его улыбку по-своему.
– Хотя нет, ей уже хватит вас беспокоить. Давайте я лучше сам заеду. Говорите: через неделю?
– Постой, постой, – удержал Мирзо. – Не торопись так. Утро. Пойдем-ка чаю попьем.
Борька хотел бежать. У него появилось так много дел, что он боялся упустить каждую минуту. Но отказываться, конечно же, было бы верхом неприличия.
За чаем Мирзо вел себя как и прежде, но расспрашивал больше обычного. На этот раз его мало интересовало, чем Борька занимается в своей лаборатории. Его больше интересовало, что Борька за человек, какие у него есть увлечения, где бывает, кто отец, мать, друзья. Борька раскрылся не сразу: ну, не привык он, чтобы его расспрашивали так много о нем самом. Обычно это никому не интересно. Но Мирзо был очень искусным собеседником. И в итоге Борька разговорился и ответил на все вопросы, причем с удовольствием. Ему льстило, что нашелся в мире человек, которому интересно узнать что-то о нем. А Борька сам вдруг осознал, что не так-то и мало событий произошло в его жизни. Оказывается, есть, чем поделиться. Но когда Мирзо перешел к вопросу о Яне, Борька вдруг сжался. А что сказать, кто она ему? Коллега? Глупый ответ, да и сказать такое как-то банально, и почему-то ему показалось неуместным. Но не делиться же в самом деле самым сокровенным? Он ответил просто:
– Мой руководитель рекомендовал ее как хорошего помощника. Она ведь действительно толковая, вы заметили? Вот поеду в командировку, думаю, что Яна бы стала мне там надежной опорой.
Мирзо прищурился, отпил глоток зеленого чая, взял кусочек щербета, тщательно пережевал.
– Да, она славная девочка, – медленно произнес он, о чем-то раздумывая. – Есть, конечно, свои причуды.
– Вы меня извините, – встрепенулся Боря. – Но мне уже пора. Меня ждут в лаборатории. Эээ… Ждут дела.
– Да-да, конечно, иди, – подхватил Мирзо.
Он проводил его до выхода. Всё тот же механик оставил машину и подошел к Мирзо:
– Что? Конкурент? – спросил он, когда Борька удалился.
– Жизнь идет своим чередом. И это было ожидаемо, – ответил Мирзо.
Громов уже ждал и тут же пригласил его к себе в каморку.
– Сегодня у меня опять нет времени, Боря, – профессор ходил по комнате очень возбужденный. – Мне, скорее всего, в ближайшее время придется переселиться к ним для важного мероприятия, – он поднял палец вверх при словах "к ним". – Это и плохо, и хорошо. Хорошо, что будет новое дело. Они одобрили моё предложение по канализации и по мусоросжигательным заводам. А плохо, что я здесь долго не появлюсь, точнее, буду редко приходить. Мне нужен кто-то толковый, кто бы присмотрел за всем в моё отсутствие. Может быть, даже на несколько лет.
Боря затаил дыхание. Давным-давно он мечтал об этом как о несбыточном, далеком, недоступном. Неужели Громов предложит ему должность заведующего лабораторией? Вот было бы удачей! Это же повышение, а значит, более-менее ощутимая зарплата. Но не это главное. Главное, что он, Борька, младший сотрудник, наконец-то таковым перестанет быть и сможет заняться настоящей научной работой. У него будет возможность продвигать свои идеи, делиться с другими энтузиастами, он откроет двери в удивительный мир науки.
– А лекции? Вы их разве не будете вести? – осторожно поинтересовался он.
– Боюсь, что будет не до лекций. Часы я уже раздал другим преподавателям, осталось решить с лабораторией. Без хозяина здесь нельзя. Как думаешь, Яна справится? В твоё отсутствие она выглядела молодцом.
У Борьки оборвалась душа. Так вот зачем он его пригласил. Посоветоваться. В сущности, Громов, конечно же, прав. Ну, какой из Борьки заведующий? Его не было целый месяц, занимался чёрт знает чем, на этом проклятом севере. Грибы собирал да рыбу удил, вот и все занятия. А Яна тут вкалывала и показывала, кто действительно достоин. Да и с другой стороны, кто Борька сейчас? Да никто, временно освобожденный. Вот закончится вся эта канитель с превращениями, сочтут его треплом и упекут за решетку на долгие годы. Понятное дело, Яна сейчас в приоритете. Он, конечно же, порадуется за нее и обязательно будет рекомендовать, потому что на эту работу действительно вряд ли в институте сыщется более подходящий сотрудник.
– Лучше Яны я не знаю никого, – сказал Боря. – Но только не могли бы вы повременить хотя бы до окончания моего эксперимента? Я планировал взять ее с собой.
– Хорошо, но с первого сентября вы оба должны быть здесь. Независимо от результатов.
Он схватил свой портфель, но в дверях остановился и бросил:
– Кстати, ты просил кого-то из местных. Так вот, достаточно от тебя телеграммы на имя руководителя. Гм… Как его?
– Белоголов.
– Да, Белоголову.
И он быстро вышел не попрощавшись.
Боря расстроенный стоял и смотрел на оставленную открытой Громовым дверь. Он не знал за что приняться. Дел было запланировано много. Но он вдруг почувствовал, что это никому не нужно. Все его потуги и идеи поблекли. Ну и что, если он придумал какой-то там лазер, который превращает людей в животных? Баловство, за которое сажают в тюрьму. Это событие уже отшумело и потеряло заинтересованность. Громов занят новым проектом, Яна будет работать в лаборатории. А он? А он останется прежним младшим сотрудником.
Борька вышел из каморки, подошел к лазеру. Нужно начинать его упаковывать, но он не знал с чего начать. Яна в его отсутствие уже навела свой порядок. Вроде бы выглядело всё как прежде. Ну, лазер теперь стоял на столе без пыли, и все необходимые принадлежности расставлены в одном ей известном порядке. Борька почувствовал себя чужим. Даже здесь, рядом с лазером его собственной сборки, он стал лишним, ненужным и покинутым. У него опустились руки, и хотелось расплакаться. Нет, так продолжаться не может, нужно взять себя в руки! Да какая в конце концов разница, кто там что-то решает за него и без него? У него есть главная задача, и он ее выполнит! У него, пожалуй, остался только один друг. И этот друг – Василий Волков. Лучший друг. И Борька сделает всё, чтобы его вернуть. Что там Громов говорил про телеграммы?
Борька сел за стол и принялся составлять длинный список необходимых дел и вещей, которые понадобятся в предстоящей поездке.
Вскоре впорхнула Яна. Она была так очаровательна в этот летний день, что Борька на какое-то время забыл свои тяжкие думы. Он любовался ее светлым платьем до колен с открытыми плечами. Оно ей очень шло. Яна улыбалась и о чем-то весело щебетала. Борька даже не вникал в суть. Как легко она смогла его отвлечь и вернуть к
