— Ты это придумала, чтобы не подпустить к себе рыцаря? — спросила Изабель.
Девушка кивнула.
— Он меня опять напугал. Похоже, Сарпедон постоянно находится в нем, даже тогда, когда Андрас выглядит совершенно нормально. Но стоит мне хоть что-то сделать или сказать не так, и Сарпедон сразу вырывается наружу.
— Ну, тогда неудивительно, что рыцарь выглядит больным, — задумчиво сказала Изабель.
— Я так рада, что все это скоро кончится! Не знаю, как бы мне удалось долго избегать общества сэра Андраса.
— Да, в церкви ты навела полный порядок, а кухня уже превратилась в целый лес сохнущих вокруг лечебных трав, — согласилась Изабель.
— Могу также поклясться, что на грядках с травами не найти ни единого сорняка.
— Тогда и в самом деле болезнь — лучшее, что можно придумать.
Кики весело улыбнулась.
— Ну и как ты собираешься меня лечить?
— О! Думаю, нам следует начать с подогретого вина с кое-какими сушеными травами и, возможно, наложить припарку тебе на грудь, чтобы облегчить этот ужасный кашель.
Кики сморщила нос, и Изабель рассмеялась.
— Я не против вина, — заявила девушка, — но вот припарка меня пугает. Из чего ты ее делаешь? Из лягушачьих хвостов и языка ящерицы?
— Предпочтешь сэра Андраса или припарку?
— Выбираю лягушачий хвост! — решительно заявила Кики.
Изабель бодро хихикнула, забирая с туалетного стола кувшин и таз.
— Надо сделать так, чтобы отсюда шел серьезный запах… тогда рыцарю захочется держаться как можно дальше от твоей комнаты.
— Полагаю, это означает, что мне придется просидеть взаперти и сегодня вечером, и весь завтрашний день, — вздохнула Кики.
— Это значит, что если даже ты будешь выглядеть достаточно хорошо для прогулки, сэр Андрас пожертвует ею ради здоровья своей драгоценной нареченной.
— Ух! — выдохнула Кики.
— Именно, — согласилась Изабель, направляясь к двери, — Я приготовлю для тебя снадобья и вернусь как можно скорее.
— Только не готовь их слишком уж долго.
— Ровно столько, сколько понадобится, чтобы наловить лягушек и ящериц.
Скрипучий смех Изабель затих за дверью.
Глава двадцать седьмая
— Упс! Я-то думала, ты шутишь насчет лягушачьих хвостов. Эта смесь воняет просто ужасно! Чего ты в нее напихала? — спросила Кики, шарахаясь от Изабель, снявшей крышку с кувшина. Кики показалось, что она видит волны ужасной вони, распространявшиеся из посудины.
— Здесь полевая горчица, чеснок, свиное сало и овечья моча, — пояснила Изабель, зловеще улыбаясь, — Это древний рецепт снадобья от мокрого кашля.
— У меня нет мокрого кашля, — возразила Кики, пятясь назад и прячась от Изабель за узкой кроватью.
— Но рыцарь должен верить, что у тебя он есть.
— А нельзя просто налить этой штуки под дверь? Я уверена, он почует этот запах даже сквозь шесть дюймов древесины!
Изабель засмеялась.
— Думаю, мы можем окунуть в кувшин тряпки и помахать ими в комнате. Это уж точно отгонит сэра рыцаря подальше.
— Это отгонит и Андраса, и его воинов, и братьев, и всех известных человеку тварей, — согласилась Кики, нервно поглядывая на кувшин, который Изабель водрузила на комод. — А нельзя подождать с этим, пока я пообедаю?
— Ты слишком привередлива для женщины, которая вроде как ужасно больна, — насмешливо сказала Изабель.
— Ну, я же принцесса…
— Это заметно.
Они весело переглянулись, и Кики, благодарно кивнув старой служанке, с удовольствием принялась за вкуснейшее тушеное мясо.
— Забавно, конечно, однако болезнь ничуть не повлияла на мой аппетит, — с набитым ртом сообщила Кики.
— Рада это видеть, — Изабель вернулась к основательно нагруженному подносу.
— Выглядит так, словно тут одни только кувшины с припарками. Просто не верится, что можно так тяжело заболеть- Кики нахмурилась. — По крайней мере, так заболеть и остаться в живых.
— Да, наверное, я перестаралась с лекарствами, но это ведь так понятно! Мне никогда раньше не приходилось лечить больных принцесс.
Она сняла чистый лоскут, прикрывавший один из кувшинов, и Кики заранее поморщилась, однако вместо вони овечьей мочи почуяла аромат тушеного мяса.
— Тут больше, чем ты сможешь съесть. Я положу в твою тарелку еще, а выглядеть это будет так, будто из-за болезни ты почти ничего не ела.
— Ты просто гений, Изабель!
— Я всего лишь мудрая женщина, принцесса, — с довольным видом ответила Изабель.
Кики взяла кубок с вином, но вдруг засомневалась.
— А в вине нет ничего такого ужасного?
— Только полезные травы. Они всего лишь помогут тебе успокоиться.
Кики принюхалась к вину.
— Пахнет неплохо.
Изабель взяла второй кубок и сделала большой глоток.
Кики облегченно улыбнулась и тоже выпила.
— Вкусно!
— А чего ты удивляешься? — проворчала Изабель. — Это же я делала.
— Ну, ты и припарку приготовила, — напомнила ей девушка.
— Нет, припарку делали Бронвин и Гвенит, — отмахнулась старая служанка, — Они большие мастерицы готовить целебные смеси. И прислали тебе лекарство с любовью.
— Ну, только их любовь и мое отвращение к Сарпедону могут заставить меня держать этот составчик где-нибудь поблизости, — сказала Кики, с большим подозрением косясь на кувшин с лекарством.
Изабель хрипло хихикнула.
— Они очень старались. Ты бы видела, как они это готовили. «Добавь-ка еще немного мочи, ладно? Принцессе только лучше от этого станет», — Изабель передразнила женщин так точно, что Кики, расхохотавшись, чуть не пролила вино.
— Как думаешь, если я должна сидеть здесь безвылазно, другие женщины могут зайти навестить меня? — спросила Кики, — Может, мы в последний раз увидимся…
— Они придут, — ответила Изабель, подливая еще вина им обеим. — И довольно говорить об этом. Мы еще повидаемся. Это не последний раз.
Кики решительно кивнула.
— Да, ты права, конечно. Вряд ли я смогу вернуться в свое время, я просто стану… ну… жить в более мокром месте.
Они обменялись улыбками и выпили еще вина.
— Ундина, а ты не расскажешь мне о твоем времени?
Кики пожала плечами.
— Конечно!
И тут она вдруг поняла, что не знает, как рассказать о двадцать первом веке средневековой женщине, которая никогда не покидала свой дом и не бывала даже в соседних деревнях.
— А ты хотела узнать что-то конкретное? — спросила она, надеясь на подсказку.
— Я хочу знать, как в твое время готовят еду, — уверенно ответила старая служанка.
