которые имели место в прошлом.
Например, для идентификации пистолета по стреляной пуле, основанной на исследовании микрорельефа канала ствола оружия, который при стрельбе отображается в виде динамических следов (трасс) на боковой поверхности пули, приходится производить экспериментальные отстрелы. Полученные в результате экспериментальной стрельбы из проверяемого оружия пули заменяют в идентификационном исследовании и сам пистолет и его ствол, выступая в качестве сравнительных образцов.
Необходимость в получении сравнительных образцов может быть обусловлена не только невозможностью или неадекватностью восприятия признаков сравниваемых объектов, но и соображениями нецелесообразности непосредственного их исследования. В этих случаях также приходится прибегать к замене проверяемого идентифицируемого объекта образцами. Так, в дактилоскопическом исследовании, решающем задачу идентификации конкретного человека по следам рук, в принципе можно обойтись без сравнительных образцов отпечатков пальцев проверяемого лица.
В таком исследовании при отказе от использования образцов след и отобразившиеся в нем признаки пришлось бы сравнивать непосредственно с особенностями строения кожи на руках конкретного человека. Неудобства такой организации экспертного исследования очевидны. Ситуация, между тем, заметно упростится, если проверяемое лицо заменить экспериментальными отпечатками пальцев его рук. Необходимость такой замены диктуется соображениями именно целесообразности, а не принципиальной невозможности провести идентификационное исследование.
Не меньшее теоретическое и прикладное значение имеет и второй принцип криминалистической идентификации, предложенный С. М.Потаповым — деление всех объектов идентификации на изменяемые и относительно неизменяемые. Известно, что в мире нет таких объектов, которые были бы абсолютно неизменны. Диалектический закон тождества гласит, что каждый объект в данный момент времени тождественен самому себе и в то же время отличается от самого себя, поскольку в нём постоянно происходят изменения, обусловленные внутренними и внешними причинами. Поэтому для положительного решения вопроса о тождестве важно, чтобы идентифицируемый (искомый) объект сохранил к моменту проведения идентификации ту совокупность индивидуализирующих его свойств, которые в свое время отобразились в материальной среде при взаимодействии с ней. Период времени, в течение которого искомый идентифицируемый объект сохраняет свойства и признаки, отобразившиеся в оставленных им следах, что позволяет его идентифицировать, в теории криминалистической идентификации принято именовать идентификационным периодом. Если с момента следообразования и до момента проведения идентификационного исследования следы сохранили неповторимый комплекс признаков объекта, их оставившего, то отождествление возможно, если нет, индивидуальная идентификация исключается. Отсюда важно не только максимально быстро обнаружить и изъять следы с места проведения следственного действия, но и обеспечить их сохранность для последующего исследования с целью идентификации объектов, их оставивших.
Третий принцип криминалистической идентификации, сформулированный С. М.Потаповым, ориентирует на рациональное использование в процессе отождествления таких общенаучных методов познания, как анализ и синтез. Будучи методами, широко используемыми в любом научном исследовании, любом познавательном процессе, оба этих метода находят специфическую интерпретацию в типовой методике идентификационного исследования, включающей ряд последовательно сменяющих друг друга стадий, центральными из которых являются раздельное исследование (анализ), сравнительное исследование и оценка полученных результатов (синтез).
Несмотря на то, что абсолютно неизменяемых объектов в природе не существует и к моменту проведения идентификационного исследования отдельные признаки подлежащего отождествлению объекта могут претерпеть, подчас, весьма существенные изменения, их не следует рассматривать в качестве основания для отказа от постановки и решения идентификационной задачи. Дело в том, что обнаруживающиеся при исследовании различия одноименных признаков сравниваемых объектов — искомого и проверяемого, можно объяснить как отсутствием между ними тождества, так и изменяемостью с течением времени одноименных признаков на самом деле тождественных объектов. Чтобы не ошибиться с выводами, важно объяснить причины, которые могли привести к изменениям отдельных признаков сравниваемых объектов.
А для этого необходимо проследить их динамику в пределах того периода времени, который отделяет момент отображения признаков искомого объекта в обнаруженных следах, от момента их исследования, и дать этим изменениям объяснение. И только после того, как будут даны объяснения возникшим изменениям, можно решать вопрос о наличии или отсутствии тождества и формулировать окончательный вывод.
В этом суть четвёртого принципа криминалистической идентификации, сформулированного С. М.Потаповым, который говорил о необходимости исследования каждого признака сравниваемых объектов в динамике, в развитии.
К сожалению, указанным принципом криминалистической идентификации на практике нередко пренебрегают. Установив при наличии совпадений существенные различия в отдельных признаках сравниваемых объектов, и не пытаясь дать им объяснения, отдельные эксперты формулируют вывод об отсутствии тождества, руководствуясь именно выявленными различиями, которые признают существенными. Так, поспешность в выводах эксперта, проводившего одно судебно-баллистическое исследование, надолго задержала раскрытие опасного преступления (из экспертной практики Р. А.Кентлера). Дело заключалось в следующем.
На месте происшествия по делу об убийстве с применением огнестрельного оружия следователем были обнаружены стреляные гильзы. Специалист, участвовавший в осмотре, пришел к выводу, что выстрел был произведён из пистолета марки «ТТ». Пистолеты указанной марки имели военнослужащие расположенного неподалёку от места происшествия военного городка. Все табельное оружие у них было изъято для проведения судебно-баллистического исследования с целью идентификации.
Эксперт произвёл экспериментальные отстрелы из представленных пистолетов и исследовал полученные гильзы, сопоставляя имеющиеся на них следы со следами на гильзах, обнаруженных на месте преступления. Только гильзы, отстрелянные из одного из изъятых для проверки пистолетов, имели следы, отчасти совпадающие с одноименными следами на исследуемых гильзах. Таковыми совпадающими оказались следы от патронного упора и стенок патронника. Однако на сравниваемых гильзах имелись существенные различия в следах от бойка ударника. Эти различия и дали эксперту основание для вывода об отсутствии тождества данного проверяемого пистолета и пистолета, из которого было совершено убийство. Расследование было приостановлено. Лишь через значительное время более опытный эксперт, проанализировав в порядке наблюдательного производства имеющиеся различия в следах бойка на капсюле, высказал предположение о том, что преступник, узнав о предстоящей экспертизе, заменил эту деталь (боек ударника) в принадлежавшем ему оружии, что и подтвердилось при расследовании возобновленного производством дела.
Принципы криминалистической идентификации, сформулированные в 1940 году С. М.Потаповым, между тем, получили дальнейшее развитие. Так, принципиальным теоретическим положением было признано уже упоминавшееся деление идентифицируемых объектов на искомые и проверяемые (В.Я.Колдин).[535]
Как принципиально значимое было воспринято также и предложенное Н. В.Терзиевым и А. А.Эйсманом деление идентифицируемых объектов на главный и непосредственный идентифицируемые объекты.[536] Это разграничение, имея, прежде всего криминалистическое значение, тем не менее, оказалось напрямую связано с проблемой процессуального доказывания. Проводя идентификационное исследование, например, следов пальцев рук с целью установления лица, их оставившего,
