желаете, – отчетливо услышала принцесса. – Достаточно выпить всего одну, и сила заструиться по венам.
Шеллу охватило беспокойство, ей сильно не нравился этот разговор. Кто этот человек? Что навязывает Лиаму?
Шелла не могла разобрать лица незнакомца в чёрном, но отлично видела спину брата. Он что-то взял из рук чужака. Сердце ухнуло в пятки.
Горячий воск стекал по пальцам, но принцесса не обращала на боль внимания. Все её мысли и тревоги занимал брат. Что же Лиам натворил… Нужно поймать того человека, допросить, она справится!..
Шелла распахнула дверь в комнату.
Лиам один стоял у лампы. Окно в комнату распахнуто настежь, на ветру покачивалась гардина. Холодный ночной воздух проникал в комнату, и было слышно, как сверчки плачут в саду за окном.
– С кем ты говорил, брат? – прямо спросила Шелла.
– Ни с кем, – несколько раздраженно ответил Лиам, сощурил голубые глаза. – Тебе показалось.
Он непринужденно сунул руку в карман брюк, но Шелла знала – принц прячет добычу. Лиам окинул её цепким, напряжённым взглядом, точно предупреждал её молчать.
– Иди спать, Шелти, ночь – не время для прогулок.
– Да, брат, – принцесса покорно склонила голову, но не стала делать вид, что ничего не заметила.
– Тебе показалось, – с нажимом ещё раз повторил он вместо прощания.
Лиам тихо вернулся в покои. Страшная темень, оживлявшая кошмары, проглотила его, но принц впервые не обратил на это никакого внимания.
Он подошёл к письменному столу, осторожно, стараясь не шуметь, выдвинул ящик. Там лежали конверты, бумаги, запасные перья и чернильницы. Лиам нетерпеливо выложил всё на стол. Когда ящик опустел, он подковырнул краешек дна.
Дощечка легко поддалась и выдвинулась назад. Под ней оказалось полое пространство. Второе дно. Лиам схоронил туда «лекарство от слабости».
Он ещё раз взглянул на три завёрнутые в тряпичную ткань колбочки. Одна перламутрово-золотая, вторая – ярко красная, пузырящаяся, а третья – чёрная и густая. Она больше других завораживала Лиама и в то же время пугала.
Чёрная жидкость, будто живая, тянулась к нему.
Интерлюдия Ⅳ
Новый рыцарь
Материк Алькор, королевство Алнаир, г. Гиансар
Взрыв прогремел на всю улицу. Вместе с выбитыми осколками стекла с третьего этажа вниз полетело двое. Брюнетка в синем мундире и с выбившимися из конского хвоста кудрями и светловолосый мужчина в той же униформе.
Жесткое приземление на спину заставило женщину скорчиться. Задыхаясь, она скомкала пальцами порванную ткань на спине мужчины. Сверху её придавил подчинённый, принявший основной удар взрыва. Перед тем как комната взорвалась, он оттолкнул Рэйку в сторону окна и закрыл собой.
– Не умирай, Никас! – испуганно прокричала глава Ордена рыцарей. Её распахнутые от ужаса глаза смотрели в его искажённое болью лицо и на обожжённую спину.
Огромный осколок стекла торчал из его лопаток, Рэйка сжала его дрожащими пальцами. Белые перчатки быстро окрасились в красный.
– Рэйка… я… я… – захлёбываясь кровью, прокашлял он. – Я спра-справился?..
– Никас!.. – отчаянно выкрикнула Рэйка и зажмурилась. Прижала голову рыцаря к своей груди. – Ты молодец… Ты справился.
Она закусила губу, глотая немые слёзы. В течение минуты мужчина на её руках перестал дышать. Рэйка покачивалась, точно убаюкивала малыша.
Прошла ещё одна мучительная минута, прежде чем она успокоилась. К ней уже поспевали констебли, участвовавшие в операции захвата. Они же позвали медиков, завидев окровавленный труп на её руках.
Глава рыцарей поднялась на ноги как ни в чем не бывало. Она не сильно пострадала, особый материал, из которого сделана униформа, отразил основной урон. Она равнодушно взирала на медиков, что клали рыцаря Никаса, её «правую руку» на носилки.
Констебль, стоявший рядом, записывал в блокнот причину смерти. Они выпрашивали у Рэйки подробности случившегося, она рассеяно что-то отвечала.
Рэйка была убеждена: этот взрыв не несчастный случай. Это покушение. Покушение на её жизнь. А организовали его рыцари, желающие её отставки. Это уже не первый такой случай. Кто-то из рыцарей, выступающих против главенства Рэйки, организовывал эти «несчастные» происшествия. И теперь ещё один её союзник погиб. В общей сложности уже двое – значит больше половины членов ордена за её отставку.
Ей нужны союзники, свои люди. Иначе скоро мёртвой окажется она.
– Я не прощу им твою смерть, Никас… – процедила она, глядя на пожарных, тушащих огонь в подорванной квартире.
– Я возвращаюсь, – холодно объявила она помощнику, дежурившему рядом с констеблями. – После поминок объяви о начале набора в рыцари. Принимаются любые слои населения. Выберите десять лучших бойцов, и после этапа отсеивания я лично поприсутствую на отборе.
– В-вы уверены? – робко уточнил рыцарь и, встретившись с серьёзным взглядом Рэйки, ответ понял без слов. – Сколько у нас времени на поготовку?
– Три дня, начиная с сегодняшнего.
– Невозможно, такой короткий срок! Тем более, уже почти вечер… – возмутился он. – Мы не успеем всё организовать!..
– Так постарайся и не трать время на пререкания, – отчеканила Рэйка, не глядя на него. – И передай остальным, что завтра с утра состоятся похороны.
Ни с кем не прощаясь, под вой пожарных серен, она ушла с места происшествия.
Сырая и холодная ночь наступила незаметно. На улицах зажглись фонари, и сиреневые сумерки потеснило тёмно-синее небо.
Рэйка скинула с головы капюшон тёплого плаща и, игнорируя вывеску на магазине: «Закрыто», нажала на ручку двери и потянула на себя.
Деревянная дверь с толстыми мутными окошками открылась. Звякнул колокольчик, оповещая владельца магазина о новом покупателе.
Послышались тяжёлые шаги по скрипучим половицам, и из хозяйской комнаты, вытирая засаленной тряпкой испачканные в машинном масле руки, вышел немолодой коренастый мужчина. Коротко стриженная, седая борода окаймляла его круглое лицо, вокруг глаз и на лбу проступали морщины.
– Мы уже закрыты, – хмуря бесцветные брови, неприветливо сказал он. – Для кого вывеска висит? Приходите завтра. Меха-руки, стеклянные глаза, очки и тому подобное требует снятия мерок, и на ночь глядя это не делается. Хотите что-то заказать – приходите до заката. А сегодня мы уже закрыты!
– Я не за этим пришла, старина Райт, – со спокойной улыбкой отозвалась Рэйка.
Механик вытаращил глаза. В густых сумерках уже нельзя было разобрать лица гостьи, но голос он точно узнал.
– Рэйка? – с сомнением спросил он, щуря глаза в темноте. – Рэйка Урвия?
– Ага, – кивнула женщина, и прошла к стеллажу, за которым лежали в бархатных коробочках искусно сделанные стеклянные глаза разных цветов, изящные часы с тончайшей гравировкой и музыкальные шкатулки с витиеватой резьбой и инкрустированными в них драгоценными камнями.
Борис Райт – талантливый механик. Его работы признаны лучшими во всём Алнаире. Он редко берёт государственные заказы на
