Тихо беседуя, Воронов с Головачевым прогуливались по бульвару из конца в конец. Вокруг возвышались стройные деревья, путавшиеся длинными ветвями в круглых фонарях. Ранним осенним вечером они еще не горели, но позже обещали залить дорожку своим сонным желтым светом. Все скамейки под деревьями были заняты людьми, как будто специально пришедшими сюда, чтобы полюбоваться этим ежевечерним чудом. Мимо с грохотом проносились машины, через дорогу шумела толпа, зажатая между проезжей частью и закрытыми дверями МХАТа. Наконец тяжелые двери открылись, толпа хлынула внутрь, на секунду погрузив бульвар в относительную тишину. Через несколько минут у памятника Есенину тихо зазвенела гитара, и воздух наполнился музыкой. Пели нескладно, шумно, но так проникновенно, что, казалось, именно этого и не хватало прозрачному осеннему вечеру. Влюбленные парочки, обнимавшиеся на скамейках, оторвались друг от друга на секунду, заслышав песню, а потом снова вернулись к своему бесконечному воркованию. Десятки людей, подобно Головачеву и Воронову, размеренно шагая, одновременно поднимали пыль на центральной аллее. Приходилось постоянно быть начеку, чтобы не столкнуться с деловито снующими по бульвару детьми, озабоченными мамашами со звучными голосами, толкавшими перед собой детские коляски. И с бодрыми пенсионерками, вышедшими на улицу "подышать свежим воздухом", который в центре города был давно уже не так чист, как в эпоху их юности. Жизнь обычных людей текла своим чередом. И даже те немногие, кто обратил внимание на двух тихо беседующих мужчин, прогуливавшихся по бульвару в этот чудесный вечер, не догадывались о том, что от результата этой беседы зависело будущее их детей и всего человечества в целом.
- А следствием этой катастрофы, - подхватил Головачев, который по личному распоряжению Главы Братства совсем недавно проводил детальный анализ подобной модели развития событий, - станет ряд серьезных экономических потрясений, вызванных сокращением потребительского спроса и изменением его структуры. Прямые социальные последствия, обычно сопровождающие такие потрясения (массовая безработица, имущественное расслоение и прочие), окажутся сглаженными - поскольку одновременно в абсолютном выражении снизятся материальные запросы среднего потребителя. Учитывая устойчивую тенденцию к снижению количества людей, непосредственно занятых в материальном производстве (уже сейчас в развитых странах это количество составляет менее 30% трудоспособного населения), угрозы материальной основе жизни общества также не возникнет. Таким образом, экономическая составляющая подобного сценария развития человеческой цивилизации не является глобально-катастрофичной. Более того, возможен мощный технологический и, как следствие, экономический подъем. Иное дело - социально-культурная сфера, включая сферу общественно-политического управления. Здесь исчезает сама основа их существования - поскольку 90% людей вообще выпадет из области социально-культурного регулирования, остальные же 10% - это часть общества, состоящая из лиц с наиболее независимыми суждениями и критическим отношением к общественным стандартам. Поэтому общепринятые сейчас методы "массового" регулирования к ним неприменимы изначально. Причем в нашей ситуации среди этих 10% большая, даже подавляющая часть будет состоять из людей, выросших на играх РЕОЛ'а, а значит, если предположить худшее - что РЕОЛ создан как полигон Предтеч, исповедующих систему ценностей и восприятия мира, сформированные у них Древними. То есть именно эти подростки станут в конечно итоге управлять этим миром.
Чтобы противостоять подобному сценарию, мы обязаны подготовить и провести модернизацию существующих этических концепций. С тем, чтобы проходящая не без участия Предтеч очередная технологическая революция, из-за своей сверхкритической скорости, не превратила в руины всю систему нравственных ориентиров общества раньше, чем они сами собой приспособятся к новой картине технологической среды обитания людей.
