буквально перед началом убийств.
И именно туда Кондрат и Дайлин направились.
Кузница располагалась ремесленной улице. В плане не названия, но количества различных небольших предприятий, которые здесь обосновались. Кондрат даже не представлял, каково жить здесь, когда постоянно всё коптит, повсюду шум работающих ремесленников, а в воздухе то и дело пахнет гарью.
Кузнецом оказался очень низкий пухлый мужчина, которого Кондрат назвал бы гномом. Или, как было модно называть его теперь, дворфом. И что самое интересное, он действительно на него походил.
— Да, я помню этот заказ, поэтому сразу и откликнулся на него, — закивал тот, когда Дайлин спросила. — А ты поди сыщица?
— Я поди сыщик специальной службы расследований, — не моргнув глазом, ответила она. — А теперь не отвлекайтесь, пожалуйста.
Кондрат помнил времена, когда Дайлин сразу бы взбеленилась на подобный вопрос. Посчитала бы его обидным. А теперь гляди, совершенно спокойно, даже не моргнув глазом, ответила и продолжила диалог. Девушка явно обрастает толстой кожей.
— Когда у вас его заказали?
— Я же говорю, месяца два назад. Это был мужчина, не старый, но и не молодой…
— Средних лет, — подсказала Дайлин.
— Да, точнее не скажешь. Одет был… обычно, не богато, но и не нищий. Не высокий и не низкий, скорее, как ваш товарищ.
— Цвет волос?
— Ну… каштановые. Тёмные такие. И бородка, небольшая. Тоже каштановая.
— Может ещё как-нибудь он выглядел? По-особенному?
— Нет, самый обычный покупатель. Наконечники только странные. Раньше такими военные пользовались, а потом и перестали применять. На охоту не годится, для убийства человека… тоже не годится. Разве что пробивать броню…
Или стрелять с дистанции, где стрела теряет мощность, и потому очень важно пробитие.
— Он ещё к вам приходил, этот человек? — спросил уже Кондрат. — Может вы видели его или он спрашивал, где можно что-нибудь приобрести?
— Нет, как пришёл, так и ушёл, — пожал гном плечами.
Как пришёл, так и ушёл…
Вообще, существовало географическое профилирование, однако здесь разброс будет очень большим. Но с другой стороны, они просто неправильно задают вопрос. Почему человек обратился именно сюда, а не в какую-то другую кузницу? Почему именно здесь он заказал, а не в другом месте?
— Ты хоть раз слышала об этом районе? — спросил Кондрат, когда они возвращались.
— Нет, ни разу, а что?
— Долго живёшь в столице?
— Да всю жизнь, наверное, — и Дайлин поняла. — Думаешь, что он примерно местный, раз знал, куда обратиться?
— Да, по крайней мере, именно этот район ему знаком.
Значит область сокращается. Недостаточно, чтобы точно вычислить место, где живёт преступник, однако всё равно лучше, чем ничего. И вернувшись обратно в специальную службу, Кондрат тут же достал карту и обвёл район карандашом.
— Именно здесь где-то должен жить наш убийца, — произнёс он. — Как раз сюда входят все четыре убийства и места работы этих людей.
— Какой-то большой круг получается… — пробормотала Дайлин.
— Однако сюда входит и старый город, и суд, и центральный отдел стражей правопорядка, и ратуша. Другими словами…
— Он живёт в восточной части города, — кивнула она.
— Именно.
— Думаешь, он лично сталкивался с ними?
— Не знаю, — покачал головой Кондрат. — Но мы что-то упускаем. Понятно, что он убивает людей, потому что они так или иначе связаны с властью. Но почему именно этих? Почему именно конкретных судью, директора, сыщика и чиновника.
— Нет, мне кажется, он выбирал конкретных людей. И дело не в личностных качествах, а именно в том, что они что-то делали на профессиональном уровне.
Дайлин задумчиво почесала подбородок.
— Кроме взяток ничего в голову не приходит.
— Судья не брал взяток, — заметил Кондрат.
— Это ты так думаешь. Все берут взятки, — отмахнулась Дайлин.
— И что получаем? Чиновник брал взятки, судья брал взятки, директор и сыщик тоже? Нет, ерунда какая-то, ему придётся перестрелять весь город тогда. Уровень взяточничества, конечно, понизится, однако проблема останется.
Они молча разглядывали расстеленную карту, после чего Дайлин наконец произнесла:
— Мы гадаем уже.
— Это наша работа, — ответил Кондрат. — Можно сказать, что в какой-то мере мы гадалки.
Дайлин улыбнулась шутке, хотя Кондрат и сохранял полную невозмутимость.
— В любом случае, у нас есть подвижки. Он проживает где-то на востоке и именно там убивает, а не по всей столице.
— Это понятно, но зачем? — задал вопрос Кондрат.
— Может ему не нравится нынешняя власть?
— Не нравится нынешняя власть, и решил убивать её представителей? — нахмурился Кондрат. Потом подумал и добавил. — А почему ему не нравится нынешняя власть?
— Взятки?
— Ты сама говорила, что они все берут взятки и их всех надо стрелять в таком случае. Конкретно этих почему он ненавидел? Какое-то дело с родственником? Или может… они как-то перешли дорогу его семье?
— Я проверяла это, но никаких совпадений. Нет ни одной фамилии, которая бы промелькнула во всех четырёх убийствах.
— Или просто мы неправильно ищем… — пробормотал Кондрат. — Знаешь, давай-ка заглянем к директору того училища. Посмотрим, что у него там есть.
— У него были уже дома, разве нет? Обыскали всё вдоль и поперёк.
— А мы пойдём не к нему домой. Мы пойдём к нему на работу, — ответил Кондрат.
Глава 10
Первым был убит сыщик, следом судья, чиновник и под конец директор училища. Было правило, что если ты хочешь раскрыть дело, начни с самого начала. Однако не в этом случае. Самым свежим следом было убийство директора, и Кондрат собирался начать именно с него, пока след окончательно не остыл.
До этого только у одного человека было обыскано рабочее место — у сыщика. До того, как началась вереница смертей, все подумали, что его смерть была связана именно что с его прямым обязанностями. Однако за ним последовали другие убийства, и остальные рабочие места других жертв уже не осматривались, сконцентрировавшись на квартирах убитых в надежде найти какие-либо улики и подсказки. Но как твердили доклады, ничего там не нашли.
Строительное училище нельзя было назвать статусным. Там обучали на плотников, каменщиков, плиточников, кровельщиков и много других необходимых профессий, без которых город бы не выжил, но в глазах людей казались престижными. Да и располагался он тоже далеко не на самых главных улицах, представляя собой
