– Не надо. Понятно и так. Но ведь то, что этот ваш Франсуа сделал себе новое лицо, совсем не говорит о том, что он решил убить президента! – буркнул Кириллов.
– Угу. Слушайте дальше. Где-то за неделю до этого происшествия в полицию обратилась девушка, назовем ее, скажем, Софи. Она оказалась любовницей одного из офицеров, имеющего отношение к личной охране первых лиц государства. Эта самая Софи была в состоянии истерики, и, прежде, чем из нее удалось выбить причину ее явки в полицию, прошло почти два часа. А прибывшие на квартиру офицера обнаружили его труп… В общем, в момент убийства Софи находилась в комнате, смежной с той, в которой господин Этоли общался с офицером. И сидела там тихо, как мышь, думая, что пришла супруга ее возлюбленного. А когда разговор перешел на повышенные тона – испугалась еще больше…
– Странная логика – припереться домой к первому попавшемуся офицеру и чего-то там требовать. Как я понимаю, эта ваша жертва не афишировала своих обязанностей?
– Они были знакомы с детства. И Франсуа ТОЧНО знал, чем занимается его товарищ. Софи слышала не всю беседу, но того, что донеслось до ее ушей, оказалось вполне достаточно, чтобы сделать однозначный вывод – жизнь первого лица государства – в опасности.
– Ясно. Теперь хотелось бы понять, при чем тут я?
– Михаил Вениаминович! Несколько месяцев назад я закрыл глаза на небольшое недоразумение, произошедшее с сыном вашего друга, и, помнится, намекнул на то, что хотел бы рассчитывать на какой-то ответный шаг с вашей стороны. Все это время ни я, ни мои люди вас не напрягали. Хотя работа по интересующему нас вопросу не прекращалась ни на миг. К сожалению, настал момент, когда я вынужден попросить у вас и вашего друга содействия! Секундочку, друг мой! Я не договорил! Пожалуйста, не надо расценивать мой приезд как шантаж: если бы не чрезвычайная нужда, мы бы не стали форсировать ситуацию. Но, увы, выводы экспертов однозначны – ни один из тех, кто охраняет господина президента, не способен среагировать на движение Франсуа Этоли. А полностью исключить контакты первого лица с публикой мы не в состоянии. Нам нужен ваш друг. Человек, который УСПЕЕТ!
Глава 58
Беата
Кто бы знал, как я ненавидела этот мир! Все время, потребовавшееся для того, чтобы добраться до долины Серого песка, я находилась в состоянии дикого бешенства – смотреть на брата, двигающегося по нашим следам в полукилометре позади, и знать, что в это самое время его медленно убивает какая-то дрянь, было абсолютно невыносимо. Но и не смотреть на него я не могла – ощущение того, что я его скоро потеряю, было таким сильным, что хотелось плакать. Или кого-нибудь убить. Если бы не Вовка, постоянно находившийся рядом, я бы плюнула на все и пошла бы помогать Ольгерду. Но проигнорировать слова мужа, сказанные им на первом же привале после того, как Ольгерд взвалил на себя самую неподъемную ношу в своей жизни, у меня отчего-то не получалось. «Надеюсь, ты не сделаешь глупости и не оставишь меня одного? – спросил он, обняв меня за талию и испуганно глядя в глаза. – Я… очень хочу детей. А другая жена мне не нужна, слышишь? И потом, кто-то должен присмотреть за Самиром? Кто, если не мы? В общем, когда тебе будет совсем плохо, вспомни о том, что я тебе сказал, ладно?» Да, в тот момент я плохо соображала и была не в состоянии вдумываться в то, что он мне говорил, но его любящий взгляд проигнорировать не смогла, а слова запомнила автоматически… А день на второй они сами всплыли в памяти, причем в тот самый момент, когда мне было особенно плохо. Трудно сказать, что меня удержало – мысли о племяннике, Машке, Вов– ке или о моих будущих детях, – но я как-то смогла усидеть на месте. А в следующие разы сделать этот самый Шаг оказывалось все труднее и труднее…
…Ольгерд пер вперед, как танк, позволяя себе небольшие привалы раз в три-четыре часа. И то, как мне кажется, не из-за того, что уставал сам, а чтобы дать этому ублюдочному ученому немного оклематься. Услышав условный свист, останавливались и мы, и я, вытащив из рюкзака копченое мясо, делала для брата бутерброды, чтобы перед выходом с места стоянки положить их на приметный камень и хоть как-то позаботиться о брате. Эрик, за весь переход до долины Серого песка не сказавший ни одного слова, изо всех сил старался мне помочь. Джамшер тоже крутился рядом, затравленно глядя то на меня, то на Эрика, то на мрачно вздыхающего Глаза. И усиленно старался не показывать, как ему плохо. К моменту, когда на горизонте показался перевал, за которым начиналось ущелье, последнее перед целью нашего похода, вся наша компания дошла до ручки. Видимо, поэтому первый снайперский пост мы вынесли врукопашную, сдуру обломав все планы Ольгерда. Впрочем, он о них ничего не говорил…
…Команды «Внимание», «Опасность», «Жди», поданные языком жестов, заставили Ольгерда спустить ношу на землю и, присев на обломок камня, расправить натруженные плечи. А я, бросив на брата очередной взгляд, метнулась за мужем, уже скользнувшим в тень отрога небольшой скалы, и, обогнав пристроившихся за ним Эрика и Джамшера, втиснулась в небольшой камин – вертикальный разлом, по которому можно было скрытно проделать добрую треть пути до места, где обосновались наблюдатели. К моему безумному удовольствию, винтовка Вовки осталась лежать внизу – видимо, как и я, он жаждал крови. И не важно, чьей… Подобраться к внимательно наблюдающим за окрестностями снайперам удалось без особых проблем – двигаясь на максимальном ускорении в момент, когда Вовка, наблюдающий за ними в бинокль, давал команду двигаться. В общем, на то, чтобы зачистить стрелковую позицию, у нас ушло полчаса. Три четверти из которых занял процесс передвижения. А еще через десять минут мы краснели от осознания собственной тупости – Ольгерд, узнав о расправе, чуть не сорвал голос, объясняя нам свое отношение к нашей инициативе. В итоге, пряча друг от друга глаза, мы поперлись в соседнее ущелье, кляня себя распоследними словами, и старались не смотреть на брата, вынужденного снова взвалить на себя вымотанное таким способом переноски тело. Перед вторым постом мы ушли в сторону, дав возможность Иору исполнить трюк под названием «возвращение блудного попугая».
…Снайпер зашевелился буквально в ту же секунду, как на тропе, вьющейся по дну ущелья, показалось ползущее тело Иора. Несколько минут томительного ожидания выстрела, и… вздох облегчения – видимо, полученные после доклада по рации инструкции не требовали убийства возвращавшегося в лагерь беглеца.
– Блин, а ведь если бы они завалили Егора, то надо было бы как-то заражать их самих… – буркнул Вовка, лежащий рядом со мной, и пялящийся в свой бинокль. – Повезло, ничего не скажешь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
