К моему огромному удивлению, несмотря на большие значения характеристик, показатель маны застыл на отметке в двадцать единиц, а очки здоровья наоборот, стали медленно откатываться к нулю. Покинув духовное пространство, я понял, что полученное недавно тело трясется в предсмертной агонии. Его колбасило из-за смертельного отравления трупными ядами, частичного некроза внутренний органов и поражения инфекцией. Сосуд души потратил все излишки энергии на поддержание жизни в теле, но оно было настолько израненным и проблемным, что дальнейшее существование в нём становилось невозможным. Я поспешил активировать заклинание и понял, что едва могу шептать.
Моя новая жизнь висела на волоске. Из последних сил я воскликнул «стихия воды: лечение» и в ужасе осознал, что не понимаю фразу, что сам только что озвучил. Благо, это не помешало крохам маны покинуть колодец духа и преобразоваться через магический круг в спасительный голубой поток. Угроза скорой смерти была частично устранена, а с трех последующих кастов, что я успел произвести до полуночи, мне удалось вернуть телу здоровую форму. Потом я с замиранием сердца наблюдал, как мой главный бонус исчез и приготовился к серьезным проблемам, но никаких заметных изменений не произошло. Я всё так же ощущал себя крепким и довольно сильным парнем и смог своими силами разорвать удерживающий меня ремень. В этот момент с улицы послышались голоса.
- Многоуважаемая госпожа целительница, вам удалось помочь нашему мальчику? - спросил убитый горем женский голос.
- Да, но не ждите от сына слишком многого. Ему нужно время, чтобы восстановиться. У него также могут быть проблемы с памятью. Вы принесли его ко мне слишком поздно. Не удивляйтесь, если он не будет вас узнавать и сам представится другим именем. Он побывал в мире духов, где мог получить другое имя. Это малая плата за то, что вы вновь увидете живым своего сына. Будьте к нему терпеливей и добрее, и он всё вспомнит.
- Благодарю вас, целительница, мы принесли с собой лучший рис и дары от старейшины деревни.
- Рис и мясо положите туда, а ваших денег мне не нужно. Свою благодарность лучше направьте богине милосердия Каннон. Моя способность исцелять - её дар.
Часть 19 Слабость - это и есть зло
Ехать по темной, узкой, горной тропинке в грубо сколоченной, одноколесной, деревянной тележке, ударяясь копчиком при наезде на торчащие камни о сучковатое днище, было очень неудобно. Пока мы были на виду у «целительницы», от которой я решил скрыть восстановленные конечности, закутав ноги в куски разбросанной на полу окровавленной ткани и спрятав левую кисть в складки одежды, я терпел неудобства. Но как только родственники парня скрылись за густыми зарослями кустарника, я обратился к сгорбленному мужчине впереди с просьбой остановиться. Однако, охающий при каждом шаге помощник матери паренька меня не услышал.
- Жао Нин, стой! Хвала богине Каннон, наш сын пришел в себя! – радостно отреагировала на моё «пробуждение» женщина, всё это время помогавшая удерживать равновесие кузова тележки сзади.
- Что ты хотел, сынок? – спросил мужчина с настолько загорелой кожей, что в ярком лунном свете я не смог разглядеть черт его лица.
- Я пойду пешком.
- Что? – удивленно переспросил мужчина, - но как…
- Ах, сынок, ты еще не знаешь. У тебя больше нет ног. На тебя напал хищник… - обняв меня за шею и шмыгая носом, сообщила женщина.
Похоже, моя маскировка была настолько удачной, что ввела в заблуждение даже переносивших меня в тележку родственников. Я отметил про себя, что родители Жао Яна довольно заботливые люди. Они старались держать себя в руках, не показывая сыну своих горьких переживаний.
- Не волнуйся, сынок. Всё хорошо, моя спина уже почти не болит. Я же как-то довез тебя сюда два дня назад. И сейчас справлюсь, - опять разворачиваясь ко мне спиной, пробормотал мужчина.
- Со мной всё в порядке, - сбросив ноги с тележки и становясь в полный рост, объяснил я.
