— А люди от этих таблеток не дохнут?
— Нет, на людей эти таблетки не действуют. Но зато спать можно спокойно. А вы из какого ансамбля, эстрадного?
— Мы из ансамбля русской народной песни. Слышали о нас?
— Кажется, слышал, — неуверенно ответил Петро. Сейчас развелось столько всяких ансамблей, что за ними не уследишь. Но обидеть разговорчивую девушку, всё время ему улыбавшуюся, не хотелось, поэтому он покривил душой. Ей, вероятно, должно быть приятно, что об их ансамбле даже в Сибири слышали.
— Одним словом, народные песни поёте?
— И русские романсы тоже. И ещё, у нас есть танцевальная группа. Русские народные и современные танцы.
— Понятно.
Джип подъехал к гостинице, и артисты, попрощавшись, вышли.
— Классные девчонки, — вздохнул Петро. — Какие фигурки, какие ножки… Одним словом, артисточки!
— Да, уж это точно — артисточки. Не хотел бы я с этими артисточками встретиться в темном переулке на узкой дорожке, — мрачно процедил Стас.
— Не понял? Чем они тебе не понравились?
— Если бы ты смотрел не на ножки и фигурки, ты заметил бы, каким взглядом окинула нас та девчонка, которая садилась справа. Кажется, её зовут Лариса.
— Каким таким взглядом? У тебя крыша случайно не поехала? Гм… ему взгляды не нравятся.
— Когда девчонка слева заговаривала тебе зубы, эта Лара открыла заднюю дверь и как рентгеном просветила весь салон. Я в зеркало перехватил её взгляд. Я такие взгляды знаю, повидал… Что-то не нравятся мне эти артисты. И вообще, обрати внимание, как они нас обошли: одна слева нам зубы заговаривает, мужик сзади контролирует, а та справа наши затылки чуть ли не на мушку берёт. Кстати, та Лена кокетничала, а глаза настороженные, холодные, не улыбчивые.
Петро расхохотался.
— Ну, братан, что называется, допился. «И мальчики кровавые в глазах…» Такие девчата к нам приезжают, а ты — взгляды, взгляды…
— Да ладно, нам с ними детей не крестить. Встретили, привезли, а дальше не наше дело. Хоть трава не расти… Михалычу доложим, что задание выполнили.
Мельников, когда Стас и Петро доложили ему о том, что встретили и привезли трёх человек, в том числе двух девушек, рассвирепел:
— Да вы не тот ансамбль встретили! Сейчас ансамблей развилось как вшей в матне, так что, мы все ансамбли будем встречать и размещать в гостинице? А мужики из Москвы, наверное, в аэропорту слоняются, и ждут, когда за ними приедут.
— Езжайте снова и отыщите их, — распорядился он.
Но зазвонил телефон и Ферапонтов сообщил, что москвичи добрались благополучно, и только что ему звонил из гостиницы их старшой.
— Поездка отменяется, — сказал Мельников, положив трубку. — Мужики из Москвы уже в гостинице, видимо сами добрались.
Между тем, московская группа уже заселилась в гостиницу. Девушек ждал двухместный номер на третьем этаже шестиэтажной гостиницы, и они с радостным чувством влетели в номер. Номер был неплохой, хотя с заграничными номерами ни в какое сравнение не шел.
— Чур, я первая в душ, — крикнула Лариса.
Новизна впечатлений создавала хорошее и весёлое настроение. Встретили их хорошо, хотя в первую минута она заподозрила неладное — зачем их встречали два мужика нехилого вида, хотя достаточно было одного водителя? Оружия у них при себе не было, так как в самолёт иначе бы не пустили. Всем необходимым их должны были обеспечить здесь, но, прежде всего, надо было ещё добраться. Однако всё было в порядке, и они благополучно добрались до гостиницы.
— Нет, я первая в душ, — возразила, смеясь, Лена.
Она тоже немного перенервничала, так как слышала о случаях, когда посланцев перехватывали именно в аэропорту, прослушав телефонные переговоры. Позднее перехватить было трудно, да и потом посланцы были, как правило, уже вооружены. Правда, по рассказам, это случалось при проведении операций за границей, а кого они должны были здесь опасаться, она не знала. Ей тоже показалось странным, что их встречают два таких мордоворота, и когда Федор, не разжимая губ, сказал «Водитель за Леной», она начала заходить слева, изображая из себя смешливую простушку. Простушкам легче, их воспринимают серьёзно только тогда, когда удар уже достиг цели, а Лена умела бить по точкам достаточно метко. Как говорится, бережёного Бог бережёт, и хорошо, что тревога оказалась ложной. Ей хотелось петь, смеяться и дурачиться.
— Я уже два часа вынашиваю мечту залезть под струю воды и мыться, мыться, мыться, — сказала Лена, проверяя ящики шкафа, чтобы там не было посторонних вещей.
