появлением на поляне геронийцев.
— Думаю, да, — серьёзно и немного волнуясь ответил Чек, — Похоже, что все их егеря и уже треть пехоты, вышли на поляну.
Он посмотрел на Олега, но тот сидел с каменным выражением лица и ничего подсказывать не спешил.
Тогда Чек обернулся к командирам полков и инженерного батальона и сказал:
— Пора. Как подниму вверх Стяг, так сразу и атакуем. Рита, твои пока ждут.
Командиры полков, вскочили на коней и помчались к своим солдатам. На месте остались только Чек, Олег с Улей и Рита, которая привела с собой две роты, на случай преследования врага.
Появление баронских баталий геронийцы, похоже, даже не сразу заметили — настолько они были заняты устройством привала и организацией питания.
Когда же заметили, то началось то, что и должно происходить, когда тебя застают врасплох.
Сумятицу усугубили первые же залпы баллист Кашицы. Использовать внезапность нападения и поразить неприкрытого Сферами противника заклинаниями Пламя, Водяная Плеть или другими боевыми заклинаниями, у магов Чека не получилось — слишком большое расстояние, да и резервы нужны были магам, чтобы прикрыть боевые порядки своих солдат.
Тем не менее, удар сомкнутого строя баронской армии по не успевшему организоваться противнику был страшен.
Среди геронийских солдат оказалось немало опытных ветеранов, которые пытались организовать отпор, кое-где у них это даже получалось, но ненадолго.
Дольше всего продержалась группа из двух сотен пехотинцев, занявших круговую оборону, выставив строй вокруг застрявшей возле леса части обоза.
Им удавалось отбиваться от атак второго и третьего батальонов гвардейского полка Шереза, но когда Кашица подтащил туда баллисты и открыл стрельбу, выцеливая магов, геронийцы сломались и начали бежать, вслед за побежавшими ранее товарищами из других сотен.
Преследование притивника длилось до самой темноты. Кому-то убежать удалось. Таких, даже, было немало, несколько сотен. Поскольку бежали они на запад, и угрозы, что они добегут до лагеря генерала ри,Крета, не было, то Чек приказал на следующий день преследования не возобновлять.
— Рита, с тебя наблюдение за дорогами всё равно не снимается, — напомнил Чек.
— Само собой, — кивнула та, — Что с пленными делать? — это она спросила уже у вошедшего в штабной шатёр Олега.
— А что с ними обычно делают? Пусть пока отведут к Шотелу, вместе с захваченными обозами. Сколько их человек, посчитали?
— Почти четыреста, из них семнадцать офицеров, включая полковника барона Онгеля Туста, — ответил Чек.
— Да уж. Придётся ещё одну роту выделять на сопровождение. Но пленных офицеров лучше оставь пока при себе. Так спокойней будет. — Олег сел на стул и устало откинулся на спинку, вытянув ноги, — Наши потери, вроде бы небольшие совсем. Рита, сходи, пусть уточнят и доложат.
Когда полковник егерей ушла, двое старых соратников просто расслабленно молчали, отдыхая от событий тяжёлого дня.
Олег тоже основательно вымотался оказывая помощь раненым и решил для себя, что, порой, воевать, намного легче.
— Чек, ты, как и раньше, тут командуешь, но я бы посоветовал тебе сильно не затягивать свою встречу с ри,Кретом.
Эпилог
В приёмном зале королевского дворца сегодня было немноголюдно — демонстрировать свой позор своим подданным король Толер не желал совершенно.
— Наша божественная императрица будет признательна вашему величеству за мужественное и справедливое решение, которое станет залогом дружбы между Империей и Геронией на долгие годы, — почтительно поклонился разодетый, как франт на балу, герцог ре,Успер, полномочный посланник императрицы Агнии.
Король Толер сидел на троне, выпрямив спину и гордо задрав подбородок. Это был уже весьма пожилой мужчина, хотя его уже не единожды омолаживал личный маг.
Из-за слабого магического резерва этого единственного в королевстве, знавшего столь нужное заклинание, мага, омоложение давало результат, снижая возраст на месяц, от силы — на два, а процесс восстановления магорезерва, при этом, занимал почти полтора месяца. А ведь была ещё королева, которая тоже не хотела стареть. Так и получалось, что у обоих годы постепенно брали своё.
Сейчас королева Онти сидела рядом с мужем, на троне чуть меньшего размера. Эта величественная полноватая женщина, лет сорока пяти — пятидесяти, смотрела на имперского вельможу весьма благосклонно, в отличие от своего мужа, который, несмотря на свой гордый вид, пребывал в полном смятении чувств.
Четыре декады назад, когда непонятно откуда возникший из захолустных баронств северного соседа, барон Ферм сначала легко захватил крепость-город Шотел, а затем, наголову, в трёх внезапных сражениях, разгромил полки армии генерала ри,Крета, король пришёл в неописуемую ярость.
По его приказу был объявлен сбор всех владетелей королевства, которые обязаны были явиться к столице со своими дружинами или направить вместо себя, нанятые ими за свой счёт, отряды наёмников, оговоренной вассальными договорами численностью.
Сюда же, к Вордену были отозваны с границ пять королевских полков.
Толер собирался не просто разгромить наглого барона и выбить его из Шотела, а, наплевав на докучливые интриги растинцев, подталкивающих его к войне с Бирманом, в союзе с южными королевствами, пройтись с мечом по землям баронств, устроив показательную расправу с теми владетелями, которые поддерживали напавшего разбойника. А в том, что такая поддержка со стороны феодалов и городов баронств была, он не сомневался.
Но стоило полкам, стоявшим в Ригской провинции покинуть её, переправившись на западный берег Риги, как имперские войска, без единого сражения, заняли эту территорию. Гарнизоны замков, по упущению самого Толера, набранные из местных вояк, и отряды городских страж перешли на сторону империи.
Следом пришли известия с западных границ о том, что, как минимум, пять бирманских полков уже стоят на рубежах Геронии, хотя пока границу не пересекают.
— Наш ответ вы получите завтра, — после приличествующего молчания, произнёс, наконец, король, — А пока, приглашаю вас быть моими гостями.
Ре,Успер поклонился ещё учтивей, хотя в глазах его светились торжество и уверенность в успехе своей миссии.
Золотой фирман от Хадонской императрицы о наделении его титулом графа Шотела и пожаловании ему одноимённых замка, города и провинции, Олегу привезло в Псков имперское посольство, через шесть декад после заключения очередного вечного мира, третьего по счёту за последние сорок лет, между империей и королевством Герония.
Баронские будни, при этом, для Олега не закончились. Становясь имперским графом, он, по-прежнему, оставался и бароном Фермом, являясь теперь, формально, вассалом двух сюзеренов.
