конечности заканчивались костяными, как у птицы, когтями. Самое жуткое — длинный скрученный хоботок, как у комара, но многократно увеличенный. Этот хоботок, зловеще извиваясь, скреб по воздуху, будто чуял её кровь.
«Не может быть, что это снова ты!» — пронеслось в её голове, когда чудовище вдруг резко прыгнуло вперёд с ловкостью, совсем не соответствующей его габаритам. Внезапный прыжок вынудил её отшатнуться, едва не потеряв равновесие на зыбком песке.
«Я не испугаюсь тебя снова», — холодно и решительно подумала она, обнажив свой Звездный Кристалл, сияющий осколками света. Этот клинок был создан для борьбы с самыми темными созданиями, и она была уверена в его силе.
Тенеед издал низкое глухое шипение и снова бросился на неё. Когтистая лапа чудовища стремительно тянулась к её горлу. Галвиэль увернулась, сделав плавный боковой рывок. Она выкрутилась из-под удара, но острие когтя все же задело ей плечо, оставив глубокую царапину. Боль была резкой, но её сознание работало чётко. Она повернулась и нанесла первый удар своим клинком. Звездный Кристалл с шипящим звуком впился в мягкое рыхлое брюхо твари.
Чудовище вскрикнуло, из его хоботка вырвался ужасающий вой, пробравший эльфийку до костей. Оно резко отшатнулось, хоботок его хлестал по воздуху, а лапы зарывались в песок, пытаясь удержать равновесие.
Галвиэль не дала ему шанса восстановиться. Она шагнула вперёд, меч в её руке вспыхнул, излучая свет. Каждый её взмах был стремительным, резким, как порыв ветра. Она двигалась с грацией, присущей только эльфийке, и её клинок пронзал и рвал плоть чудовища. Но Тенеед был силён. Он свистнул своим хоботком и ринулся на неё с новой силой. Однопалая лапа ударила её в грудь, отбросив назад. Она почувствовала, как всё её тело пронзила боль, когда она ударилась спиной о землю.
С трудом поднявшись, Галвиэль сжала клинок крепче, её дыхание участилось. Чудовище снова прыгнуло, но теперь она была готова. В последний момент она сконцентрировала магическую силу воздуха в своих руках и создала мощный порыв, который оттолкнул монстра назад, сбивая с толку.
Она вскочила на ноги и молниеносно развернулась, нанося сокрушительный удар по телу чудовища. Клинок глубоко впился в его грудь, и она использовала все свои силы, чтобы протолкнуть его дальше. В свете Звездного Кристалла вспыхнуло яркое сияние, разрывая существо изнутри.
Тенеед издал последний душераздирающий визг, его хоботок метался в воздухе в агонии. Вся его огромная туша вздрогнула и, спустя мгновение, монстр рухнул на землю, взметнув в воздух облако серого песка. Его тело стало распадаться на куски, таять в воздухе, как дым, пока не исчезло вовсе, оставив после себя лишь тихий гул пустоты.
Галвиэль стояла, тяжело дыша. Бой был жестоким и изнурительным, но она победила. Её сердце колотилось от напряжения, а боль от ран отзывалась в каждой клеточке тела. Она победила самого страшного противника в этом проклятом мире теней, но что же дальше?
Она подняла взгляд в пустоту перед собой. Мир тени снова затаился, как будто сам боялся её после этой победы. Тяжело ступая по песку, она пошла дальше, размышляя о том, что это было лишь очередным испытанием на её пути.
Когда Тенеед пал, Галвиэль, тяжело дыша и собираясь с силами, оглядела окрестности. Пустыня вновь погрузилась в тихую тягучую пустоту, и казалось, что ничего больше не угрожает ей. Но что теперь? Вдруг её взгляд упал на странный объект в песке: металлический люк, нечто чуждое этому миру теней.
«Может быть, это и есть то, что я ищу?» — подумала эльфийка, устало подходя к нему. Руки у неё дрожали, раны от боя с Тенеедом давали о себе знать. С усилием она приподняла тяжёлую крышку люка и обнаружила лестницу, ведущую вниз, в темноту.
С каждым шагом вниз лестница скрипела, и принцесса ощущала, как нарастает тревога. «Куда это приведет меня?» — мелькало в голове. Время здесь не ощущалось, и её терзала мысль о том, как долго она уже отсутствует. «Что там с Ройдаром и Маджериной? Они ждут меня или считают пропавшей?»
Наконец она ступила на металлический пол. Перед ней открылся огромный зал, ярко освещённый, что было неожиданно для этого мрачного мира теней. Пол, стены и потолок были сделаны из металла, создавая ощущение, что она попала в утробу какого-то механического чудовища. Железные колонны, похожие на строительные леса, уходили ввысь, а вдоль стен мерцали и жужжали странные механизмы. Шум от работы этих устройств создавал оглушительный гул, который становился тем сильнее, чем дальше она шла.
Галвиэль не понимала, для чего нужны все эти машины, но они казались неестественными, будто вмешивались в ход самого времени и пространства. Её сердце забилось быстрее, а чувство ужаса постепенно возвращалось.
Она шла вперёд, не обращая внимания на боль, но чем больше двигалась по металлическому коридору, тем сильнее ныли её раны. Она стиснула зубы и подумала: «Скорее бы уже выбраться отсюда!» Магия природы здесь не работала, её основные силы оказались бесполезны, и лечить себя было невозможно. Единственное, что оставалось — терпеть и двигаться вперёд.
Зал постепенно сужался, пока не закончился тупиком. Там, впереди, было нечто такое, что вызвало в ней жуткую тревогу. Приближаясь, она разглядела это более отчетливо. В стену была вмонтирована фигура — торс и голова темной эльфийки. Без рук, без ног. Вместо волос на её голове были провода, которые, как змеи, тянулись к потолку, уходя в непостижимую сеть механизмов.
«Это и есть Витеркес!» Холодок пробежал по спине Галвиэль. Она застыла, не в силах сразу что-либо сказать или сделать. Плоти можно было придавать любые формы, и эльфийка привыкла к этому в своём мире, где магия могла менять тела, как скульптор лепит глину. Но такое… Это было искажением самой сути жизни, в котором не было ничего магического. Это казалось чуждым и враждебным.
Омерзение и страх переполняли её. Это создание было отвратительным и неестественным. Она сглотнула, чувствуя, как желудок будто сжался в комок от увиденного. Но вдруг голова Витеркес повернулась в её сторону, и глаза открылись. Эти глаза были стеклянными, мертвыми, как у куклы, но всё же смотрели прямо на неё.
— Ты… пришла? — раздался механический, хриплый голос, в котором не было ни капли жизни.
Галвиэль замерла, вздрогнув от этого звука. Голос звучал искажённо, словно говорил не сам человек, а машина, подражая голосу. Принцесса попыталась найти слова, но вместо этого лишь смотрела на это чудовищное творение. Её руки сжались в кулаки от напряжения.
— Я… — начала было Галвиэль, но слова застряли в горле. — Ты — Бог