Воронов улыбнулся, глядя вслед малышу лет пяти, с крейсерской скоростью пронесшемуся мимо них:
- Не думаю, что стоит так драматизировать. Все же пока это только возможность...
Головачев покачал головой:
- Хотелось бы надеяться, но ситуация обстоит таким образом, что лучше начать интенсивную работу в этом направлении и ошибиться, чем упустить время, надеясь, что мы еще успеем. А то как бы не пришлось нашим потомкам сражаться за свою свободу со ставшими опасными виртуальными мирами. Сражаться - и проиграть это сражение... Что ужасно само по себе, не говоря уж про случай, когда эти самые миры будут созданы по лекалам Предтеч и контролироваться ими.
Глава 6.
Мы не пашем, не сеем, не строим - мы гордимся общественным строем... (К чему приводят совещания в верхах - 3)
21. Итальянская республика, Сицилия, база ВВС США неподалеку от Палермо.
Войдя в помещение караульного поста, капрал Дуайт нажал клавишу вызова по внутренней связи капитана Малкони, который сегодня возглавлял охрану сверхсекретной зоны базы. Тот был регулярным партнером Реджиналда по покеру и поэтому иногда начальник смены внешнего поста базы мог себе позволить связаться с одним из офицеров, имеющих высший допуск секретности. Делать было абсолютно нечего и от скуки Дуайт решил немного потрепаться:
- Привет, Паоло.
- Привет.
- Говорить можешь?
- Да, мой напарник в сортир отошел, так что можем немного поговорить. А то со скуки подохнуть можно.
- Аналогично. Хотя у тебя то развлечение есть - такое сборище суперкаров разглядывать можно, по-моему, целые сутки.
- Да, можно фото для каталога снимать. Но руками-то не потрогаешь.
- Что, так строго?
- Видел бы ты водителей. Все словно из одного питомника. Сидят в машинах безвылазно. А когда в прошлую такую сходку наш новенький - ну ты его знаешь - у которого фамилия как у актера старых боевиков - Дудикофф, подошел разглядеть одну тачку поближе - он такой же двинутый на новинках автопрома, как и ты - то водила вылез эдак неторопливо и встал прямо перед ним. Молча. Парень попытался с ним заговорить, а тот стоит и молчит. Словно немой. А потом, если верить пареньку, так на него посмотрел, что тот ощутил - еще шаг к машине сделает - и этот монстр его убьет. Причем парнишка то не слабый - служил в спецназе в Афганистане, потом в Африке был в Либерии на спецоперации, но тут, говорит, понял, что этот водитель его по бетону размажет - и даже не вспотеет. Так что после того случая мы на это сборище мирового тюнинга смотрим только через видеокамеры.
- Сегодня что-то долго заседают.
- И не говори. Хотя тебе-то что, а у нас, пока они здесь, режим готовности уровня 2. В сортир и то посменно ходим.
- Да ну?! Ни хрена себе! Они что - все сплошь тайные советники президентов или главы оружейных концернов?
- Да хрен их знает, кто эти засранцы такие. В блоке, где они собрались, своя система безопасности с автономным электроснабжением и охрана. К какому ведомству относятся эти парни, не знет даже начальник базы. Их, вместе с персоналом этого блока привозят отдельно со всеми необходимыми допусками, они сменяются - и все. И такие же, как водители машин - словно инкубаторские. Клоны гребаные! И чем там занимаются, никто на базе не знает. Может, там лаборатория по разработке каких-то сверхсекретных технологий, а может сверхтайный бордель с особыми развлечениями для VIP-персон. Формально блок находится в прямом ведении разведуправления НАТО, но я подозреваю, что и это липа.
- И никто не пытался выяснить, что там происходит? Даже из простого любопытства.
- Был тут один такой любопытный - попробовал. Перевели его в Африку в миротворческий контингент. Откуда он и не вернулся - пропал без вести. Так что меньше знаешь - спокойнее сон. Ладно, давай, а то мой дублер из сортира идет. До встречи в клубе.
