та вежливо отказалась.
– Я в этом году чудить не буду, – вдруг посерьезнев выдала Оля.
– А тебе и не надо, – Нарине зашлась в диком ржаче, – тебе прошлого раза на всю жизнь хватит.
– Рассказывайте, – я с энтузиазмом посмотрела на Олю.
– Вынесла ворота усадьбы, когда выезжала, – она поставила перед нами еще один тазик для салата, – не заметила их в темноте.
– Они же такие незаметные – ворота, – Карина уткнулась Нарине в плечо и продолжила смеяться.
– Я уже объясняла, была на эмоциях. У Димы давление скакануло из-за бани, между прочим в больницу его везла. Слезы пеленой, нервы на пределе.
– Да мы все понимаем, – Нарине изобразила каменное лицо.
– Ай ну вас, Дима поставил новые.
– А ты чем отличилась? – я посмотрела на притихшую Лизу. Ну должен же в ней быть хоть один изъян, хотя бы маленький. Пожалуйста.
– Не трогай святую Елизавету, – Света вздохнула и мои надежды рухнули, – наш колокольчик почти все время наверху в комнате просидел.
– Миша не любит, когда я пью, – немного извиняясь, улыбнулась она и обняла ладонями кружку.
Идеальная. Блестящие каштановые волосы уложены мягкой волной на плече. Белая рубашка обтягивает грудь-двоечку. Не девочка, а куколка – аккуратный острый носик, пушистые бровки, глубокие карие глаза с искринками, губки бантиком, растягивающиеся в теплой улыбке. И голос – мелодичный и нежный. Лиза воплощение идеальной жены миллионера и даже первую леди способна затмить манерами.
Мне с моими парнушными сиськами, рыжей вульгарной шевелюрой и объемной задницей с ней не сравниться даже близко. Миша, конечно, прав, что выбрал ее, как бы ни было больно смотреть правде в глаза.
Наш женский треп прервали мужчины. Они ввалились с улицы и принесли с собой морозный воздух и вкусное мясо. Денис с Мишей отправились откупоривать алкоголь, пока мы с девочками быстренько донакрывали стол.
В воздухе витало хорошее настроение, ожидание отличного отдыха и смех. Все шумно рассаживались по местам, разливали алкоголь и напитки. Сочное мясо перекочевало на тарелки с нарезанными овощами или салатом. Кто-нибудь просто обязан был отличился. И Оля оказалась вегетарианкой, быстро прочитала маленькую речь о вреде мяса и как мы сгорим в аду от токсинов и несварения. Все поддержали ее тостом и принялись это самое мясо уничтожать. Девушка закатила глаза и переключилась на жаренный в лаваше сулугуни.
Я старалась есть с аппетитом, позволяла Демиду макать свой шашлык в соус на моей тарелке и попивала вино. О Мише и Лизе, сидящих напротив, думать себе запретила. И смотреть тоже. Передо мной белое пятно и все тут! Ну вот на кой они сели напротив? Стол же огромный, но как все равно мне в наказание.
Разговоры за столом шли разнообразные. Мужчины обсуждали работу и охоту, Влад трепался про рыбалку неожиданно с Кариной. Остальные девочки или молча слушали или шушукались о своем – шмотки, бутики, новые процедуры для волос. Демид постоянно шутил, изредка подкалывал меня и постоянно поглаживал по ладони. Со стороны мы выглядели вполне гармоничной парой. Не хуже Миши с Лизой.
И в голову пришла шальная мысль, а почему нет? Смысл и дальше по Мише страдать, если заполучить его у меня не получится. Мой максимум это еще одна встреча в секс-клубе и следующая, если Мише все так же будет нравиться. А готова ли я становиться любовницей? Ведь это то, чего я в жизни хотела меньше всего.
Мне всегда это казалось недостойный – прикасаться к чужому мужчине. Занятому, пусть даже он и не заморочен на верности. Но для меня это важно.
Бросила на Демида мимолетный взгляд, улыбнулась и прижалась своим плечом к его. На лице Демида промелькнуло удивление, но он тут же поддержал мое настроение и приобнял за плечи. Шепнул мне на ухо, как сексуально я ем шашлык и облизываю пальцы. Попросил облизать и ему что-нибудь.
Боже, этот человек никогда не изменится. Закатила глаза и вздохнула. Он вообще только со мной такой, потому что мне деваться некуда или со всеми женщинами? Надо бы уточнить у Леночки.
После обеда мы девочками дружно убрали со стола, а мужчины переместились в гостиную, где продолжили разговаривать и выпивать. Дима прикрыл двери, отрезав их от нас.
– Серьезные какие, – фыркнула Карина и опять потянулась за вином, – час еще языками почешут и в баню пойдут. Вот тогда уже можно будет расслабиться окончательно.
– Отлично, – я порылась в сумочке и вытащила пачку сигарет, – пойду, покурю, – бросила я рассеянно и отправилась на улицу.
Привалилась спиной к ограждению веранды и вдохнула холодный воздух, пытаясь немного протрезветь. Все же перебрала. Облокотилась на деревянное заграждение бедрами и подкурила, выдувая в воздух облако дыма.
Дверь дома хлопнула, по деревянному настилу раздались неспешные шаги и в метре от меня мужская фигура так же привалилась к ограждению. Знакомый парфюм защекотал нос и к горлу подкатил ком. Не могу ни слышать, ни видеть, вообще ничего. Слишком больно.
– Ты так и будешь все время делать вид, будто меня здесь нет? – Миша отпил из горлышка бутылки ром и поставил ее на перила. Ром. Видимо, в мужских компаниях, он предпочитает более крепкие напитки.
Глава 45
Скользнула взглядом по скрещенным на груди рукам, по шее и подбородку, выше к губам и остановилась. Отвела глаза в сторону улицы и затянулась сигаретой, стараясь не выдавать своего взбудораженного состояния.
– Будешь молчать? Что за детское поведение, Снежа? – в его насмешливом голосе ясно считалась усталость.
– Нам не о чем говорить, – пальцами свободной руки обхватила горлышко бутылки и сделала маленький глоток обжигающего крепостью алкоголя. Мда, такой идеальной, как Лиза мне не стать никогда.
– Вот как? – Миша запрокинул голову и выдохнул облачко теплого воздуха. Ладони расслабленно обхватили холодные перила веранды. Мороз, он и есть мороз. В джинсах и майке чувствует себя в минус вполне комфортно.
Вспомнилось, как Миша вышел за мной по снегу босиком, когда вокруг домика мела метель и в груди сдавило от тоски. Тогда все только начиналось – больно, сумбурно, душераздирающе. И с тех пор ничего