Во время командировки в Колумбию, в номере отеля, куда их поселили, они обнаружили сюрприз: сверху на серванте с посудой валялась книга с инструкциями для гостей отеля, номерами телефонов и справочной информацией о городе. Книга была на испанском, английском и немецком языках, и Лариса случайно обнаружила в корешке переплета миниатюрный микрофон. Очень не хотелось бы, чтобы и здесь разбрасывали чудеса микроэлектроники. Но в комнате посторонних вещей, вроде бы, не было, однако следовало внимательно проверить торшер и люстру, и девушки громко шутили, чтобы не скучали те, кто, возможно, прослушивает комнату.
— Ты вынашиваешь, а я первая об этом заявила.
— Я хотела первой заявить, но я скромная. А ты наглая, поэтому и опередила меня.
— Это я-то наглая? А ты вот знаешь, что в здешних краях в местной воде много метана, который негативно сказывается на нежной девичьей коже? Ну, ладно, иди первая. У тебя кожа более грубая, не так опасно. Я посмотрю, что с тобой будет, а потом решу — купаться ли мне вообще или воздержаться. А пока ты будешь купаться, я займу лучшие места в шкафу.
— Это у меня-то грубая кожа? — возмутилась Лена. — И ты мне такое заявляешь? Совесть-то где потеряла? Ладно, иди уж ты первая, а я разложу свои вещи.
Ни в торшере, ни в люстре, ни в телефоне Лена ничего не обнаружила, и это радовало.
— Нет уж, нет уж. Раз ты два часа вынашивала мысль о купании, и, может быть, вообще уже несколько дней не мылась, давай быстренько в душ.
— Ларка, а ты не боишься, что тебе воды не хватит? Я же, как начинаю мыться, так могу хлюпаться часами.
— Даю тебе полчаса, а потом вызываю Федю, и пусть наш художественный руководитель разъяснит тебе правила совместного проживания.
— Интересно, как он мне разъяснит, если я в душе? Через дверь будем общаться, что ли?
— Мы с ним вместе взломаем дверь, если ты нам не откроешь.
— Не надо ломать дверь, я её вообще запирать не буду. Пусть уж лучше пострадает моя честь, чем гостиничная дверь. Но вот вы откроете дверь, а я там вся из себя обнажённая, юная и красивая. Что товарищу майору устроит его Машенька, когда узнает, как он ломился ко мне в ванную?
— Ленка, ну иди ты, наконец-то, мойся, я тоже хочу быть чистой.
Они дурачились и эта перебранка их веселила, да и вообще, прогулка в Сибирь, в которой они никогда не были, им пока доставляла удовольствие и новизну впечатлений. Не успела Лена уйти в душ, как раздался стук в дверь. Это пришёл Федор посмотреть, как устроились девушки. С этими девушками он никогда не работал, знал их поверхностно, да и то по рассказам Васи Буланова. Девушки получили квартиры одновременно с ним в одном и том же доме, но в разных подъездах. С ними успела познакомиться Маша, его жена, и была о них хорошего мнения. Но у Маши одни критерии, а у него другие. Генерал Овсянников, оказывается, знал девушек лично и просил их поберечь. Федор предполагал, что они какие-то родственницы генерала, что его отнюдь не радовало.
— Можно войти? — спросил Федор, открывая дверь. — Пришёл посмотреть, как вы тут устроились.
— Конечно, входи. Отель, конечно, не пятизвёздочный, номер тоже не для таких аристократок, как мы с Ленкой, но что же делать. Раз поселили, придётся жить. А ты почему в одноместном решил поселиться? Трёхместных номеров разве в этой гостинице нет?
— А зачем мне одному трёхместный?
— Ну, почему только тебе одному. Все втроём бы и жили. И экономия, опять же. Ты бы охранял нас от назойливых кавалеров, а мы бы подтвердили Маше, что ты не водил к себе в номер посторонних женщин. То есть, все женщины, мол, были свои.
Федор понимал, что Лариса смеётся, и это его доставало больше всего. Он вообще никогда ни с какими девушками не работал и понимал, что ему трудно будет найти с ними общий язык. Он считал, что главное требование к подчинённым — это серьёзное отношение к делу и исполнительность. А что можно требовать от таких несерьёзных девчонок? Правда, Вася Буланов ему напоследок сказал, что работать с девчонками легко, но пока он этого не заметил.
— Я чувствую, что это будет не командировка, а каторга. Недаром мне Буланов говорил, что с вами надо иметь не нервы, а стальные канаты. Завтра утром в 7 часов прокатимся с ветерком по шоссе. Вечером в ресторан не спускаться, телевизор поздно не смотреть, выспаться и утром быть в форме. Понятно?