- Сынок, не упади! Сзади пропасть, - вцепившись в мою руку, воскликнула женщина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я и вправду вылез из транспорта не в самом удачном месте. В паре метров за моей спиной виднелись верхушки растущих далеко внизу деревьев. Склон в этом месте был очень крутым. Попросив родителей Яна не волноваться зря, я отобрал у шокированного мужчины тележку и отправил его вперед, показывать дорогу.
Идти пришлось довольно долго. К подножью горы мы спустились лишь три часа спустя. Будь дорога более прямой, и видимость получше, наверняка справились бы и за тридцать-сорок минут, но пришлось бесконечно вилять из стороны в сторону по склону, чтобы обойти слишком крутые участки и выступающие там и тут острые выступы скал. Даже при таком спуске дорога была довольно крутой и опасной. Одно неловкое движение, выскользнувший из-под ноги камень и можно было сорваться вниз к следующему выступу, виднеющемуся тридцатью метрами ниже.
Показавшаяся вначале довольно легкой тележка, к концу пути стала жутко тяжелой. И это при том, что спускаться с ней было гораздо легче, чем подниматься в гору. Представив, что отец Яна затащил её к местной целительнице вместе с лежащим внутри умирающим сыном, я проникся к нему неподдельным уважением. Он совершил настоящий подвиг. Я же, даже от пустой тележки растер восстановленную заклинанием «лечения» кожу на ладонях до кровавых мозолей.
Счастливые от чудесного исцеления сына родители Жао Яна не переставая возносили хвалы богине Каннон, а мне хотелось её обматерить с ног до головы. Сучка не вмешалась, когда предатель вышвырнул меня из тела, в которое она сама меня поместила. Видать, для меня разыграли сценку, а за моей спиной у них был свой договорняк. Использовали меня, но для чего?
С одной стороны, я занял тело единственной выжившей наследницы Мо Шеня и он имел право потребовать его назад, но с другой - мы же договорились. Без меня он бы никогда не достиг таких высот в столь короткие сроки. А стоило ему узнать быстрый способ прокачки и он тут же кинул меня и не только на развитое тело, но и на добытые мной сокровища. На все свои тайники он установил какие-то защитные печати. Соваться туда без знающего человека, и такого, которому действительно можно доверять, я, пожалуй, не рискну.
С помощью моей дьявольской удачи Мо Шень быстро вышел на своего истинного убийцу и поквитался с другими обидчиками. А в благодарность не оставил мне даже одного вшивого кольца пространств с небольшими деньгами внутри. Мог бы подкинуть мне неиспользованную пилюлю духовного совершенства. Ему эти двадцать миллионов Ци сейчас, как капля в море, а мне помогла бы быстро преобразить тело, пройдя множество закалок в кротчайшие сроки. Вот козлина! Старик оказался таким жмотом, что присвоил себе всё, что мне принадлежало, даже не особо полезные тут монеты Латора. Как Кларисса вернется назад в Королевство? Без меня ей в Сайпане будет крайне тяжело, а теперь ещё и глава Чанмин убит. Сокровища его семьи похищены. Ситуация в клане Лю может сильно накалиться. И что теперь делать? Беда.
Оказавшись на пороге небольшого, сложенного из стволов деревьев дома, я поискал глазами в темноте спальные места. Поняв моё затруднение без слов, женщина мягко подтолкнула меня рукой в спину и довела к дальней стене, где усадила на плетеную циновку, узкой полоской прикрывающую плохо обработанные доски деревянного пола и, видимо, заменявшую местным обитателям кровать.
- Прости, Ян, сынок, сейчас у меня совсем нет сил развести очаг и приготовить для тебя теплый ужин. Вот, возьми рисовую лепешку. Потерпишь до утра?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Конечно, мама... - сказал я и затих.
Как-то легко у меня получалось с ходу назвать почти незнакомую женщину матерью, но я уже понял, что для этих добрейших людей я являюсь любимым и дорогим ребенком. Почувствовав их участие и искреннюю заботу, я так же смог открыть им сердце, полное искренней благодарности за любовь и заботу.
Мне всегда не хватало таких теплых и любящих родителей. Я даже позавидовал погибшему Жао Яну, что ему так повезло с семьей. Я знал его отца, Жао Нина, и матушку Тянь Чуньхуа всего несколько часов, а уже не один раз порадовался, что познакомился с такими хорошими людьми.
