уж вышло, что контрабандист решил плыть на этом корабле, что привлекло на корабль заклинателей и, в частности, меня.
Во-вторых, мы свернули с маршрута — к делу с севшим на мель кораблем наши преступники не имеют отношения. Затем — неожиданный туман средь бела дня — и капитан приказывает зажечь лампы раньше. Зеленое пламя появилось днем и не произвело должного эффекта, хотя из-за тумана многие все равно предались панике. В-третьих, убийство бывшего монаха У Цю. Это тоже сделал не тот, кто придумал представление об одержимости.
— Что⁈ — воскликнул Чань Юань, подскочив со своего места. — Хотите сказать, что среди нас двое убийц⁈
Ларт одарил его хитрой улыбкой.
— Я продолжу, с вашего позволения.
— Несмотря на то, что преступник узнал про туман, он не мог полагаться только на случай, поэтому подготовил дополнительные инструменты. Если смешать аммиак и соляную кислоту — выделится густой белый дым, что очень напоминает туман. Именно это было использовано в момент представления с одержимостью Лю Жэня. На досках остался след от химической реакции.
— Представления? Но позвольте! Мы все видели, что он не смог вытащить свой меч из ножен!
Ларт подошел к стыку пола, где заканчивался обзорный салон и начинался нос корабля — там была небольшая ступенька в три пальца высотой. Он стукнул носом сапога в нужном месте, и дощечка тут же отвалилась, явив всем скрытую полость. Наклонившись, Ларт достал оттуда меч.
— Я поражен, господа, что после представления никто из вас не задался вопросом, куда делся бессмертный меч господина Лю.
— Я!.. Я полагал, что его забрал призрак! — воскликнул Ду Фан.
Ларт бросил ему меч, и новеллист инстинктивно поймал его.
— Попробуйте вынуть, — предложил Ларт.
— Это невозможно! — воскликнул новеллист. Он подергал рукоять меча без особого энтузиазма и вернул Ларту.
Тот повертел меч в руках, щелкнул ногтем и вновь передал меч новеллисту.
— А теперь?
Ду Фан с недоверием поглядел на заклинателя, но все же попытался еще раз. На сей раз меч вышел из ножен без особого сопротивления, и сам новеллист пораженно уставился на лезвие, явно не веря тому, что сделал.
— Как это возможно⁈ — воскликнул Чань Юань.
— А вы могли бы и догадаться, — усмехнулся Ларт. — Вы ведь не верите в призраков.
Чань Юань помолчал и предположил:
— Скрытый механизм?
— Именно так. У рукояти есть скрытый механизм. Если активировать его — он блокирует ножны и не дает достать из них меч. Полагаю, Лю Жэнь был именно тем, кто установил его. Так он мог разыгрывать свое представление, выдавая обычный меч за бессмертный, выбравший его единственным хозяином.
— Но если он знал о механизме, отчего был так поражен? — непонимающе спросил Су Циан. — Почему не смог вынуть меч?
— Кто-то сломал защелку, и ее заклинило. Рассказать о механизме — все равно, что признать, что обманывал всех вокруг. Даже в нетрезвом состоянии ума Лю Жэнь не смог решиться на такое. Ранее я замечал у него признаки наркотического опьянения. Иногда он вел себя неадекватно экспрессивно и впадал в буйство. Можно было бы решить, что это все черта его характера, однако я нашел в их с Лю Янь каюте интересную травку, на первый взгляд напоминающую обычные благовония. Сагандали — в больших дозах вызывает сильные головные боли, нарушение работы почек и сердца, а также галлюцинации и бредовые состояния, в малых — возбуждает нервную систему и укрепляет иммунитет. Лю Янь очень часто просила служанку заварить мужу чая, не так ли?
Сули бросила взгляд на Лю Янь.
— Госпожа?
Жена Лю продолжала все так же криво улыбаться. Она перевела взгляд на Ларта и заявила:
— Это был всего лишь тонизирующий чай, который мы вместе купили у торговца в Суаньфэе. Я ничего не смыслю в травах, но не думаю, что те дозы чая, которые пил мой муж, могли вызвать негативный эффект.
Она говорила твердо и смотрела на Ларта спокойным бесстыжим взглядом, будто успела забыть, что именно она пыталась убить следователя не более получаса назад.
Ларт вернул ей такую же кривую улыбку и сказал:
— Вы правы, доказать, что дозы сагандали превышали рекомендованные не так просто, лишь тщательное исследование тела сможет пролить свет. В преданности Сули я так же не сомневаюсь, поэтому не могу заставить ее говорить. — Он посмотрел на служанку и продолжил, обращаясь к ней: — Послушайте, что я скажу дальше, и сами примите решение.
— Итак, преступник заранее все продумал. Постепенно накачивал Лю Жэня наркотиком, чтобы тот становился все более неуравновешенным, чтобы в нужный момент, когда какая-то мелочь спровоцирует его, разыграть представление. Но Лю Жэнь оказался более агрессивным, чем предполагалось, не так ли? Все ли помнят, что кричала Лю Янь, когда ее мужа обвинили в одержимости?
Ларт на мгновение прервался, вопросительным взглядом обведя обзорный салон. Никто не проявил инициативу, поэтому он продолжил:
— Она кричала: «Он в самом деле свихнулся!». В самом деле. Очень странная формулировка, если вспомнить, что она и раньше обвиняла его в несдержанности. Однако в тот момент, когда он напал на нее, она испугалась по-настоящему, потому что перестала контролировать ситуацию.
Но, кроме этой маленькой оговорки, все прошло гладко. Как и планировалось, Лю Жэнь не смог достать меч из ножен, и все решили, что он одержим. По плану с ним должны были сражаться и убить. К сожалению преступника, на борту оказались заклинатели, способные пленить призрака — это не входило в расчеты. Лю Жэня заперли в трюме. Необходимо было действовать быстро: без новой дозы «чая» Лю Жэнь бы достаточно быстро пришел в себя, но еще быстрее корабль достиг бы Эхха. Тогда с делом разбирались бы местные власти и, скорее всего, отпустили бы уже вменяемого Лю Жэня. Дальнейший план родился быстро: меня решено было усыпить, чтобы я не мешался во время основного действа. Полагаю, доза все же была рассчитана на крепкий сон, а не тихую смерть — в то время Лю Янь еще надеялась обойтись одним убийством. Затем она дождалась вечера и при свидетелях разыграла представление и ранила Тан Илань. Ее истерика тоже была наигранной, но благодаря ей малышка Ци всю ночь не отходила от ее кровати, тем самым создавая ей алиби.
— Но постойте, — вмешался Су Циан. — Если у Лю Янь есть алиби на всю ночь, она никак не могла убить Лю
