– Не готовлю, – я протянула ладонь и пододвинула к себе чашку с кофе, которая, явно была сварена не для меня. Демид скривился, проследив за моим манёвром и хлопнул дверцей холодильника.
– Из статуса любовницы в статус жены ты не перейдешь никогда, – он перекинул на своем плече полотенце и раскинул завтрак на нас двоих.
– Ну спасибо, успокоил, – прыснула я и отпила кофе.
– Первый раз вижу, чтобы баба отказывалась от такой перспективы, – поставив передо мной тарелку, Демид подал мне вилку и присел напротив, – молод, богат, трахаюсь как бог. Что с тобой не так, Снежок?
– У тебя отвратительный характер, – я сосредоточилась на немного пригоревших сосисках и стрельнула глазами в сторону начальника, – мне кажется, на нижней полке был помидор.
– Не заметил, – Демид вытащил уже подвявший овощ и помыл под проточной водой, мне отрезал меньшую половину.
– Спасибо, – продолжила я свой завтрак, приготовленный мужчиной, но не тем, которым хотелось бы и постаралась не думать, что увижу сегодня Мишу с другой. Выпить бы по этому поводу бокальчик или два вина, но Демид точно откажет. Приехать на пикник с уже нетрезвой любовницей точно не вариант.
В машине мы дружно слушали техно, он держал меня за руку, мотивируя тем, что пора бы уже привыкать.
– Никогда не заводил служебных романов, – Демид вытащил из бардачка мятную жвачку и отсыпал мне пару подушечек, – думал, будет постоянный треш. А как оказалось, очень удобно.
– У нас нет романа, – скосилась на него обреченно.
– Да брось, Снежинка, все вокруг в курсе, что есть. И в офисе. И вообще, – подмигнул и выдул большой пузырь. Ну как ребенок иногда, – а ты в курсе, что если сказать человеку сто раз, что он дурак, то тот в это обязательно поверит.
– Намекаешь на то, что я должна смириться, поверить и расставить ноги?
– Аха, – растянулся в пошлой улыбке и заглянул мне в вырез шифоновой небесной блузки, – смирись.
Зажмурившись, я ударилась пару раз затылком о подголовник кресла и тихонько взвыла. Раздражает. Бесит. Вызывает острое желание прибить.
– Дыши глубже, а то сознание потеряешь, – донеслось до меня насмешливо.
– И ты обязательно сделаешь искусственное дыхание, – процедила я сквозь зубы, пытаясь вырвать из хвата свою ладонь.
– Приложу свои губы ко всем стратегически важным местам, – раздалось очень тихо рядом с ухом и горячее мятное дыхание обожгло кожу, вызывая неконтролируемую волну дрожи. Тут хочешь не хочешь, а среагируешь.
– Далеко еще? – глубоко вдохнув, отвернулась к окну и уставилась на унылый пейзаж. Снег частично сошел, оголяя проплешины земли и смешался с грязью. Я этот переходной период вообще не любила.
– Минут десять ехать и кратенький инструктаж для непонятливых.
– Начинай, – обреченно пробубнила, метнув раздраженный взгляд на его профиль.
– Для всех ты любишь меня не можешь. Постоянно трешься рядом, обнимаешь и изображаешь оголтелую фанатку.
– Нет.
– Второй вариант, – Демид крепче сжал мою ладонь, – изображаешь меркантильную любовницу-суку, которая брюлики берет, на работу себя взять вынудила, но особенный восторг от меня не испытывает.
– Я за второй, – закатила глаза к потолку дорогого внедорожника, – а ты что изображать будешь?
– Что люблю – не могу, – хмыкнул он, – так что все тебя осуждать будут.
– Переживу, – ответила ему кривой улыбкой.
– Тебе нравится быть стервой, Снежинка, – цокнул Демид, – далеко пойдешь, многих подсидишь.
– Да пошел ты, – стиснула зубы, понимая на что намек, но он все равно озвучил.
– Денис даже не удивился, когда узнал, что в Женеву едешь ты, а не он. И это только начало. Но с другой стороны, тот, что прет наверх, всегда оставляет за собой толпу обиженных.
– Эта поездка не мое решение.
– Знаю, Лаврова, – Демид, наконец, выпустил мою ладонь из своей, потому что мы подъехали к усадьбе и зарулил на парковку, – вчера разговаривал с ним по телефону и нас с тобой пригласили на небольшой банкет для своих. Спросил, как ты работаешь, справляешься ли? – Он затормозил на свободном парковочном месте, – и меня все сильнее мучает вопрос – что у вас с ним, а?
– Ни-че-го, – с расстановкой ответила я и распахнула дверь со своей стороны.
– Конечно, это же в порядке вещей, когда владелец ювелирного завода печется и протежирует бедную переводчицу, в прошлом студенту. При этом даже не трахая ее. Да еще и не против, что ее трахаю я.
– Раз мы уже разобрались кто кого трахает, пусть даже не по-настоящему, может пойдем? – я выскочила из машины и с силой хлопнула дверью так, что стекла в машине задрожали.
– Ебать, Снежинка, в машине же есть доводчики, – вышел провокатор следом за мной и обогнул тачку, – но раз я тебя трахаю хотя бы виртуально, то так уж и быть, ломай. Куплю новую.
– Это никогда не кончится, да? – я поникла, когда он приобнял меня за талию и потащил в сторону рубленой усадьбы, рядом с которой уже собрался народ. Мишу я заметила первым.
– На год ты вся моя, – Демид прижался теснее и поцеловал в макушку, – пошли развлекаться.
Глава 44
В обычной одежде смотреть на эту компанию было непривычно. Джинсы, майки, свитера и обычные парки вместо костюмов, кроссовки и ботинки вместо дорогих туфель. Само собой все это дорогой бренд, а такие детали как эксклюзивные часы на мужчинах и бриллианты в ушах девушек не давали забыться где и с кем я на самом деле нахожусь.
Не все мне были знакомы. Из новых лиц смуглый парень с восточной внешностью, двое мужчин лет под тридцать пять. Один в армейской куртке и с сигаретой в зубах. Коротко стриженый с, похоже, когда-то сломанным носом. Второй сухощавый брюнет с бородой и отросшими волосами. Для меня слишком много растительности на одной голове, только глаза, крупный нос и видны.
Мужчины расслабленно развалились на рубленых лавках, потягивали кальян и жарили мясо. Из дома лилась спокойная музыка и слышались девичьи голоса. Вечеринка в самом разгаре.
– Привет, – Демид расслабленно обвел глазами всех собравшихся, с мужчинами поздоровался за руку и остановившись на Мише,
