прорваться и взять оружие, на какое-то время ослабил защиту, чтобы Дакиус мой спокойно его зарубить.
- Императрица вручила ему этот молот не зря, - продолжил говорить Дакиус, нанося один удар за другим, - Балигор, верный пёс, служивший ей долгие циклы. Несмотря на свою тупоголовость ему удалось создать себе действительно устрашающую способность. Мы оба знаем, как ведутся бои на нашем уровне. Главная цель – поразить душу врага. То, что я скоро сделаю с тобой. Мы можем пытаться уничтожить тело, но организм бога способен выдержать самые чудовищные повреждения и поддерживать его боеспособность.
Это утверждение верно практически для всех. И одним из немногих исключений был твой почивший друг, что мог своим молотом направить всю энергию удара врагу в тело. Даже я бы не пережил бы такого. Поэтому я был просто счастлив, когда вы подарили мне возможность разменять руку на его жалкую жизнь. Один ты мне не противник. А если ты думаешь, что сможешь продержаться пока к тебе подойдёт помощь, то спешу тебя обрадовать – сейчас на пути твоей помощи стоит сразу четыре божества. Поэтому будь добр, умри уже наконец.
Очередной удар бога обрушился на человека. Элим больше не рисковал ставить блок, а старался отводить удары, но даже так часть энергии обрушивалась на него, прорезала себе путь через доспехи к плоти и энергетическому телу внутри. Бой с мастером меча такого уровня обернулся для его тела одним из самых больших испытаний. Порезов было так много, что тело перестало пытаться их исцелить, сосредоточившись на регенерации кровеносной системы, едва успевавшая наполняться новой кровью. Глаза он тоже потерял и теперь смотрел лишь чувствами энергии. В любом случае механизм человеческого зрения, даже развитый как у Элима, не мог успеть уловить движения такого могущественного создания.
Он проигрывал. Тягаться с силами с таким существом как древний бог он пока не мог. Познания в различных сущностях пока были слишком разрозненны, чтобы он мог достаточно быстро создать нечто способное противиться подавляющей воле меча, излучаемой Дакиусом. Остался только один вариант.
- Знаешь, - прохрипел Элим, отбивая очередной смертоносный выпад, - молот… я оставил… не просто так…
Следующий атака бога вышла неряшливой. Дакиус потерял концентрацию, испугался, когда ощутил за спиной знакомую ауру. Рука бога метнулся назад, наперерез опускающемуся молоту. Мечник с мрачной обреченностью смотрел как ударная часть молота летит ему в грудь, а лезвие меча не успевает встать у него на пути. Последняя отчаянная попытка спастись заключалась в попытке перерубить неразрушимое древко.
Лезвие меча едва успело коснуться зачарованного дерева, как бог почувствовал невозможное – он рассекал древко. Знаменитый на всю империю Творец был уникумом именно из-за того, что создаваемое им оружие было неразрушимо. Он как будто создавал настолько искусные шедевры, что сама вселенная признавала их великолепие и не позволяла уничтожить. А если Дакиус смог его повредить, значит молот не настоящий, как и сам Балигор.
Он резко повернул голову обратно и увидел выпускающегося на волю мощь Поглотителя. Дакиус успел лишь закричать, порождая волну разрезающей мощи прежде чем вражеский удар настиг его.
Все пространство затрясло он невиданного выброса силы. Поток энергии тысячи сущностей ударил в Дакиуса и пронёс его до самой стены подземелья, где произошёл чудовищный взрыв.
Элим тяжело дышал, осматривая своими чувствами обрубок правой руки. Даже простой крик его врага смог создать удар, что лишил его руки, пока поток набирал полную силу.
А потом он услышал смех. Дакиус показался рядом. Изысканный артефактный доспех всё ещё частично был на теле бога, только теперь уже в виде расплавленного металла, впаянного в тело. Кожу с него сорвало начисто, правая сторона практически лишилась мышц, демонстрируя кости из пурпурного металла.
- Ты действительно нечто, Поглотитель. Ты чуть не убил меня! – Дакиус залился сумасшедшим смехом.
- Я должен был сразу догадаться, что ты используешь уловки Жак’ра, - сказал он, успокоившись, - сам виноват. Я не хотел здесь это показывать, но видимо придется - ты слишком вёрткий ублюдок.
Дакиус выпрямил спину, поставил ноги вместе, а потухший клинок в левой руке отвёл в сторону. Бог не отводил взгляда от раненого оппонента.
- Гордись. Ты станешь первым кто умрёт от удара, что унесет жизнь Владычицы Мира.
Мечник сорвался вперед нанося горизонтальный выпад перед собой.
Собиратель Душ выбросил вперед левую руку, будто схватив в воздухе пустоту. Реальность снова оказалась в его власти. Дакиус замер на месте. Элим схватил реальность вокруг бога, чтобы сковать его и с удивлением для себя обнаружил, что тот медленно движется вперёд.
- Этот удар тебе не остановить!
Дакиус был прав. Элим не мог двинуться, не дав Дакиусу свободу. Подчинять себе реальность было слишком тяжело чтобы он поддерживать сдерживать ею бога, при этом перемещаясь в пространстве. Только вот Дакиус медленно рассекал реальность, что встала у него на пути к цели.
- Сдайся уже наконец! – пророкотал мечник, продвинувшись вперёд, - Помощь к тебе не придёт! Четыре Бога встали на пути у тех, кто следил за нами! Некому тебя спасти!
Дакиус надавил своей волей ещё сильнее – два пальца на руке Собирателя Душ хрустнули и сначала оказались вывернуты в другую сторону, а затем начали медленно обращаться в пыль. Замерший в десяти шагах Дакиус теперь стоял всего в двух, а его клинок метил человеку прямо в душу.
- А я ждал не их, - сказал Элим, когда вторая рука почти исчезла, а кончик вражеского меча уперся ему в грудь.
Дакиусл рассмеялся, почувствовав у себя за спиной ауру Балигора. Неужели человек думал, что он попадется на этот трюк дважды!? Насмешливое выражение на его изуродованном лице замерло, когда он ощутил, как фигура за его спиной заносит молот над головой.
Фигура с аурой Балигора Запирателя.
Фигура Бога.
Глава 499
Дакиус напряг всю свою волю и божественную мощь в отчаянной попытке спастись. Мощь испуганного бога неимоверна, но он слишком сильно вложился в свой смертельный удар. Последнее, что успел сделать Дакиус – это посмотреть в глаза человеку, что заманил его в эту ловушку.
Элим увидел в них страх. Совсем не божественный, а вполне простой, примитивный ужас живого существа к которому пришло осознание неминуемости предстоящей гибели. За те доли секунды, что опускался молот Балигора Дакиус успел пройти от ярости и последовавшего за ним
