«Ого! Наконец я снова в настоящем мире!» Она с трудом сдерживает восторг, и даже забывает дуться на Садека за то, что в постановке его декартова театра на тему пуританского ада он принял ее за актера. «Смотри, это ДМЗ!»
Они стоят на поросшем травой холмике и смотрят вниз, на сверкающий средиземноморский городок. Он дремлет под светом несолнца — размытый сгусток, похожий на сияющий фрактал Мандельброта, висит в фокусе гиперболического ландшафта, раскрывающегося перед ними и уходящего в непостижимую даль. В стенах мира, разделенные регулярными интервалами, открываются синие, как глаза младенца, колодцы — проходы в другие части пространства-многообразия. «Насколько оно большое, дух? В единицах симуляции планеты?»
«Демилитаризованная зона — вложенная реальность, пропускающая через себя все потоки данных между местным маршрутизатором и построившей его цивилизацией. Она занимает примерно одну тысячную мощности мозга-матрешки, частью которого является, но вышедшая из-под контроля утечка, действующая сейчас, поглотила большую часть этой мощности. Мозг-матрешка, ты знакома с этим понятием?» Дух говорит суетливо и педантично.
Садек качает головой. Амбер вопросительно смотрит на него. «Возьми все планеты звездной системы и разбери их» — объясняет она. «Обрати их в пыль, и собери из нее нанокомпьютеры, получающие энергию от теплообменников. Они распределены по концентрическим орбитам вокруг центральной звезды, на внутренних температура приближается к точке плавления железа, внешние — холоднее жидкого азота, и каждый следующий слой работает на сбросовом тепле предыдущего. Это примерно как русская матрешка, сделанная из сфер Дайсона, оболочка внутри оболочки внутри оболочки. Но для поддержания человеческой жизни она не подходит. Это компьютроний, материя, оптимизированная на атомном уровне для проведения вычислений — на ней могут жить только выгрузки. Папа рассчитывал, что наша собственная Солнечная система может разместить, м-м-м, в сто миллиардов раз больше сознаний, чем Земля — по скромным оценкам. И все это — в качестве выгрузок, живущих в сим-пространстве. Сначала надо только разобрать все планеты и построить из полученного материала мозг-матрешку».
«А-а». Садек задумчиво кивает. «Это совпадает и с вашим определением?» — спрашивает он, глядя на светящуюся точку, которой дух обозначает свое присутствие.
«По сути» — нехотя признает тот.
«По сути?» Амбер оглядывается. Миллиард неисследованных миров, думает она, чувствуя головокружение. И это только сетевой фильтр? И все же Амбер не может отделатьсяот ощущения, будто здесь что-то не так.
Да, нужно быть чем-то большим, чем человек, просто чтобы голова не пошла кругом от больших чисел, описывающих здешний размах. Но во всем происходящем нет ничего принципиально непонимаемого. Отец говорил, что в такой цивилизации доведется жить Амбер спустя время, меньшее срока существования ее биологического тела. Но одно дело — Земля 2020-х: отец с приятелями, распевающие «Ликвидировать Луну! Метаболизировать Марс!» в замке под Прагой в ожидании результатов бесстыже подтасованных выборов, Партия Космоса и Свободы, пробивающаяся в лидеры в ЕС и выходящая на вторую космическую скорость, и все, что за этим последовало. А совсем другое — древняя инопланетная цивилизация в килопарсеках от дома. Где экзотическая сверхнаука? Как насчет нейронных звезд, сверхплотных солнц из странной материи, структурированной для вычислений не на атомных и электронных, а на ядерных скоростях? Не нравится мне это, думает она и генерирует копию себя, чтобы та установила канал личной связи с Садеком. Они недостаточно развиты. Как ты думаешь, могут ли эти парни быть чем-то вроде Вунча? Паразитами или варварами, едущими без спроса и билета?
Ты думаешь, что они нам лгут? — отправляет Садек в ответ.
«Гм-м». Амбер идет к площади внизу, в сердце поддельного города. «Слишком они похожи на людей».
«На людей». В голосе Садека звучит странная тоска. «Ты говорила, что люди вымерли?»
«Ваш вид устарел» — надменно говорит дух. «Неадекватно адаптирован к искусственным реальностям. Плохо оптимизированные цепи, избыточно сложные узкополосные сенсоры, неразбериха в глобальных переменных…»
«Да, да, я поняла» — говорит Амбер, переключая свое внимание на город. «Почему ты тогда думаешь, что мы можем справиться с этим инопланетным богом, с которым у вас неприятности?»
«Он звал вас» — говорит дух, сужаясь из эллипса в линию, и затем сжимаясь в безразмерную ярко сверкающую точку. «И он идет сюда! Мы-согласное не желает подвергаться риску экспозиции. Позови нас-меня, когда победишь дракона! До встречи!»
«О, черт…» Амбер оборачивается, но духа больше нет — только они с Садеком остались под жарким солнечным светом. Площадь похожа на ту, другую, в Республике-Приюте — очаровательна и по-деревенски проста. Но в городе нет никого и ничего, кроме только узорчатых чугунных скамеек под ярким полуденным солнцем, стола с солнечным зонтом над ним, и чего-то пушистого, разлегшегося рядом в пятне солнечного света.
«Похоже, теперь мы одни» — говорит Садек. Он криво ухмыляется и кивает в сторону стола. «Может быть, нам стоит подождать в теньке, пока не явится неприятель?»
«Неприятель». Амбер озирается по сторонам. «Похоже, дух крепко побаивается этого инопланетянина. Интересно, почему?»
«Инопланетянин желал нас встретить». Садек подходит к столу, отодвигает стул и осторожно садится. «Это может быть очень хорошими новостями… Или очень плохими».
«Гм-м-м». Амбер завершает осмотр окрестностей, и не находит признаков жизни. Не придумав чего-нибудь получше, она осторожно подходит к столу и садится напротив Садека. Он, похоже, немного нервничает под ее взглядом — хотя может быть, он просто смущается от того, что увидел ее в белье. Случись со мной такая же загробная жизнь, я бы тоже смутилась, думает Амбер наедине с собой.
«Эй, ты чуть не наступила на…» Садек замирает, озадаченно глядя на что-то у левой ступни Амбер. Потом он широко улыбается. «Что ты здесь делаешь?» — спрашивает он у слепого пятна в поле зрения Амбер.
«С кем ты говоришь?» — пораженно спрашивает она.
«Он говорит со мной дурашка» — отвечает из слепого пятна что-то невероятно знакомое. «Так эти чмошники пытаются использовть тебя чтобы прогнать меня? То же мне, придумали».
«Кто…» Амбер прищуривается, глядя брусчатку. Она генерирует толпу отражений, и те наседают на ключи модификации реальности. Слепому пятну все ни по чем. «Ты тот инопланетянин?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
