотреть на него, Грей чувствовал ее сопротивление. Но через мгновение она подняла голову и кивнула, рот был крепко сжат, чтобы губы не дрожали.

— Спасибо, — выпалила она. По ее щекам текли слезы, но она больше не рыдала и перестала дрожать, ее тело начало расслабляться.

— Все в порядке, девочка, — так же мягко ответил Фрейзер. Наконец он встал и подошел к двери. Грей похлопал Изабель по руке и, оставив ее, подошел к Фрейзеру.

— Если вы незаметно проведете девочку в ее комнату, Бетти позаботится о ней, — тихо сказал Джейми Грею. А потом по — немецки. — Когда она успокоится, скажите, чтобы она забыла об этом. Она не забудет, но я не хочу, чтобы она считала, будто находится в долгу передо мной. Это было бы неудобно для нас обоих.

— Тем не менее, это так. И, кроме того, она честная женщина. Она захочет в некотором роде отплатить вам. Дайте мне подумать, как лучше справиться с этим.

— Я был должен. — Фрейзер говорил рассеянно, все еще глядя на Изабель. — Хотя… если она… — его взгляд вдруг обратился к лицу Грея.

Лицо Джейми было красным и забрызганным грязью, глаза опухли и налились кровью. Грей видел, что кожа на костяшках пальцев левой руки содрана и кровоточит; скорее всего он ударил Уилберфорса по зубам.

— Есть одна вещь, — сказал Фрейзер очень тихо, все еще по-немецки. — Не считайте это шантажом или чем-то подобным ни в коем случае. Если можно будет тактично предложить им…

— Я вижу, ваше мнение о моих дипломатических способностях улучшилось. Но чего именно вы хотите?

Мимолетная улыбка коснулась лица Фрейзера, но сразу исчезла.

— Маленький мальчик, — сказал он. — они заставляют его носить корсет. Я хотел бы, чтобы его освободили.

Грей был крайне удивлен, но молча кивнул.

— Все в порядке. Я прослежу за этим.

— Не сегодня, — поспешно сказал Фрейзер. Изабель с легким вздохом рухнула головой на подушку Грея, босые ноги оставались на полу.

— Нет, — согласился он. — Не сегодня.

Он тихо закрыл дверь за Фрейзером и вернулся к девушке на постели.

Глава 42

Последний долг

Тома и багаж погрузили на мулов, лошади ждали под седлом. Лорд Джон почтительно обнял леди Дансени, очень нежно Изабель и на прощание пожал руку лорду Дансени. Рука старика была холодной, а кости хрупкими, как сухие веточки. Он почувствовал укол боли — застанет ли он Дансени в живых в свой следующий приезд? — и еще более глубокий укол беспокойства, смерть старика означала для него больше, чем потерю давнего друга.

Ну… он уже перешел свой Рубикон, и, Бог даст, у него еще осталось время.

Погода портилась, первые капли дождя уже запятнали ступени крыльца. Лошади прядали ушами и фыркали, после долгого отдыха они не возражали против дождя, были свежими и стремились к движению.

Джейми держал мерина Грея. Он вежливо склонил голову и отступил, позволяя Грею сесть в седло самому. Когда Грей положил руку на край седла, он услышал тихий шепот шотландца:

— Ладья встает перед королем. Ваш ход.

Грей громко рассмеялся, взрыв веселья вытеснил беспокойство.

— Ха, — сказал он, не повышая голоса. — Ладья бьет коня. Ваш ход. И… мат, мистер Маккензи.

На этот раз Джейми не мог заручиться помощью Карен. Вместо этого, когда няня Пегги пришла забрать Вилли на чай, он попросил ее передать Бетти записку от него. Пегги не умела читать, так что она могла, конечно, рассказать, что он встречается с Бетти, но не знала, где и когда. Ему не нужны были слушатели.

Бетти ждала его за сенным сараем, брезгливо разглядывая огромную навозную кучу. Она изменила выражение лица, вопросительно подняв одну бровь.

— У меня есть для вас одна небольшая вещь, мисс Бетти, — сказал он без предисловий.

— Как кстати, — сказала она, расплываясь в кокетливой улыбке. — Надеюсь, не слишком небольшая? И так же надеюсь, что вы подыщете для нее место получше, чем это, — добавила она, бросив взгляд на навоз. Для мух уже было слишком холодно, и лично Джейми находил этот запах достаточно приятным, но видел, что она не разделяет его мнения.