традиции нужно уважать. Но почему ты считаешь, что не отвечаешь им?
– Я уже сказала: происхождение…
– А так ли хорошо тебе известно твое происхождение? Только то, что записано в официальных свидетельствах? Но скажи: неужели никто из твоих предков не служил в Жилищах Донков? Великих донков Мармика? Вспомни: ведь и весь Сомонт в старину был лишь поселением, где жили воины и все, кто прислуживал Жилищу. В том числе и женщины, конечно. И в Жилище Мармиков, как оно тогда называлось, жило немало и донков – тех, кто позже был наделен землями в разных краях Ассарта. Как и самые смелые, отличавшиеся в боях воины – они тоже со временем становились донками. Нравы в те, да и в более поздние времена были достаточно вольными; скажи, можешь ты поклясться Великой Рыбой в том, что кто-то из женщин, от которых ты происходишь, не прижил ребенка от воина или донка, а может быть, и от кого-то из Мармиков? Можешь? Вот так же, как ты – от Изара…
Леза невольно усмехнулась:
– Не берусь отвечать за нравственность женщин – даже и в наше время. Я… Они…
Она чуть не сказала было: и я ведь сама пришла к Изару, в конце концов, и не думала тогда ни о какой морали, ни о его жене – вообще ни о чем. А не Изар – был бы в конце концов Миграт – та же, как оказалось, кровь…
– То есть, – продолжал Охранитель, – ты не можешь поручиться, что в жилах твоих не течет кровь благородных донков?
Леза чуть выпрямилась на стуле. И глянула уже иначе: без малого как равная на равного.
– Ну, если тебе угодно – не могу. Но ведь это – не единственное требование…
– Прекрасно, разберемся же в остальных. Жемчужина Ястра: она, по-твоему, занимает свое место в согласии с традициями?
– Хоть я и ненавижу ее, но должна признать: да.
– А почему? Потому, что она делила ложе с предыдущим Властелином, отцом настоящего. И еще: потому, что она прошла обряд Унижения, не так ли? То есть потому, что была изнасилована прилюдно. Согласна?
– Это так.
– Ну а ты? – спросил Охранитель после совсем непродолжительной паузы, спросил новым голосом – тихо, даже вкрадчиво: – А ты разве не делила ложе с предыдущим Властелином Изаром?
– Разве он – предыдущий?
– Именно так. Не далее как вчера собрание всех донков Ассарта низложило его – в пользу Наследника.
– Я не знала…
– Постой, еще не все. Скажи: а сколько раз прошла Унижение ты сама? Вот здесь. И прилюдно: разве солдаты уединялись, когда насиловали тебя?
Вот когда оказалось, что глаза этой женщины способны работать, как десантные лазерные деструкторы, – такие лучи ударили из-под век: у Охранителя даже сердце екнуло.
– Эта райская птичка… она на моем месте давно испустила бы дух. Или с ума сошла…
– И после этого ты считаешь, что Традиция – против тебя?
Она откинула голову:
– Да если бы и за меня – кто мне поможет? Тут нужна сила.
– Она есть, – ответил он торжествующе. – Это – моя сила. И я поставлю ее на службу тебе.
Леза с подозрением глянула на него. Спросила, не понимая, видимо, в чем дело:
– Может быть, ты все-таки любишь меня?
Он улыбнулся:
– Не так, как ты думаешь. В таком смысле я… никого не люблю. Но ты можешь стать моей союзницей. Я отдам тебе – твоему сыну – Ассарт. А ты мне за это – то, что я попрошу. Или потребую, все равно.
– Что же это может быть – если я сама тебе не нужна?
– То, что тебе самой не понадобится: право и возможность исследовать подземелья Жилища Власти.
Она явно удивилась:
– И только-то?
– Больше ничего мне не нужно.
– Тут какой-то подвох… – подумала Леза вслух.
– Подумай: что такого может крыться в моем предложении? Подумай: взять то, что я тебе даю, – или остаться тут; а ведь солдат еще много, и не каждый раз рядом будет кто-то, кто тебя защитит.
– Ты сказал, что Ур Сют будет со мною?
– Если ты согласишься – то хоть всю жизнь.
Леза молчала, опустив глаза.
– Подумай, – сказал Охранитель. – Хорошо подумай!
Она встала, и Охранитель по-настоящему удивился: как резко может измениться женщина за какой-то час, даже оставаясь в том же отрепье.
– Я согласна, – сказала она. – Мой сын – Властелин по праву.
– Да будет так, – подтвердил Охранитель.
Глава пятнадцатая
1
Охранитель вновь подошел к двери.
– Ур Сют! Немедленно генерала Ги Ора – ко мне!
– Слушшш, – донеслось снаружи.
На сей раз тишина длилась более трех минут. Ее нарушил низкий, с хрипотцой бас генерала Ги Ора:
– Предводитель, по вашему приказанию…
Охранитель кивнул.
Всякий раз, когда ему приходилось общаться с генералом, Охранитель испытывал удовлетворение. Так и должен был выглядеть, по его разумению, каждый из подчиненных Предводителю Армад старших военачальников: подтянутым, опрятным, имеющим при себе лишь то оружие, что полагалось ему по правилам той армии, в которой он служил всю жизнь. В данном случае – армии из малонаселенного, но достаточно воинственного мирка Агур. Охранитель знал, что армия эта – в процентах ко всему населению – была больше любой другой в скоплении Нагор; легкие, вполне современные крейсеры ее Внешнего Флота – иными словами, космических сил – при случае, как было всем известно, не брезговали и пиратством, но до сих пор ни разу не были пойманы с поличным. Уже одно это говорило о решительности тамошних командиров, как и о равнодушном их отношении к проблемам морали. Именно таким был и Ги Ор. Или, во всяком случае, сейчас, свободно, хотя и ни в коем случае не расслабленно стоя перед Предводителем, генерал, в своем черном, хорошо вычищенном, несмотря на стесненные бытовые условия, комбинезоне, производил в точности такое впечатление.
Охранитель, полюбовавшись, предложил генералу сесть и без всяких предисловий заговорил о деле.
– Генерал, какие известия от нашей группы, вышедшей на охоту? Установлено, где находится Изар Мармик?
– Хорошие известия, Предводитель. Дорога оседлана. Движение по ней слабое. Зверь еще не появлялся. Сведения, как и приказано, получаем по цепи связных через каждые полчаса.
– Ну ладно. Теперь сообщите: как продвинулось дело с подготовкой операции «Эпилог»?
– Все в порядке, Предводитель. Разработка закончена. Я как раз намеревался доложить вам.
– Так что можно начинать сосредоточение?
– Как только прикажете.
– Прекрасно. Но это не все. Мне нужен ваш совет, генерал.
Ги Ор лишь слегка наклонил голову:
– Всегда к вашим услугам.
– Вам известна не хуже, чем мне, обстановка вокруг Жилища
