— Похоже, война началась.
— Да, — сказал дракон, — а я ведь думал, что еще в мире поживем.
Затем, выдохнув, сказал:
— Нам нужно взобраться на стену и дать им бой! Мируэль, помоги воинам держать ворота-если они прорвутся, нам не избежать гибели. Элендил, мы с тобой полезем на стену и будем сбивать лестницы и сбрасывать со стены этих гадов, кем бы они ни были. Защитим этот город, как защищали его в те страшные времена! Вперед!
С этими словами он полетел на стену. Элендил, посмотрев на Мируэля, как-будто в последний раз, сказал:
— Сражайся храбро, как твои отец и дед! Пусть удача будет с тобой! Да сохранит тебя Зевс!
С этими словами он ринулся по лестнице на стену.
— Ты только береги себя, — только и успел сказать Мируэль. Грустно посмотрев вслед своему товарищу, он ринулся к воротам.
Глава III
Пылающий город освещал непроглядную тьму той морозной зимней ночи. На каждой улице, в каждом доме люди тушили пожары, не потухавшие ни на минуту из-за постоянного обстрела вражескими войсками. Весь город напоминал один большой костер, который поддерживался все новыми и новыми дровами в виде домов и других построек. Горели склады, лавки, трактиры, даже храм Зевса, который был практически целиком сделан из камня, полыхал, словно спичечный коробок. На стенах не утихала жестокая резня, в которой каждую минуту гибли сотни защитников и нападавших. Кровь реками лилась с защитных зубцов и самих стен, окрашивая только что выпавший снег в ярко красный цвет. Повсюду лежали убитые и раненые, слышались стоны изувеченных и хрипы умирающих. За несколько часов Эльдорас из праздничного города превратился в безжизненные руины.
У ворот все еще сохранялась напряженная обстановка: тараны во всю колотили в дубовые двери, обитые железными листами, сотрясая их все сильнее с каждой минутой. Мируэль держал ворота вместе с остальными солдатами, которые напрягая каждый мускул своих изнуренных тел, подпирали их, стараясь продержаться как можно дольше.
— Напирайте на ворота! — кричал он, буквально вгрызаясь руками в деревянные ворота. — Если они пробьют хоть одну маленькую брешь, город падет! Стойте насмерть, воины Эльдораса, чтобы ни один враг не пробился через эти ворота! Ни один!
С этими словами он с еще большей силой навалился на дубовые двери. Стрелы со стороны противника летели черными тучами, стаями вонзаясь в многострадальную Эльдорасскую землю и в тела ее храбрых защитников. Каждую минуту на холодный снег падали безжизненные тела воинов, души которых так жадно собирала смерть своим черным серпом с колосьев их короткой жизни.
На самой стене защитники уже стояли не на каменных плитах, в на человеческих телах, как врагов, так и друзей. Элендил, делая переменные взмахи и удары своими клинками, отправлял на тот свет каждого, кто осмелился бы приблизиться к нему. Вот с лестницы спрыгивает ошалелый воин, с безумными глазами, готовый изрешетить любого, кто встанет у него на пути. В руках у него огромный топор, который без труда, словно нож мясника, разрубает трех воинов пополам. Эльф, не растерявшись, подбегает к нему и вонзает один меч в шею, другой в лоб, и со всей силы выдергивает голову из тела. Пошатнувшись, безжизненное туловище падает вниз со стены. Но тут же с лестниц спрыгивает еще больше воинов, человек десять и Элендил снова принимается за дело. Вонзая меч в очередного врага, он с ужасом замечает, что к стене движется нечто огромное, нечто пробирающее до самых костей: огромная коробка, установленная лафет, опирающийся на два громадных деревянных колеса, медленно приближалась к городу. Вся площадь этой коробки была разделена на множество мелких квадратов, в каждом из которых находилось по несколько странных круглых объектов, величиной с арбуз. По бокам ее были установлены площадки, на каждой из которых стояло около десяти человек. Увидев, что там началась суета, он закричал:
— Мируэль! Что это за штука?
— Какая? — уточнил Мируэль, вонзая клинок в очередного врага. В это время на стену приземлился дракон, впечатав очередного вражеского воина в каменную стену.
— Вы тоже это видели? — спросил он, вглядываясь вдаль.
— Зевс милосердный! — воскликнул Мируэль, наконец посмотрев на странное орудие. — Я никогда раньше такого не видел.
— Дело дрянь! — сказал дракон. Затем он закричал:
— Всем быстро со стены! Быстрее!
Услышав это, некоторые начали быстро спускаться вниз. Другие, не расслышав, продолжали сражаться. В это время на площадке странного агрегата, капитан артиллерийского отряда отдал приказ: «Принести факел!», затем, обратившись к стоящему с посохом старику в бордовом балахоне, который знаком читателю, как Тейнорус, сказал:
— Все готово к запуску, ваше Беспощадство!
Тот, со злобной улыбкой посмотрев на охваченный вдалеке пламенем город, сказал:
— Во второй раз вам нас не одолеть! Беги к фитилю и жди моей команды!
Кивнув в ответ, солдат побежал к назначенному месту. В это время Тейнорус, который стоял на площадке вместе с Быстросмертом, братом убитого Хранителем Добра Смертозуба, сказал:
— Вот видишь, Быстросмерт, как все быстро закончилось?
— Да, — с явной досадой ответил тот. — Жаль, что я не успел отомстить за брата…
— Поверь мне, Быстросмерт, смерть твоего брата отомщена в полной мере!
— Но я… — в этот момент голос Тейноруса прервал Быстросмерта. — Огонь!
Еще секунда и тысячи горящих игл осветили ночное небо, с жутким, раздирающим слух звуком, вырвались из коробки и стаей полетели в сторону Эльдораса. Через мгновение бессчетное количество взрывов и огненных вспышек потрясли Эльдорас. В тот момент казалось, будто преисподняя разверзлась под городом, и тот растворился в адском пламени Тартара.
— Вот и все, — удовлетворенно сказал Тейнорус, озирая пылающую твердыню. — Теперь можем уходить. Трубите отход!
В этот момент раздался звук горна и огромная масса войск двинулась в обход города, чтобы продолжить свой кровавый поход по землям Объединенных королевств…
…Мируэль проснулся от криков и стонов, раздиравших ночную тишину. Попытавшись встать, он почувствовал, что что-то в ноге мешает ему встать. То, что он увидел, посмотрев на ногу, заставило его закричать от ужаса: нога в области коленного сустава была проколота деревянными колом, отлетевшим от осадной лестницы; голень и стопа безжизненно болтались на коже и кусках мышц, перебитых осколком ядра катапульты. Боли он не чувствовал, но понял, что дело серьезное. Осознав, что не сможет встать, Мируэль, отталкиваясь руками от земли, стараясь не шевелить ногой, медленно двигался подальше от стены. Глазами он рыскал в поисках Элендила или дракона, но их нигде не было видно. Вместо их он видел солдат, мертвых, раненых с жуткими увечьями: у некоторых были оторваны обе ноги, из которых на землю маленькими струйками лилась кровь; некоторые, пытаясь трясущимися руками запихнуть обратно вывалившиеся внутренности, судорожно тряслись от потери крови; были те, которым повезло больше: они целые и невредимые ходили вокруг и оглядывались по сторонам своими шокированными и испуганными глазами. Мируэль, осмотревшись, приметил палку, которую он не замедлил взять. Оперевшись на нее, он медленно поднялся и осторожно, волоча за собой перебитую ногу, заковылял по главной улице.
