становилось жарко, а Яна почему-то слишком уж часто, как бы ненароком, появлялась возле него. Борьку злил тот факт, что он понимает от чего она такая жизнерадостная. С первого дня приезда Яна порхает перед ним, как бабочка, источая легкость и свежесть. А сколько времени она так порхала до его приезда? Ведь с Мирзо она знакома уже больше месяца! Но Борька гнал подальше мрачные мысли. В любом случае не стоит огорчать Яну своими неутешительными выводами.
Всю неделю Боря совместно с Яной полным ходом готовился к поездке. Профессор Громов заглядывал пару раз и, сообщив, что, если что-то нужно, пусть обращается, тут же исчезал. Тех денег, что когда-то он получил от Громова, вполне хватало, особенно, учитывая, что себе на зарплату Боря ничего не оставлял. Многое нужно было докупить. Борька понимал, что команда будет состоять не только из него одного, а значит понадобится больше снаряжения. А лучше докупить и оборудования: новый фотоаппарат должен будет заменить видеокамеру; штатив; фильтры, чтобы учесть вспышки лазера, всё требовало вложений. Кроме того, он поедет вместе с Яной, значит потребуется отдельная палатка с достаточно комфортным спальным местом. И, когда Боря объявил о том, что, видимо потребуется где-то найти прицеп к машине, так как нужно же будет везти раскладушки, столы, стулья, Яна вдруг категорически запротестовала:
– Не переживай. В детстве мы с папой и мамой много переезжали. Я могу спать и на тюфяке в сенях, не привыкать. Много вещей сулит долгие сборы. Хватит надувных матрасов и теплых спальных мешков.
В конечном счете получалось, что машина всё равно будет забита под завязку, но без прицепа. Даже при необходимости можно было освободить еще одно место для дополнительного пассажира.
Несмотря на это, Борьке требовалось окончательное решение насчет поездки Яны. Хоть они и собирали всё, будто она уже точно едет, но тем не менее официального согласия от отца получено не было. Встречу с ним откладывали: то Боря вечером уезжал по магазинам, то в принципе уже было поздно идти с таким визитом. Да и Борька старался создавать ситуации, чтобы вечером не видеть, как Яну опять увозит этот старый таджик Мирзо. Он не был уверен, что не сорвется и не наломает дров раньше времени. С самим Мирзо он никаким образом всю эту неделю не общался. Думал, что, может быть, Яна как-то сообщит, о готовности решетки, но не дождался. И решил, что пора бы уже съездить за ней самому, хотя совсем не хотелось даже просто видеть этого человека, не говоря уже о каком-либо сотрудничестве.
– Знаешь, завтра меня не будет до обеда, я поеду к… – он запнулся. – Поеду по делам.
– Ой, а папа намекнул, что ты завтра можешь приехать к нам домой. Как раз к обеду. Сможешь?
Борька опять ощутил стеснение, но отступать было бы неправильно и трусливо.
– Я планировал потом приехать сюда поработать, но, если так необходимо, если у вас это обязательно.
– Очень обязательно, – улыбнулась Яна. – Мы будем ждать. Не забудь: завтра выходной.
"Я надеюсь, разговор с отцом не займет много времени." – подумал Борька.
Проснувшись рано утром по будильнику, Борька, конечно же, забыл, что сегодня выходной. Для него выходные не имели ровным счетом никакого значения. Он много лет почти нигде не бывал, и редко с кем встречался. Поэтому часто досадовал, что в выходной не работает тот или иной магазин с реактивами или другими так часто нужными мелочами.
Приехав в гаражи, он застал уже другого механика, который лениво попивал чай из фарфоровой кружки с отломленной ручкой и явно не хотел начинать рабочий день. В середине августа обычно редко попадаются ясные деньки, но в этом году уже неделю стояла прекрасная погода.
– Не. Его нет сегодня и не будет. Выходной. А у меня очередь. Эх, не повезло, погодка-то какая! – ответил он на просьбу позвать Мирзо.
Борьке показалось странным, что Мирзо не работает по выходным. Он ему всегда представлялся очень деловым человеком, но вот оказался не без греха. Борька считал нормальным, если человеку не требуются выходные. И он уже было собрался ехать в институт, как вспомнил, что сегодня Яна звала его к себе домой. Яна оставила адрес. Оказывается, она жила где-то совсем рядом, но не являться же рано утром, подобно Винни-Пуху, в гости. Сказано к двум – значит, к двум. В лабораторию Боря решил уже не ехать. Он сел в машину и осмотрел себя: джинсы давно не первой свежести, рубашка тоже. Не мешало бы еще сегодня побриться и постричь ногти. Поразмыслив над этим, он решил, что всё-таки хорошо, что не встретился сегодня с Мирзо, а-то бы пришлось идти домой к Яне в очень дурном настроении. И он поехал к себе домой.
Борька начал нервничать. Последний раз он так нервничал, наверное, перед экзаменом в институте. Борька вдруг осознал, что не успевает привести себя в порядок. Но понимал, что появиться в её семье в таком виде будет совсем уж неправильно.
– Боря, ты чего так засуетился? – спросила мама, от которой не скрылось редкое поведение сына.
– Всё нормально. Просто я тороплюсь. Где-то были джинсы другие, не могу найти. Еще побриться надо. А может и помыться.
Мама чуть заметно улыбнулась:
– Иди в ванную. Я всё найду, – она всё поняла. Женское сердце в таких вещах редко ошибается.
Через два часа Борька почти выбежал из дома. Где только мама смогла отыскать брюки еще с институтских времен? Они оказались совсем новые. Одевал их раз или два. Потом все годы проходил в джинсах да камуфляже. А мама помнила, берегла. Рубашка тоже нашлась. Хоть Борька и рассчитывал надеть джинсы, но мать решительно раскритиковала. Пришлось согласиться. Он глянул на себя в зеркало автомобиля. Вроде побрит чисто, причесан: "Уфф… С богом!"
Найти дом, в котором жила Яна, оказалось нетривиальной задачей. Проехав знакомый гаражный кооператив, Борька оставил машину и дальше решил пойти пешком. Слишком уж запутанными показались улицы. Он и сам жил не очень далеко, но здесь ни разу не бывал. Еще попадаются в Москве такие уголки, где дворы представляют из себя мешанину довоенного времени и послеперестроечного периода. Все здания не выше трех-четырех этажей, во дворах снуют дети с раскосыми глазами. И, судя по всему, никто не переживает, что с ними что-то может случиться. Вокруг очень мало взрослых, да и те в основном старики. Они сидят за столиками и режутся в нарды, шашки, домино и еще какие-то неизвестные Борьке игры. У
