для данного объясняемого действия, нечто в нем максимально неподвижное. Однако это диаметрально противоположно конъюнктиву, всегда указывающему на сдвиг и наступление действия. Основание действия, по крайней мере в тот момент, когда оно привлекается для объяснения действия, должно быть неподвижным и твердо определенным. Само по себе оно, конечно, подвижно, как и все на свете. Но в тот момент, когда мышление привлекает его в качестве основания для чего-нибудь, оно должно быть ни чем иным, как именно самим собою, т.е. быть прежде всего неподвижным и безупречным, так как колеблющееся основание уже не есть основание. Вот почему никакой конъюнктив немыслим в греческом языке в предложениях причины.
То же самое надо сказать и о предложениях следствия, ибо следование, вытекание, зависимость данного действия от чего-нибудь другого противоречит самостоятельности сдвига и наступательному характеру этого действия. Поэтому традиционные учебники спешат с утверждением, что модусы в предложениях причины те же, что и в повествовательных предложениях. В последних все же иногда, правда очень редко, конъюнктив возможен. Но он никак немыслим в предложениях причины и следствия.
Во всех остальных определяющих придаточных предложениях итеративный и футуральный конъюнктивы имеют большое употребление, и особенно конъюнктив итеративный. Этот последний имеет здесь широчайшее употребление. Футуральный конъюнктив большею частью игнорируется школьными учебниками для относительных и обстоятельственных предложений времени, места и образа действия. Но это игнорирование отпадает, как только мы обращаемся к живому литературному языку греков.
После этих замечаний пересмотрим схемы определяющих придаточных предложений, содержащих динамические модусы суждения, то есть футуральный и итеративный конъюнктивы.
Относительное предложение, согласно предыдущему, имеет такие две формы с динамическим модусом суждения:
1) «Всякий человек, который только ни хочет, может». Здесь «хочет» – обобщительный, итеративный конъюнктив с an – один из самых распространенных типов относительного придаточного предложения.
2) Футуральный конъюнктив в относительных предложениях попадается несравненно реже, и собственно говоря, он может считаться твердо установленным только в поэтическом языке, у Гомера и у всех трех великих трагиков. В прозе, хотя он и попадается в рукописях, но редакторы обычно вставляют в этих случаях частицу an и тем самым превращают футуральный конъюнктив в обусловленный или прямо в итеративный.
Hom. Il. V 407: «Недолговечен тот, кто станет бороться (machētai) с бессмертными».
Soph. Oed. R. 1231: «Из несчастий больше всего те, которые явятся (phanōsi) добровольными».
Обычно эти конъюнктивы трактуются тоже как обобщенные. Однако что-нибудь должен же здесь обозначать пропуск частицы an. Нам кажется, что пропуск этой частицы ведет к снижению обусловленности или итеративности и к возникновению простой футуральности.
В обстоятельственных предложениях времени, места, образа действия и в сравнительных – та же картина:
1) «Когда, где, как человек только ни хочет (cons. iterat. с an), он может».
2) Футуральный конъюнктив в том же виде, что и в относительных: «Человек, который захочет (conj. с an или без an), сможет».
Thuc. I 137: «Он сказал, что будет безопасно, если никто не сойдет с корабля до тех пор, пока не начнется (genētai) плаванье».
Здесь уже явный футуральный конъюнктив, исключающий всякую итеративность.
Hom. Il. 1 82 о сокрытии гнева мужем, «пока он его не проявит (telessēi)».
Заметим, что в предложениях времени могут употребляться итеративный и футуральный конъюнктивы не только после греческих союзов, обозначающих «когда», но и после союзов «прежде чем», «после того как», «пока», «пока не», о которых мы выше не говорили, чтобы не загромождать изложения. Другими словами, итеративный и футуральный конъюнктивы возможны в любых предложениях времени.
3) Некоторого рода среднее значение между футуральным и итеративным конъюнктивом можно найти у Гомера в таких относительных предложениях, которые входят в состав сравнения, т.е. в состав обстоятельственного предложения. Il. XIII 179. Говорится о падении героя в виде ясеня, который, будучи подрублен, клонит (pelassēi) свои ветви к земле. Что здесь есть футуральный момент, явствует хотя бы из аналогичного факта в русских сравнениях, нередко употребляющих будущее время без союза сравнения. Но это, конечно, не просто будущее время, поскольку изображаемое здесь действие должно пояснить сравниваемый предмет, т.е. ввести его в какую-то более общую сферу. Так как этих примеров конъюнктива в сравнениях Гомера довольно много, то они требуют специального объяснения, которое, по-нашему, заключается в том, что здесь нечто среднее между футуральным и условно обобщенным итеративным конъюнктивом.
Что касается, наконец, условных и уступительных предложений, то наличие в них итеративного и футурального конъюнктива – трафаретное явление.
Условное предложение:
1) «Если человек, как это можно ожидать, захочет (ean с coni.), он сможет».
2) «Всякий раз, как человек хочет (тот же греческий конъюнктив с an), он может».
Уступительное предложение:
1) «Хотя, как это можно ожидать, человек и захочет, он не сможет».
2) «Хотя всякий раз человек и хочет, он не может».
Правда, если ограничиваться только трафаретными случаями, то протасис обычно содержит здесь конъюнктив с an. Однако конъюнктив без an в протасисе футурального или итеративного условного периода тоже совсем не редкость. Примеры можно в достаточном количестве найти в больших грамматиках.
Остается сказать об определяющих придаточных предложениях, содержащих динамические модусы желания. Сюда относятся, как мы знаем, ингрессивно-волюнтативный и финальный конъюнктивы (специально волюнтативный, как это мы тоже видели, относится к определяемым придаточным предложениям). Употребление этих модусов в определяющих предложениях, как было сказано, ограничено. Дело в том, что конъюнктив есть выражение наступающего действия, и он весьма плохо мирится с союзами, которые тоже претендуют на весьма интенсивное направление действия в определенную сторону. Поэтому конъюнктив ингрессивного и финального типа совсем никак не совмещаются с союзными определяющими придаточными предложениями, и если где имеет место, то это только в бессоюзных определяющих предложениях, куда перечисляются относительные и, согласно нашим разъяснениям, консекутивные предложения.
Сначала – об относительном предложении:
1) «Мы хотим совершать дела, которые да совершим (conj. adhort.)», или «Ты совершаешь дела, которые пусть не совершишь (conj. prohibit.)» или «Мы не знаем, какое дело совершать (conj. dubit.)».
2) «Он ищет человека, который бы ему помог». Обыкновенно в таком адъективном предложении ставится indic. futuri finalis.
В предложениях следствия –
1) ингрессивный конъюнктив очень част. «Мы так хотим, что пусть мы сможем (conj. adhort.), что ты да не сможешь (conj. prohibit.), что сможем ли или не сможем (conj. dubit.)?» Здесь может возникнуть вопрос, почему в предложениях следствия возможен такой динамический модус, как ингрессивный конъюнктив, в то время как здесь (как сказано выше) невозможны гораздо менее динамические модусы, итеративный и футуральный конъюнктивы. Ответом на этот вопрос является то, что
